Ночь, которой не было

- Да, - произнес он. - Ее похитили.
У Дженны перехватило дыхание, словно ее кто-то ударил в живот. Хелен д'Тьерца похищена? Кто сумел это сделать? Хелен была не из тех, кого можно было вот так просто взять и увести куда-то. Хотя… до сегодняшнего дня Дженна думала так же и о себе - и что вышло?
- Зейн, ты не можешь ее уволить. Ты был занят, а если я не ошибаюсь, по контракту в таких случаях достаточно твоей охраны, - произнес Редклифф, но король, очевидно удивленный его вмешательством, резко ответил ему:
- Сейчас нам не до этого, есть дела куда более важные. Встречаемся в моем офисе, чтобы разработать план. Приходи туда как можно скорее.
Если Дженна и сочла странным то, что герцог-ловелас в курсе деталей ее контракта, и то, что король ожидает его, чтобы обсудить план действий по спасению Хелен, то это было ничто по сравнению с болью, которую она испытала, поняв, что теперь на таких советах не ждут ее.
Бросив последний печальный взгляд на Дженну, король ушел, оставив ее и Редклиффа вдвоем.
- Дженна, я… - начал герцог, но девушка остановила его, подняв руку и качая головой.
- Хелен, - только и смогла произнести она, чувствуя ком в горле.
Себастиан посмотрел ей в глаза и кивнул, проглотив то, что собирался сказать. Дженна не хотела слышать ничего - в конце концов, это он привел ее в библиотеку, и в ее отсутствие подругу похитили. Теперь минимум, что он мог сделать, - это помочь найти Хелен, какая бы странная роль ему в этом ни принадлежала. А она… она отправится домой - больше ей идти некуда. Она сама сломала себе жизнь, и теперь все будет по-другому.
Себастиан, подойдя ближе, поцеловал Дженну в лоб - ей показалось, что ее коснулись не его губы, а раскаленное клеймо. Глядя ему вслед, она с горечью думала о своей загубленной репутации, потерянных подругах и о том, как резко изменилась ее жизнь. Между тем день еще не закончился - не было и пяти часов.
  Глава 5  
Себастиан сидел перед компьютером, глядя в отчет на экране, но мысленно он был в той библиотеке, где они уединились с Дженной на балу сорок дней назад. В ушах его отдавались глухие удары сердца, волнение закипало горячим ключом, но он сидел неподвижно, и на его состояние указывало лишь монотонное постукивание пальца по поверхности стола. Сорок дней… и жизнь его перевернулась. Дженна беременна, и скоро он станет отцом.
Себастиан ущипнул себя между бровями, вздохнул и встал. Он, конечно, не исключал, что однажды это произойдет, но одно дело представлять что-то, а другое - проживать это. И конечно, снова Дженна стала причиной того, что привычный ему образ жизни перевернулся с ног на голову. Себастиан решил, что никогда не женится - ему хватило наблюдения за совместной жизнью родителей, которая была одним сплошным несчастьем, - но ребенка иметь планировал, считая продолжение рода неким долгом перед предками за богатую и беззаботную жизнь, подаренную ему. Но его наследник, по расчетам, должен был появиться на свет от суррогатной матери, тщательно выбранной им же самим. И конечно, он бы вырастил ребенка сам, не отлучаясь от него, - так было бы безопаснее всего, учитывая его должность и статус.
Решение это не имело ничего общего с тем, что его отослали из дома в раннем возрасте, как и с тем, при каких обстоятельствах это произошло. Просто у него было достаточно времени для анализа ошибок, совершенных родителями, и Себастиан намеревался избежать их. По его мнению, именно любовь и брак сломили мать и отца - особенно отца, выжав из них все до капли, и единственным, что они могли дать своему сыну впоследствии, был гнев, чувство вины и горечь. Его ребенок заслуживает лучшего.
Но Дженна… она обладала всеми теми качествами, которые он хотел бы видеть в суррогатной матери: красота, отменное здоровье, стройное и сильное тело, ум, решительность и прилежность, целеустремленность, способность сострадать, честность… список можно было продолжать до бесконечности. Пожалуй, это и было главной проблемой:
 
Дженна казалась идеалом женщины.
