Беспощадный король (ЛП)

Внезапно я не могу дождаться, когда оберну кружевной материал вокруг смазанного члена и буду ласкать себя тканью, пропитанной её ароматом.
Но сначала я собираюсь насладиться этим.
— Наклонись над столом, — говорю я ей, и мои губы кривятся в полуулыбке. — Ты уже знаешь, как это делается.
Афина изо всех сил старается сохранить серьёзное выражение лица, но я вижу, что она сама сдерживает ухмылку от юмора, прозвучавшего в моих словах. Меня поражает, что в наших играх никогда раньше не было такого легкомыслия, и это изменило настроение.
  
Нашему питомцу весело, и хотя я бы никогда не подумал об этом раньше, это лишь добавляет мне удовольствия, а не отнимает его.
Она вытягивается на столе, предоставляя нам полный обзор своей круглой, бледной попки, обрамлённой черным кружевным поясом с подвязками. Из-под него выглядывает её нежная, влажная розовая киска. Я с трудом сглатываю, мои яйца сжимаются и болят, и я протягиваю руку, чтобы снять рубашку, когда Дин подходит ко мне с флоггером в руке.
— Что ты делаешь? — Он бросает на меня взгляд, и я пожимаю плечами. Обычно во время таких наказаний мы остаёмся одетыми, это просто ещё один способ сохранить доминирование, но сегодня вечером я хочу иного. Я хочу увидеть вожделение в глазах Афины, когда она увидит моё обнажённое тело. Я хочу овладеть ею так, чтобы ничто не мешало, только её рот, руки и киска, обхватывающие мою ноющую, напрягшуюся плоть. — У Джексона случится припадок, если он увидит это, — говорит Дин и тоже начинает раздеваться.
Афина поворачивает голову, и её глаза расширяются, когда она замечает нас: моё широкое, мускулистое тело рядом с более худощавым телом Дина. Мы оба находимся в состоянии сильного возбуждения, и Дин наклоняется, проводя рукой по всей длине своего члена, пока направляется к Афине, покачивая в руке флоггер.
— Смотри вперёд, — говорит он с рычанием, и она бросает последний, полный желания взгляд на наши твёрдые члены, прежде чем отвернуться. Когда Дин касается кончиками флоггера её ягодиц, с её губ срывается стон, она выгибает спину и слегка раздвигает бёдра.
— Ты хочешь этого? — Ухмыляется Дин, проводя флоггером по её бёдрам. — Хочешь почувствовать, как я раскрашиваю твою красивую попку, пока ты не захочешь большего?
Афина всхлипывает, и я вижу, как её пальцы сжимаются на краю стола, а бедра внезапно становятся блестящими от прилива возбуждения.
— Да, — шепчет она, опуская голову и выгибая спину ещё больше.
В этот момент я понимаю, что наша малышка Сейнт полностью принадлежит нам.
  
