Убить зверя

Водительская дверь «порше-боксера» распахнулась, и Йан вытащил свое грузное тело из автомобиля. Том с пустым стаканчиком в руке выбрался из машины, поднял руки и от души потянулся. Он был худее начальника. Затем он последовал за боссом через входную дверь.
Женщина, сидящая за стальным столом, прочирикала:
— Доброе утро! — и приподняла две стопки почты.
— Доброе утро, Сара, — ответил Йан.
Том улыбнулся ей и кивнул. Они взяли почту и зашагали в другую половину здания. Йан направился к двери с надписью «Начальство», а Том с тяжелым сердцем начал взбираться по винтовой лестнице в свой офис.
— Если ты выяснишь, чья это развалюха, будет здорово! — крикнул Йан, открывая дверь.
Том склонился над перилами и постарался произнести с энтузиазмом, но нельстиво:
— Без проблем — она идеально подойдет кому-нибудь из наших спонсоров.
— Отлично, — промолвил Йан и исчез в своем кабинете.
Том продолжил подниматься по металлическим ступеням.
Поганка Джордж в этот момент как раз садился за свою баррикаду из мониторов, и их взгляды на мгновение встретились. Помахав рукой более дружелюбным коллегам, Том бросил пустой стаканчик в мусорную корзину рядом со своим столом и услышал, как там звякнули вчерашние пустые бутылки из-под пива. Затем он положил почту на поднос, сел и плавным движением включил компьютер.
Спрятавшись за монитор, он убрал с лица жизнерадостное выражение, как ненужный мусор. Схватился за виски руками, голова раскалывалась после вчерашнего. Том вернулся домой примерно в десять часов в приятном подпитии после пивного загула с Джоном. Но тут Шарлотта тоже пожелала куда-нибудь пойти. Малость кокаинчику, и он тоже был готов присоединиться к другим клубным гулякам, отчаянно пытающимся забыть, что выходные уже закончились. Домой они явились после двух часов ночи.
Ну а утром в понедельник — похмелье. В любом возрасте не подарок, а в тридцать два и вовсе, думал он, проглядывая содержимое верхнего ящика в поисках парацетамола. И он должен забрать свою «ауди» из гаража и покончить с этими утренними поездками с боссом. Нельзя же так начинать неделю! Никакой обволакивающей тихой музыки, вместо нее — гонки по всей Оксфорд-стрит в сопровождении непрерывного делового разговора прямо в ухо. Затем небольшое разнообразие в виде путешествия по центру, чтобы осмотреть брошенные дома и незавершенные строения, которые нуждаются в баннерах ради XVII Игр Содружества.
Он переключился на «Фаворитов» и нашел файл, который назывался просто — «Корнуолл». Щелкнул «мышью», и экран заполнил вид на залив Фистрал. На золотистом песке пляжа почт и никого не было. Только два человека, выгуливающие собак, да крутые волны разбивающиеся примерно в метрах сорока, и покачивающиеся головы серфингистов вдалеке.
Плечи Тома опустились, и он позволил разочарованию захватить его подобно стремительному водопаду. Он закрыл глаза и представил жизнь, к которой стремился все сильнее и сильнее. Бродить на заре по пляжу с колли или длинношерстной восточноевропейской овчаркой, вдыхая свежий воздух, чувствуя морские брызги на лице и ощущая, как натягивается кожа, когда соленая вода высыхает.
Том позволил этой картинке задержаться в своей голове, наслаждаясь ею, как приятным моментом перед давно ожидаемым чихом.
На соседнем рабочем месте зазвонил телефон, и окружающая реальность вернулась. Том с трудом избавился от разочарования и открыл глаза. На экране все еще виднелся пляж. Он секунду посмотрел на него, закрыл файл и потянулся к почте.
Провозившись с бумагами, насколько позволяли приличия, Том сдвинул их в сторону и принялся разыскивать владельца развалюхи на Грейт-Энкоатс-стрит. Он припомнил, что когда-то на этом здании висел плакат религиозного содержания. Что-то насчет того, что чудеса случаются ежедневно. Наверняка, подумал он, не по поводу арендной платы на здание. Он позвонил в отдел земельной регистрации и узнал, что церковная миссия продала здание бизнесмену, некоему мистеру К. Галуи. Том набрал номер его телефона, но ему ответили, что номер больше не функционирует.
