Развод. Сегодня я танцую! (СИ)

Но мне даже Лена не верит.
Переспрашивает:
— Якоб? Твой Ратин? Тот, что тебе массаж пяточек делал?
— Вспомнила… Сто лет он мне уже массаж пяточек не делает, да и вообще… — приуныла.
— Не верю. Не могу поверить, что Ратин тебе изменяет.
— Жениться он собрался, Лен. Это не просто измена.
— Не верится. Он же такой добропорядочный. Приветливый. Детей любит, котиков не обижает. Аккуратный, хозяйственный. Вон, цветы дарит, кофе тебе варит, не то, что мой — только зайдет и орет с порога: «Че пожрать?» — морщится подруга.
  
Сколько лет жената за своим Толиком, он прыгает с одного места на другое, нигде не задерживается. Ленка двоих детей ему родила и сама тянет семью…
— Вдруг ты все напутала? Может, это его сестра беременна, а он просто хочет сделать сюрприз?
Она пытается найти хоть какое-то логичное объяснение, и от этого мне становится еще горше.
Потому что я тоже так решила!
— Он просто хорошо маскируется.
Якоб втерся в доверие ко всем вокруг так, что даже моя лучшая подруга готова искать оправдания его словам о «невесте». Ей проще поверить в собственную выдумку про беременную сестру, чем в то, что улыбчивый, надежный Якоб способен на такое.
И я понимаю: слов и моей обиды недостаточно.
— Неужели ты мне не веришь? Ты на его стороне?!
— Все это выглядит странным. Я не знаю… Розыгрыш? Сюрприз тебе готовит?
— Ага. Оставить меня и детей без алиментов. Зашибись, сюрприз.
— Жень, если ты человека в таком обвиняешь… То нужны доказательства.
Она права.
Нужны.
Железные.
Придется проследить за ним.
— Он сказал, что сегодня уезжает. На все выходные! Помогать брату со стройкой за городом, — говорю я, и в голове тут же рождается план. — Я думаю… надо Сашку с ним отправить. Сын всегда рад съездить к дяде, порыбачить. Если Якоб и правда едет на стройку, он не откажется.
План кажется мне простым и гениальным.
Проверка на искренность.
Якоб всегда берет Сашку с собой в чисто мужские поездки.
* * *
Вечером, когда Якоб собирает рюкзак, я небрежно, будто спохватившись, бросаю в разговор:
— Кстати, Сашка давно рвался на природу. Возьми его с собой, раз уж к брату едешь. Ему будет полезно!
Якоб на секунду замирает с парой носков в руке. Его спина напрягается.
— Ну, что? Скажу Сашке, чтобы собирался, да?
В ответ муж оборачивается ко мне, и на его лице — привычная, мягкая улыбка.
— Что ты, Женя! Какая ему там польза?
— Отвлечется.
— На что, Жень? Сын у нас и так большой молодец. Всю неделю учится, спортом занимается. Устает!
— Сменит обстановку… — настаиваю простодушно.
Но муж уперся и стоит на своем.
— Жень, сын засыпает без задних ног. Ты, что, думаешь, мы там прохлаждаться собираемся? Нет! Нам с братом работать надо. Перегородку из кирпича класть будем… Пыль, грязь, шум стройки. К тому же погода на выходные будет ветреная, дождливая. Он даже не сможет рыбачить, только застудится. Пусть лучше дома отдохнет, в комфорте.
— Но, милый…
— Никаких но, Жень. Совсем загоняла пацана. Пусть отдыхает и ты сама… тоже отдохни!
Он гладит меня по плечу и возвращается к сборам. А я остаюсь стоять посреди спальни, и по спине бегут мурашки.
Он отказался.
Отказался взять Сашку.
Эти слова отдаются в висках нарастающим гулом.
Теперь я почти уверена. Почти. Но нужно увидеть все своими глазами.
Нужно дожать его.
— Ладно, как скажешь, спорить не буду. Ты же в доме хозяин.
— Вот-вот, не спорь. Лучше найди и себе занятие.
— Да уже нашла, вот как раз хотела сказать…
Придумываю на ходу.
— Милый, а ты подбросишь меня до Ленки? — спрашиваю я его, стараясь, чтобы голос звучал максимально обыденно. Он нервно перекладывает ключи от машины в руке. — Если ты занят, то и я хоть немного развеюсь. У нас будет девичий вечер с копченой скумбрией и глупыми сериалами, — сочиняю я на ходу, сама удивляясь, как легко рождается ложь, когда сердце разрывается от боли предательства.
Якоб на секунду задумывается, смотрит на часы.
— Ладно, — бросает он. — Только быстро.
Вот, пожалуйста! Он даже не спросил, какая такая срочная встреча у Ленки…
Я выхожу из дома вместе с ним. Я предупредила Лену смс-кой, и она, мой ангел-хранитель, уже ждала меня во дворе, вызвав такси заранее.
— Ну все, спасибо. Ты у меня такой хороший! — говорю я Якобу, захлопывая дверь его машины. — Береги себя, смотри, не надорви спину!
Он лишь машет рукой и тут же срывается с места. Он действительно очень спешит.
Мы с Леной молча пересаживаемся в ждущее такси.
— За той серой иномаркой, — коротко говорю я водителю, показывая на удаляющийся автомобиль мужа.
Лена молчит, лишь сжимает мою руку. Ее неверие, кажется, наконец, испарилось, сменившись тревожным ожиданием.
Мы едем за мужем. Я вкратце рассказываю о новых фактах.
Он не едет за город.
Он движется в центр. Дорогой, престижный район.
Высокие, новенькие многоэтажки с зеркальными окнами. Его машина плавно останавливается у подъезда одной из них.
Я задерживаю дыхание. Из подъезда выходит женщина.
Высокая, стройная, в короткой кожаной курточке, красном мини-платье и на каблуках.
Она улыбается, направляясь к его машине.
Муж выходит.
Она бросается к нему в объятия.
Якоб подхватывает ее, кружит…
Страстно прижимает к себе, и они целуются.
Горячо и влажно, с языками.
Я ахнула.
Потому что такого точно не ожидала!
— Да я же ее знаю! — выдыхаю я, и голос срывается в шепот. — И наши… дети. Они ее знают и любят! Боже, мои девочки ее обожают…
Дорогие, книга завершена, действует цена со скидкой, забирайте!
Первые дни — цена 89 рублей.
Впереди — горячо и интересно)
 АЙРИН ЛАКС — РАЗВОД. СЕГОДНЯ Я ТАНЦУЮ!
  