Себастиан долго размышлял об этом с момента их первой - и последней - встречи в библиотеке. Попутно он пересматривал ее личное дело и следил за тем, где она и что делает - день за днем, подмечая малейшие детали. Вообще, это была обычная процедура относительно служащих королевской охраны в отставке, и проводилась она целых два года после их увольнения. Только обычно этим занимался не начальник службы государственной безопасности. Себастиан понимал это, но собственные действия казались ему разумными. Как иначе он бы узнал про ребенка? От самой Дженны? Пришла бы она к нему? Вероятно, да. Но сколько времени ей потребовалось бы для этого? Притом Дженна не отвечала на звонки из дворца, на звонки от ее бывшей напарницы герцогини Хелен Андрос, в девичестве д'Тьерца - отныне эта фамилия не существовала. Если уж люди настолько близкие не вызывали отклика у Дженны, стоило ли надеяться на то, что она сообщит Себастиану о ребенке? Однако все это теперь не имело значения - ведь он знал правду и был решительно настроен действовать.
Себастиан любил детей, хотя многие никогда бы в это не поверили. Дети привлекали его своей открытостью и умением манипулировать людьми - тут им не было равных даже среди обученных профессионалов. Разумеется, его ребенок преуспел бы в этом куда больше. При мысли об этом Себастиан едва заметно улыбнулся - внезапно ему представилось, как мог бы выглядеть их с Дженной ребенок. Наверное, у него были бы ее карие глаза, острый ум и, возможно, такой же свет искренности и доброты. Тогда Себастиан защищал бы это удивительное качество всеми силами, имеющимися в его распоряжении.
Он по-прежнему не собирался жениться и подвергать себя и ребенка испытаниям, через которые проходят супруги. Но все же кое-что в его планах изменилось: теперь у его сына или дочери будет мать, и какая - в этом смысле лучше Дженны ему не найти. Себастиан не знал, откуда у него такая уверенность, ведь прежде ему не доводилось общаться с женщинами, у которых есть дети. Он намеренно избегал заводить такие знакомства. При одной мысли о том, что он уподобится дружкам, которых приводила домой мать, его передергивало от отвращения. Тем не менее, сейчас, зная, что Дженна будет матерью их ребенка, Себастиан не переставал хотеть ее, и разлука лишь подстегивала желание. Вместе с тем рос и страх того, что он растворится в ней, как некогда отец потерял себя, живя с матерью. Их брак оказался ловушкой для обоих, затянув их и не оставив места для чего-либо - или кого-либо еще. Смертельной ловушкой: мать погибла в автокатастрофе, разбившись на мотоцикле, на котором ехала по извилистой горной дороге Греции с парнем намного моложе себя. В это время ее тринадцатилетний сын был совсем один дома, и не было никого, кто бы встретил его из школы, ведь он приехал на весенние каникулы. Отец позвонил ему из столицы, чтобы сообщить печальную новость, он был сломлен горем и пьян. С тех пор трезвым он бывал редко… гибель его была отсроченной, он долгие годы топил себя в алкоголе, но все же виной тому был тоже брак.
Себастиан считал, что, может, у него и отсутствуют какие-то базовые родительские инстинкты, но, по крайней мере, он знает, как поступать не нужно. И потом, ему нет равных в сборе и анализе информации. Правда, во всем, что касается Дженны, его способности странным образом подводят. Подумать только, она полностью перевернула его жизнь - даже больше, чем он готов был признать. С момента встречи их на балу Себастиан был сам не свой - не в состоянии трезво мыслить - и намеревался освободиться от этого странного наваждения. Почему старая, никогда его не подводившая с другими женщинами тактика на сей раз не сработала?
Прежних подружек он забывал моментально, стоило ему соблазнить очередную красотку, но Дженна… Он хотел, чтобы она исчезла из его жизни и снова стала для него невидимкой, очередной безликой фигурой в униформе. Намерения лишать ее работы у него точно не было. И уж совсем не было мысли о том, чтобы каким-то образом связать себя с ней. Черт побери, он предохранялся, как и всегда! Но, конечно, с Дженной «как всегда» снова не сработало. По-видимому, их встреча выбивалась из правил и подпадала под определение статистической аномалии.