Пропавшая без вести

Альберт подождал продолжения разговора, но его не последовало.
— Отлично так отлично, передавай привет маме.
— Передам.
Альберт повел велосипед к следующему дому. Если он и обиделся на Сэма, то виду не подал.
На улице показался темный «форд-фокус». Сэм наблюдал, как машина остановилась рядом с его «дискавери» и из нее вышли двое: один, лысоватый, в грязно-синей куртке-«аляске», другой, высокий и худощавый, в помятом сером костюме. На его щеках и подбородке виднелись следы порезов от бритвы. «Не иначе садовыми ножницами брился», — подумал Сэм. Мужчины подошли к нему.
— Простите, здесь проживает Шарлотта Джонс? — обратился к нему худощавый, с изрезанным лицом.
Сэм поглядел на них с подозрением:
— Это моя мать. Может, я сам смогу вам помочь?
— Нет, нам необходимо поговорить с ней лично. Я детектив-сержант Дэнис Макбрайд, а это сержант Шон Каллен, — пояснил худощавый, и оба показали ему свои удостоверения.
— Что случилось? — спросил Сэм. — С отцом что-нибудь?
— Можно, мы пройдем?
Немного подумав, Сэм впустил их в дом. «Точно, что-нибудь с отцом. А иначе зачем полиция?»
Шарлотта стояла в холле перед зеркалом, обматывая шею серым шарфом. Она взяла конверты у сына и приветливо поздоровалась с вошедшими.
— Мам, это полицейские, — сказал Сэм. — Они хотят поговорить с тобой.
Шарлотта перестала улыбаться.
— Что-то случилось? С Томми?
— Миссис Джонс, я детектив-сержант Дэнис Макбрайд, а это сержант Шон Каллен, полицейский участок на Пирс-стрит.
— В чем дело? Что-то не так с моим мужем?
— С вашим мужем все в порядке, миссис Джонс, мы просто хотим задать вам несколько вопросов. Если не возражаете.
Шарлотта растерянно заморгала:
— Пожалуйста…
— Да в чем дело, в конце-то концов? Почему не сказать прямо, зачем вы приехали? — потерял терпение Сэм. — Из-за отца? Что случилось?
— Сэм, успокойся! — Шарлотта коснулась его руки.
Сэм сжал кулаки. Отец сильно пил и, когда напивался, начинал буянить. Это обстоятельство сводило Сэма с ума и расстраивало мать, но сейчас мысль, что с отцом могло что-то случиться, приводила его в ужас.
Шарлотта положила сумочку и конверты на столик в прихожей. Макбрайд открыл записную книжку и нашел нужную страницу.
— Вы знаете Уолтера Хогана? — задал он первый вопрос.
Шарлотта нахмурилась.
— Нет, — ответила она.
— Он пенсионер, работал врачом.
— Нет, мне ничего не говорит это имя.
— А женщину по имени Кэти Тодд?
Прежде чем ответить, Шарлотта бросила взгляд на Сэма.
— Нет, не знаю.
— Послушайте, да в чем дело? — снова вскипел Сэм.
Макбрайд прокашлялся.
— Вчера в районе Хоут застрелили человека. Англичанка Кэти Тодд застрелила Уолтера Хогана, а потом попыталась застрелиться сама.
— Я что-то слышала по радио… — сказала Шарлотта. — Так она покончила с собой?
— Нет, только пыталась. Сейчас она в коме.
— Ужасно! Но при чем здесь я?
Макбрайд вздохнул:
— У женщины нашли два адреса: один — Хогана, другой — ваш.
— Мой?
— Да.
— Но откуда у нее мой адрес?
— Не знаю. Мы надеялись, что вы сумеете пролить на это свет. Итак, вы уверены, что точно не знаете, кто такой Уолтер Хоган?
— Абсолютно уверена!
Макбрайд кивнул:
— А Кэти Тодд?
— Она же вам сказала, что не знает, — нетерпеливо вставил Сэм, взглянув на часы. — Мам, пора ехать.
— Прошу прощения, что задержали вас, — с еле заметной усмешкой произнес Макбрайд.
Сэм выпрямился:
— Разрешите вас проводить.
Полицейские переглянулись, попрощались с Шарлоттой и пошли к двери. Она задумчиво проводила их взглядом.
Когда Сэм вернулся, она внимательно разглядывала свою почту. Счет, позабытый, лежал рядом с сумочкой, а вот второй конверт она держала в руке.
— Мам, потом прочитаешь! Поехали, я и так уже опаздываю!
— Странно все это…
— Согласен. Поехали, а?
Шарлотта перевернула конверт. Ее имя и адрес были написаны корявыми буквами зелеными чернилами. По штемпелю получалось, что письмо пришло из Дублина, но обратный адрес указан не был. Она вскрыла конверт — Сэму казалось, что ее движения были как в замедленном кино, — и заглянула внутрь.
 