Глава 4
 
Лена резко поворачивается ко мне, ее глаза становятся огромными.
— Дети ее знают? И любят? Кто она такая?!
— Матильда.
— Ктооо?!
— Матильда Королева.
Я сижу в такси и смотрю, как мой муж страстно целует другую, как жадно тискает ее попу и нашептывает что-то на ухо.
— Это же она... Матильда. Матильда Королева! — вырывается у меня шепот, полный неверия.
Мой муж — Якоб Ратин и… она?!
— Ты чего? Какая Матильда?
Лена смотрит на меня, ничего не понимая.
— Она была первой учительницей танцев у моих девочек. Первой! Еще вот с таких лет…
Показываю ладонью от пола.
— Несколько лет преподавала. Потом бросила танцы и в блогерши подалась… Теперь она великая блогерша! Певичка! Взлетела… Подростки по ней с ума сходят!
Из меня слова вылетают пулеметной очередью. Я чувствую, как подступает тошнота.
— Мои девочки, Леля и Лека, ее обожают. Во-первых, у них теплая память о ней, как о преподавателе. Во-вторых, теперь она крутая, в тренды залетает. Смотрят все ее дурацкие влоги, шортсы, песни ее слушают. Поэтому я ее и знаю. Каждый день вижу это лицо в телефонах у своих детей.
Я снова смотрю на ту пару. Теперь, зная, кто она, я вижу все четче. Да, это она.
Та самая простая и улыбчивая «Машка Пронькина» — в прошлом, а теперь «крутая и независимая» Матильда.
Та тренд-герл, которая в своих роликах учит девочек «быть сильными и самостоятельными». Та, чьи плакаты висят у моих дочерей над кроватью.
И мой муж, сорокапятилетний Якоб, целует ее у подъезда, как одержимый подросток.
— Так это же... — Лена замирает, наконец осознав масштаб катастрофы. — Это же скандал на всю страну. Если это всплывет...
— Если? — перебиваю я ее. — Лен, ты не понимаешь. Мои дети ее боготворят. И их отец трахает кумира…
  
— Ого! — говорит Лена. — Они его могут возненавидеть! Или…. Наоборот, скажут, папочка, ты такой крутой… и будут любить его еще больше.