Жена в подарок от Бывшей (СИ)

— А поцеловать невесту?!
— По-це-ллло-оовать невесту?.. — растерянно уточнил жених. — Ттто есть вас?
— Ну разумеется, меня! А кого же ещё? — благодушно отчитала «невеста» нерасторопного «жениха» и тут же потянулась за поцелуем.
— Вввы уверены? — поинтересовался жених и попытался отстраниться.
Но не тут-то было.
Эта невеста была не из тех невест, от которых жениху легко убежать. 
— Горько! — завопила она и, в буквальном смысле этого слова, впилась губами в губы неуверенного «жениха».
— Горько! — тут же поддержала толпа и принялась радостно скандировать снова и снова.
— Горько! Горько! Горько! Горько! Горько! Горько! Горько!
Пьяная Милдред ликовала победу, трезвая же, схватившись за голову, честила себя на чём свет стоит.
— Идиотка! Кретинка! Как таким как ты вообще позволяют пить?! Бедняга Сторм! Я загнала его в угол и не оставила ему никакого выбора! Вот как, как ещё, учитывая его натуру истинного джентльмена, мог он поступить в подобной ситуации и при этом не оскорбить и не унизить даму? — задала она сама себе риторический вопрос. — Ну, конечно же, только так как и поступил — поцеловать эту даму в ответ! О боже! Какая же я идиотка! Как? Как я могла докатиться до подобного? И даже, если в моём бокале был не только алкоголь… Что это меняет? Какая разница? Как это изменит тот факт, что я из сотен присутствующих в том ресторане мужчин — выбрала именно своего босса, чтобы пасть к его ногам? Причем в буквальном смысле! Черт бы меня подрал, пьяную дуру! И ладно бы я только пала к его ногам, но я вынудила его жениться на мне, поцеловать меня и если верить его словам…
Милдред протяжно и мучительно застонала, параллельно молясь всем возможным богам.
— Пожалуйста, не допустите, чтобы я вспомнила ещё и об этом! Пожалуйста, не надо! Я просто не переживу!
И в кои-то веки боги услышали её молитвы.
Вышеупомянутый поцелуй — было последнее, что она смогла вспомнить из событий того странного вечера. Однако, учитывая её предпоцелуйное поведение, Милдред теперь не сомневалась, что окончательно жениться на ней она заставила Сторма всё тем же шантажом. И что по поводу проявленной ею инициативы в брачную ночь, он тоже ей не лгал.
И виделось ей это так: пьяная она настаивала, а пьяная толпа её в этом поддерживала. Сторм, очевидно, оценил риски и решил, что ему дешевле будет на ней жениться и на следующий день этот брак аннулировать, чем рискнуть здоровьем и попытаться бежать, обидев тем самым ожидания не только настырной невесты, но и возбужденной и жаждущей свадьбы толпы.
— Господи! Стыдно-то ка-а-ак! — застонала девушка. — И я ещё его в чём-то обвиняла! Как он вообще меня до сих пор не уволил?
И Милдред вспомнила, как галантно её босс вел себя сегодняшним утром и даже собрал её чемоданы. Более того, он взял ее с собой в Новый Орлеан. И на борту самолёта он тоже вёл себя очень… терпеливо с ней. А как добродушно он улыбался, когда рассказывал ей о её ночных выходках. И ещё он… женился на ней, чтобы не обидеть её. А ведь мог бы наплевать на её чувства…
— Господи, что я несу?! — застонала она. — Какие чувства? К чёрту его галантность! Если бы не его галантность у меня не было бы сейчас столько проблем!
И тут она вспомнила, что ещё и проснулась голышом с ним в одной постели. И что, если верить словам Сторма, а теперь она была склонна скорее верить, чем не верить, консумировать их брак было не его, а её идеей.
Эти воспоминания окончательно добили её. И ей захотелось утопиться прямо сейчас. И прямо в этой ванне!
Это было бы идеальным решением, если бы не свадьба с Брэдом через шесть дней.
— Если я утоплюсь до свадьбы, то моя мама меня убьёт, а мама Брэда — затаскает по судам! И обоим будет плевать, что я уже и так мертва, — мрачно усмехнулась Милдред. — Ладно, значит, просто ограничимся увольнением с работы.
— Сейчас выберусь из ванной и отправлю заявление! — решила она. — Потому что я просто не представляю, как теперь смотреть ему в глаза!
Как я могла? Вот так взять и нагло приставать к чужому мужчине? Хотя и мужчина тоже хорош! Тот ещё отзывчивый дамский угодник! — досадливо фыркнула она. — Взял сволочь и удовлетворил все желания дамы! И где ты вообще взялся на мою голову, такой деликатный?! Нет, чтобы попался такой, который проявил бы стойкость. В номере, например, уже не было толпы. Его жизни и здоровью уже никто не угрожал. О позоре дамы никто не узнал бы. Возможно, кроме дамы. Хотя, учитывая то, что я ничего не помню, то и дама тоже вряд ли бы помнила…
 