— Там что-то есть.
Она перевернула конверт, и оттуда ей в ладонь выскользнул… Нет! Она тихо охнула.
Сэм испуганно схватил ее за руку:
— Мама, что там? С тобой все в порядке?
Шарлотта медленно разжала пальцы, и Сэм увидел медальон на длинной серебряной цепочке. Мать издала какой-то странный пронзительный звук. Она отступила назад и осела на ступеньки лестницы, словно ее в один миг покинули все силы. В один прыжок Сэм оказался рядом с ней, теперь перепуганный по-настоящему. Да что же это такое? Неужели с сердцем стало плохо?
— Скорей, Сэм! — еле выдохнула Шарлотта. — Догони их!
— Полицейских?
— Скорее!
Сэм выскочил за дверь. Полицейские уже сидели в машине, собираясь уезжать, когда он замахал им, чтобы они задержались.
Каллен опустил стекло:
— Что случилось?
— Матери плохо! Ей что-то прислали в конверте. Вы должны вернуться.
Они прошли за Сэмом обратно в дом. Встревоженно он заметил, что мать плачет.
— Мам, что происходит?
— Миссис Джонс? — Макбрайд подошел к ней ближе.
Шарлотта протянула Сэму медальон:
— Открой…
Внутри оказалась старая фотография. Он не узнал того, кто был изображен справа, но с ужасом мгновенно понял, кто слева.
— Кэти, — прошептал он. — Но как это возможно?
— Миссис Джонс, что случилось?
— Та женщина… англичанка, вы назвали ее Кэти…
— Да.
— Как… она выглядит?
— Блондинка, рост примерно метр семьдесят пять, стройная, глаза голубые. На вид лет тридцать…
Шарлотта застонала так громко, что Сэм вздрогнул. Она выхватила медальон у сына и сунула его в широкую ладонь Макбрайда.
— Это дочкин медальон. Моей дочери. Она… он был на ней в тот день, когда она пропала, двадцать шесть лет назад. Ее звали Кэти… Кэти Джонс.
Макбрайд открыл медальон и принялся внимательно разглядывать фотографию.
— Вы должны отвести меня к ней! — закричала Шарлотта, цепляясь за его руку.
— Миссис Джонс, я не…
— Умоляю! Вы же сами говорили, у нее есть мой адрес. Ради бога! Я только хочу увидеть ее!
— Мама, прекрати! — Сэм схватил мать за плечи. — Кэти утонула!
— Сэм…
— Прекрати! — не сдержался Сэм. — Ты должна взять себя в руки!
— Но медальон… — Она высвободилась из его рук. — Это ведь ее медальон! У кого еще он мог оказаться?
— Не… не знаю, — с запинкой ответил Сэм и обернулся к Макбрайду, которому, казалось, было неловко наблюдать эту семейную сцену. — Я ничего не понимаю! Вы что, хотите сказать, что моя сестра жива?
— Успокойтесь, пожалуйста.
— Успокоиться? Смеетесь? Вы доводите мать до слез, даете ей надежду… Да вы хоть понимаете…
— Мы ничего не знали о вашей сестре, — негромко произнес Каллен.
Сэм зажал в кулаке медальон и сказал:
— Это возмутительно.
— Сэр, похоже, вам с матерью придется проехать с нами. В участке и разберемся, — сказал Макбрайд таким голосом, от которого Сэму стало не по себе.
— У меня сегодня несколько деловых встреч. Я не могу…
— Сэм, — тихо сказала мать, — это наша Кэти.
— Пока не известно.
— Это она, — не сдавалась Шарлотта. Она взяла сына за плечи и встряхнула его. По ее щекам текли слезы. — Какие могут быть встречи? Она жива! Я молилась, Сэм! Я молилась, всю жизнь молилась, и вот… Кэти жива!
Сэм обнял мать и смущенно погладил ее по спине:
— Ладно, мам, ладно… Поехали. Не плачь, все будет хорошо.
  
4
 
Котенок был совсем маленький, всего двух месяцев от роду, крошечный полосатик с белой грудкой, белыми носочками и черным кнопкой-носом.
— Как назовешь? — спросил он, положив ноги на кофейный столик и вольготно раскинув руки по спинке кожаного дивана.