Убить зверя

Повертев пачку в руках, Том твердо решил, что никто не догадается, что с ней что-то проделывали.
Остановившись у конца Беррибридж-роуд, Том поставил кейс на землю, достал из кармана пакетик и позволил себе приложиться к порошку. Он двинулся дальше по улице, встречая людей, которые, опустив головы, торопились в это утро на работу. Он пригладил рукав костюма, порадовавшись, что выглядит точно как они.
Том свернул на дорожку у дома номер пятнадцать, остановился у входной двери и дважды постучал. Через несколько мгновений дверь открыла молодая девушка в халате, со светлыми волосами. Она взглянула на Тома и положила руку на дверь, чтобы ее захлопнуть.
— Простите, меня не интересует ничего из того, что вы продаете.
Том показал ей анкету для участия в соревновании, которую она заполнила несколько недель назад.
— Мисс Полли Матер?
Она присмотрелась к листку бумаги, узнала свой почерк и подпись, но не могла вспомнить, что именно заполняла.
— Вы недавно присоединились к соревнованию за годовой запас жевательной резинки «Экстрим» и поездку в отпуск в Малайзию.
Ее глаза расширились, она вспомнила.
— Только не говорите, что я выиграла.
Том одарил ее самой лучезарной улыбкой:
— Вне всякого сомнения.
— О Господи! Я поеду в Малайзию? Всегда считала, что в таких делах никаких победителей не бывает. Поверить невозможно!
— Ну, прежде чем присуждать вам премию, мы обязаны убедиться, что у вас есть действующий паспорт и…
Девушка отступила и жестом предложила Тому войти в дом.
— Я не хочу вас задерживать.
— Все в порядке. В среду у меня выходной. — Она радостно хлопнула в ладоши. — Поверить невозможно, — повторила она, проводя Тома в гостиную и прижимая трепещущую руку к горлу.
— Итак… — промолвил Том, садясь и ставя кейс на пол рядом с креслом.
Полли устроилась на диване, поставив локти на колени и в ожидании наклонившись вперед. Том молча полез в карман, вытащил оттуда пачку жвачки «Экстрим», схватился за хвостик на одной стороне и распечатал ее. Он вытянул верхнюю пластинку из семи, находящихся в пачке, и сказал ей официальным тоном:
— От имени «Экстрим инкорпорейтед» я приношу вам свои поздравления.
Наклонившись вперед, девушка с благодарностью взяла пластинку жвачки, развернула ее, сложила пополам и сунула в рот.
— Спасибо, — проговорила она с придыханием, выжидательно глядя на гостя и энергично жуя.
— Пожалуйста, — ответил Том. Они некоторое время смотрели друг на друга. — Теперь, если бы вы могли показать мне свой…
— О Господи, конечно. Простите. Он наверху. — Она вскочила. — Я так взволнована. Простите.
Он улыбнулся:
— Без проблем.
Она почти бегом пересекла гостиную и взбежала по лестнице. Пока девушка отсутствовала, Том встал, подошел к окну и проверил улицу. Когда она вернулась, он уже сидел в кресле.
— Вот, — промолвила девушка протягивая Тому паспорт.
— Замечательно.
Ее шея уже начала покрываться красными пятнами, но Том знал: потребуется время, чтобы наркотик свалил девушку. Он вытащил ручку, потом помедлил и сказал немного смущенно:
— Вы не будете возражать, если мы сначала выпьем по чашке чаю?
— Ох! — Она снова вскочила, розовый халатик немного распахнулся, продемонстрировав часть бедра. — Я такая невежливая. Извините. Молоко? Сахар?
— С молоком и двумя кусочками сахара, спасибо.
Девушка прошла коротким коридором в кухню. Том слышал, как она шлепает босыми ногами по линолеуму, затем раздался звон посуды в раковине. Открылся кран, и зашумел нагревающийся чайник.
Том откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Он был так горд за себя и Полли. Разумеется, она этого не знала, но в ее жизни теперь возникнет высокая цель. Она помогает наступлению Золотого века. Любой должен быть счастлив принести себя в жертву ради этого.
Когда девушка вернулась в гостиную через несколько минут, румянец уже заливал ее щеки и горло.
— Ну вот, готово. — Она поставила на кофейный столик напротив Тома чашку с рисунком мультяшной улитки.
 