 
Том включил на компьютере «Запрос директорий» и напечатал фамилию и инициал. В Большом Манчестере оказалось сорок восемь человек с такими данными. Он распечатал список, схватил три банки кока-колы из холодильника в кухне, вернулся за стол и снял телефонную трубку. Большинство звонков закончились беседами с растерянными старыми дамами, едва говорившими по-английски, глухим молчанием на линии и общением с автоответчиками.
К половине первого Том решил, что с него хватит. Головная боль прошла, уровень сахара помогла восстановить кока-кола, но есть хотелось ужасно. Он встал и оглядел комнату, обратив внимание на то, сколь скучной была общая атмосфера. Все головы склонены, все смирились с бессмысленной тягомотиной колеса для хомяка, которое здесь именовалось работой. Понимая, что зря пользуется кредитной карточкой компании, чтобы поднять дух сотрудников, Том встал и, обращаясь к коллегам, спросил, не хочет ли кто-нибудь сандвич из города, он собирается наведаться в ближайшее заведение.
Как Том и ожидал, все оживились. Первым заказ сделал Гес. Пока он, как обычно, раздумывал, что попросить, поглаживая солидный живот. Том написал в блокноте: Гес — индийский салат с чатни, клубный сандвич, десерт (сырный пирог с клубникой).
— Ну, просто не знаю, — произнес Гес. — Индийский салат с чатни и бутерброд, так я думаю.
Том сделал вид, что записывает. Гес добавил, вроде как спохватился:
— И сырный пирог с лимоном и лаймом.
Том вычеркнул «клубнику» и написал «лимон и лайм».
— Джемма?
Девушка двадцати трех лет, с вьющимися волосами, выглянула из-за своего экрана.
— Копченая семга с обезжиренным сливочным сыром на темном хлебе, спасибо. — В конце лета она собиралась замуж и уже несколько месяцев упорно худела.
Том посмотрел на блондинку на следующем рабочем месте, рядом с Джеммой, которая пыталась разобраться в незнакомом меню.
— Джули, угря в желе? — Девушку прислали из лондонского офиса в качестве временной помощницы накануне Игр Содружества, и ее южный акцент и общая жизнерадостность положительно повлияли на атмосферу в офисе. Том заметил, что Поганка Джордж иногда на нее поглядывает.
— Я бы хотела тайского цыпленка с имбирем на цельном хлебе и пакетик чипсов с уксусом и солью. Спасибо.
— Эд?
Когда Том брал кока-колу из холодильника, от заметил там сандвичи Эда. Он знал, что теперь коллега начнет сомневаться. Заплатит ли за его сандвичи компания или лучше съесть свои и сэкономить деньги?
Том избавил его от терзаний.
— Не беспокойся. Я запишу в расходы. Мы в этом месяце все наши планы перевыполнили.
Коллеги улыбнулись, а Эд с облегчением сказал:
— Говядину с редисом и белой булкой, пожалуйста.
Том знал, что этот от его предложения откажется, но все же из вежливости окликнул:
— Джордж?
Копна черных волос медленно поднялась над баррикадой из мониторов.
— Нет, спасибо. — Джордж снова опустился в кресло.
— Ладно, — сказал Том, сел за свой стол и нажал на телефоне кнопку быстрого набора. Он зачитал заказ на сандвичи и сообщил, что заедет за ними через двадцать минут.
Внизу у конторки Том прихватил ключи от служебной машины и направился в центр города. Через три четверти часа он вернулся в офис, расстегнул молнию на сумке-холодильнике, поставил коробку в центр стола и открыл крышку.
— Ленч! — объявил Том, забирая свой сандвич и пакет чипсов.
Поганка Джордж с трудом примостил цифровую камеру между двумя мониторами на столе. Провод от камеры тянулся к компьютеру справа. На мониторах появились изображения его коллег, сгрудившихся около стола. Джордж слегка наклонил камеру и сфокусировал ее на лице Джули. Никто не расслышал тихого щелчка камеры, когда он сделал фотографию. Джордж отсоединил камеру, положил ее в верхний ящик и уставился на готовый снимок. У Джули был открыт рот, а глаза полузакрыты, камера застала ее в момент мигания. Джордж облизнул верхнюю губу. Выражение лица Джули значительно превосходило его надежды.