Или всё же кто-то мог узнать? — озадачилась она вдруг вопросом. И её богатое воображение тут же подкинуло ей вариант, как Микаэль Сторм вместо того, чтобы проявить отзывчивость и деликатность выталкивает её голую из своего номера и кидает ей вслед желтое платье и туфли. Она же настолько пьяна и до такой степени невменяема, что просто как есть, усыпает на коврике под его дверью…
— Бррр! Нет, такого позора я бы точно не пережила! Наверное, мне всё-таки повезло, что мне попался именно галантный дамский угодник. Нет, я не могу уволиться заочно, я должна позвонить и лично сообщить Сторму о моем увольнении, — решила она. — Просто отправить заявление на электронный ящик, слишком уж малодушно! Особенно после всех его… гммм… деликатных и отзывчивых по отношению ко мне поступков!
  
Глава 19
 
То, что, на её счастье, так и не смогла вспомнить Милдред, на его несчастье, второй день безуспешно пытался забыть Микаэль.
Мужчина снова и снова гнал от себя непрошенные, беспардонно и навязчиво лезшие в голову картины его брачной ночи.
Могущественный семисотлетний вампир ещё мог допустить то, что рыцарь в нём не смог устоять перед умоляющим взором прекрасных голубых глаз его дамы сердца. И потому, он, поддавшись моменту, умопомрачительному по своей восхитительной непосредственности — стоя у алтаря, все-таки принёс брачные обеты.
В конце концов, объяснял он себе, эта Лас-Веговская церемония бракосочетания не несла в себе никакого истинного священнодействия, а просто являлась до неприличия карикатурным его подобием.
Поэтому-то сам брак, точнее принесение им брачных обетов и обмен кольцами, Микаэль мог объяснить тем, что не считал данные события значительными или необратимыми. Ведь и действительно невелика проблема: ну поженились ночью, а утром — также быстро бы и развелись.
И именно так бы и было, если бы не… Мужчина тяжело вздохнул.
Да уж неувязочка вышла.
И всё же гораздо больше его мучила другая проблема. Сколько он не пытался, он так и не смог объяснить своему чувству моральной ответственности, как так получилось, что он могущественнейший из вампиров уступил уговорам и поцелуям обычной смертной женщины и тем самым, придал законную силу тому, что, якобы, считал всего лишь пародийным брачным действом.
Несмотря на то, что Сторм старался жить в ногу со временем, он всё же был человеком средневековой эпохи. Эпохи, в которую к брачным узам ещё относились очень серьёзно. И столь же серьёзно — к брачному ложу.
Да, он был под влиянием заклятия истинной любви, но он мог сдержаться. Он точно знал, что мог. Люк прав, он и на самом деле слишком древний и могущественный маг, чтобы кто-то мог заставить его, поступить вопреки собственной воли.
Он мог сдержаться. И мог отказать Милдред. Но не захотел. Он мог поступить как порядочный мужчина. Как рыцарь. А поступил как похотливая скотина. Он воспользовался представившейся ему возможностью. Он убедил себя в том, что Милдред ведьма и чем-то его опоила, и воспользовался представившейся ему возможностью.
«Я — мерзавец, — думал Микаэль в приступе презрения к самому себе. — В глубине души, я ведь прекрасно знал, что Милдред не способна на то, в чём я её подозревал. Я всегда знал, что Милдред — особенная. Необыкновенная. Единственная в своём роде. И потому НЕПРИКОСНОВЕННАЯ. Да, я не имел права прикасаться к ней позапрошлой ночью! И, да, я мерзавец! И всё же я пытался её остановить, — вспомнил он. — Не очень успешно и только в самом начале, но всё же пытался…