Том заметил, с какой энергией Полли жевала жвачку. Она собралась сесть, но неожиданно шагнула к музыкальному центру в углу комнаты и включила музыку.
— Господи, у меня такое настроение, хоть в пляс пускайся! — воскликнула она, с шумом выдыхая воздух и проводя руками по волосам. — Здесь ужасно жарко. Вам жарко?
Том уловил смятение и эйфорию в ее голосе. Он огляделся, словно жару можно увидеть.
— Нет, — ответил он, качнув головой.
— А мне жарко, — заявила Полли, ставя чашку на столик.
Она начала театрально обмахиваться рукой и дергать ворот халата. Том не поднимал головы, делая вид, что разыскивает ручку в кармане пиджака. Полли решила сесть и на пути к дивану зацепилась за ножку столика.
— Оп! — сказала она и как-то странно хихикнула, хотя в глазах уже появилось паническое выражение. — У меня… голова кружится.
Полли уже явно расстроилась и попыталась повернуться, чтобы сесть на диван, но промахнулась и грохнулась на пол. Там она и осталась лежать на спине, глаза сначала закатились, потом закрылись.
Том поднял кейс и поставил на кофейный столик. Набрав код замка, открыл его. Оттуда он достал большой пинцет из нержавеющей стали и пластиковый пакет. Открыл пакет и поставил его на пол, на тот случай, если его вдруг стошнит, затем оттянул нижнюю челюсть Полли. Во рту лежал комок жевательной резинки. Том почувствовал рвотные позывы, когда заметил капли слюны на этом комке.
Он осторожно ввел пинцет в рот девушки и зацепил комок. Отвернув голову в сторону, Том опустил комок в пакет, свернул его конец и завязал узлом. Когда он убирал пинцет, голоса опять заговорили:
«Положи ее в такое положение, чтобы она могла встретить Золотой век».
Том послушно развел руки девушки в стороны, затем наклонил ее голову назад, желая убедиться, что дыхательные пути свободны.
Повернувшись, он взял из кейса силиконовый пистолет. Когда он увидел, как рабочие, делавшие ремонт в его доме несколько месяцев назад заливают этим гелем края ванны, то поспешно ретировался в коридор, содрогаясь от отвращения. Гель, загустев, превратился в нечто резиновое, и хотя он не побывал ни у кого во рту, его присутствие по краям ванны постоянно раздражало Тома.
Теперь он поднял пистолет, который был заряжен тюбиком с гелем. Мысль о содержимом тюбика опять вызвала у него рвотный рефлекс. Но, понимая важность своих действий, Том засунул заостренный конец тюбика глубоко в горло девушке. Держа пистолет в одной руке, он выдавил с полпинты белого геля.
Хотя Полли была без сознания, ее грудь начала вздыматься, а жилы на шее вздулись. Она стала задыхаться. Но Том надавил на пистолет, послав еще одну белую струю в ее дыхательные пути, где она быстро превратилась в неподвижную пробку.
Полли дергалась и раскачивалась, легкие пытались втянуть воздух. Но гель был упрямым, его нельзя было сдвинуть с места, и через несколько секунд ее движения замедлились и прекратились.
Том выпрямился и бросил пистолет в кейс. Огляделся и взял со столика паспорт. Закрыв его в кейсе, он отнес чашки в кухню и вылил чай в раковину. Сполоснув чашки, Том поставил их на сушильную доску и вышел из квартиры.
  
Глава 26
 
5 ноября 2002 г.
В оперативной комнате было тихо, все ждали, когда отчитаются две поисковые группы. Джон сидел за столом и злился, что Макклафлин не включил его ни в одну из этих команд.
Руководитель первой группы, которую направили в дом бабушки Слая, позвонил в десять минут одиннадцатого. Звонок быстро перевели на Макклафлина, и присутствующие старались не смотреть на него, пока он выслушивал доклад.
— Черт! — С грохотом бросив трубку, Макклафлин вышел из своего офиса. — Не нашли ничего, что связывало бы его с жертвами.
— Как насчет чердака? Они под крышей поискали? — спросил кто-то.