4
 
АФИНА
Я полностью поглощена этим. Я осознала, что пропала, когда не стала сопротивляться указаниям Кейда. Когда он велел мне надеть нижнее бельё и ждать, стоя на коленях посреди комнаты, я не стала возражать. Это лишь усилило моё желание, чтобы они поскорее вошли и дали мне то, чего я так отчаянно жажду.
Когда боль от их наказаний превращается в удовольствие, я больше не могу с этим бороться. Я не могу думать, не могу заставить своё тело перестать реагировать так, как оно реагирует. Поэтому я просто теряю себя, постанывая, всхлипывая и умоляя, пока они снова и снова извлекают удовольствие из моей сочащейся плоти.
Я хочу этого. Мне это необходимо. И прошло слишком много времени.
Меня начал возбуждать сам кабинет: его запахи кожи и дров, а также вид шкафа в глубине комнаты, где, как я знаю, хранятся трости и флоггеры, способные преодолеть боль и погрузить меня в абсолютное, всепоглощающее блаженство.
Может быть, это Стокгольмский синдром?
Возможно.
Неужели это действительно настолько невероятное ощущение?
Черт возьми, да.
Держась за край стола и ожидая, когда опустятся первые удары, я говорю себе, что не отступлюсь. Я не забываю о своей цели – соблазнить Джексона и поставить этот город на колени, а затем вернуться к своей собственной жизни, подальше от всего этого. Я даю себе шанс насладиться тем, что мне навязывали раньше, вот и всё. Я даю себе передышку, удовлетворяя свои желания.
Это просто ещё один способ забрать у них мою власть, вот и всё. Получу от этого удовольствие, стану участником, а не тем, кого загоняют в угол. Но, как бы я ни пыталась рационализировать это в своей голове, я знаю, что всё сводится к одному.
Я жажду этого больше, чем когда-либо прежде. Мне всё равно, кто это сделает – один из них или оба. Я просто не могу ждать.
Когда Дин опускает флоггер на мою спину, я громко вздыхаю и беспомощно стону, ощущая, как боль разливается по моим венам, а по телу разливается долгожданный жар. Я извиваюсь на столе, и в этот момент я слышу, как Кейд передёргивает кулаком по своему члену, а затем шлёпает по яйцам. Его движения становятся на мгновение резкими и быстрыми, а затем замедляются.
— Позволь мне сменить тебя с флоггером, — говорит он, и после небольшой паузы, во время которой Дин убирает его, я чувствую, как шершавые пальцы Кейда скользят между моих бёдер.
— Боже, с неё просто течёт, — говорит он, и я слышу шаги позади себя, когда Дин присоединяется к нам. Затем между моих ног появляется вторая рука, более нежная, чем у Кейда, с длинными пальцами. Её кончики нежно гладят мой клитор, и я издаю сдавленный стон облегчения. В этот момент Кейд проникает двумя пальцами в мою влажную киску, а Дин начинает перекатывать мой клитор между пальцами.
— Она уже близко, — говорит Дин, и в его голосе звучит низкое похотливое рычание. — Как думаешь, ты смог бы отшлёпать её по заднице, не задев меня, если бы я вошёл в неё на минутку?
Они говорят обо мне так, будто меня здесь нет. Это должно было бы вызвать у меня злость и желание сопротивляться, но всё, чего я хочу, это просить о большем. Моё тело, выставленное напоказ для их удовольствия, ощущение, что я полностью принадлежу им, должны были бы вывести меня из себя. Но прямо сейчас это только усиливает моё желание достичь кульминации как никогда прежде.
— Думаю, я неплохо прицелился, — бормочет Кейд. Я не могу удержаться и поворачиваюсь, глядя на его красивую, стройную, мускулистую фигуру, пока он смотрит на меня. Моя киска сжимается вокруг пальцев Кейда, пока Дин не встречается со мной взглядом.
— Отвернись, — грубо говорит Дин, и я успеваю заметить, как его рука обхватывает его член, прежде чем подчиняюсь. — Это ещё один удар плетью за то, что повернулся без разрешения, — добавляет он, и мурашки пробегают по моей спине прямо к ноющей киске.
Кейд ещё дважды вводит в меня пальцы, а затем вытаскивает их, заставляя меня содрогаться, с моих губ срывается рыдающий стон от внезапного ощущения пустоты, пока я не ощущаю горячее, набухшее прикосновение головки члена Дина к моим чувствительным складочкам.
— О боже, пожалуйста... — эти слова вырываются из моих уст прежде, чем я успеваю их остановить. Затем Кейд опускает флоггер на мою попку, и Дин входит в меня…он такой толстый, длинный и невероятно твёрдый. Сочетание жгучей боли на моей внешней поверхности и пульсирующего удовольствия внутри – это уже слишком.
Я понимаю, что не должна кончать, пока мне не разрешат. Я осознаю это. Но я не могу сдержаться. Даже когда никто не прикасается к моему клитору, я ощущаю, как пульсирую, сжимаюсь вокруг члена Дина, когда он входит в меня, и это невероятно приятно. Я не в силах остановить приближающийся оргазм, не в силах сдержать стоны, которые вырываются из моих уст, становясь всё громче, пока не превращаются почти в крик. Мои руки сжимаются, спина выгибается, и я насаживаюсь на член Дина в тот самый момент, когда Кейд снова опускает флоггер.
  
Я вижу звёзды, и оргазм, подобного которому я никогда прежде не испытывала, пронзает меня насквозь. Это всё, что мне было нужно, и недели пренебрежения и напряжения обрушиваются на меня разом, каждая мышца моего тела напрягается, когда я вздрагиваю и вскрикиваю, прижимаясь к члену Дина с силой разрядки.