Спецназ. Изменение реальности (СИ)
Подполковник Хузяхметов, обнаруживший наутро пропажу людей и оборудования из землянки, промотал запись камер, одна писала снаружи, а другая внутри землянки, перемещение произошло после появления на поляне густого тумана, затянувшего все непроглядной пеленой. Проследив, чтобы на поляне был наведен порядок и щитовые туалеты и душевые были разобраны, а ямы под ними закопаны, командир бригады и его заместитель сели в УАЗ и отправились в свою часть.
Сталина о новых пришельцах Берия известил через час после их выхода наружу. — Батоно, я удивляюсь, как люди в такой тесноте жили три недели! Они как сельди в этой землянке сидели! Как быть с пришельцами?
— Призраки все еще на Мраморном море загорают? Так отправь прибывших к своим пропавшим родным!
— Там не только их родственники, есть семьи, которые присоединились к основной массе родственников офицеров спецназа, причем среди них несколько ученых и генерал ГРУ, утверждающий, что у него есть много чего, представляющий интерес для государства, в том числе разобранный летательный аппарат. Да и все переселенцы с собой имеют приличный багаж.
Сталин не спеша прикурил и предложил — Ученых и генерала вместе с оборудованием доставить в Москву. Пусть им немедленно подыщут квартиры. Встреться с ними, Лаврентий! Помоги решить все вопросы, пусть включаются в работу наших институтов и научных лабораторий!
Строев не поверил своим глазам, когда ему передали шифровку: Из Минска вылетел борт, с ним все родственники Призраков.
Добежав до своей виллы, поднял на руки жену и закружил ее, затем поставил на пол и ошарашил — Скоро здесь будут наши родители и родные всех наших ребят — они перешли через проход в землянке!
Глава 15
Мама, увидев сына, прижалась к нему и не хотела отпускать, краем глаза Андрей наблюдал за обнимашками супруги с ее родителями. Решив не привлекать особого внимания к группе, встречать родных на терминал ребятам запретили. Родственников сразу с аэропорта всех развели автомобилями по виллам, выделенным парням. Щенок алабая, привезенного сюда для охраны территории Строевым из Москвы, бегал вокруг плачущих от счастья людей, тявкал и не понимал причины непонятного их состояния.
— Я уже тебя почти похоронила! — оторвав лицо от груди сына прошептала мать — Твой командир хоть и уверял, что с вами ничего не могло случиться, я каждый вечер молила Бога! Когда тебя тяжело ранили в Сирии, я также молила: лишь бы выжил!
Андрей смахнул невольно выступившую слезу. Тогда в Сирии их группа случайно попала под «дружественный огонь»: не поставив в известность всех причастных, группу выбросили для уничтожения террористов и этот же квадрат вкупе с двумя соседними подвергся ракетному обстрелу. Трое получили ранения, Андрею достался осколок в живот. Хорошо, что вовремя группу смогли эвакуировать, однако один тяжело-раненный товарищ тогда помощи не дождался и погиб.
Вилла нежданных гостей просто ошеломила.
— Да у вас тут уже коммунизм построен! — неверяще осмотрев собственность дочери и ее мужа, генерал медицины в отставке, прошелся по всем комнатам и развел руками — Чтоб я так жил!
— Так вот и оставайтесь здесь, мы с Олесей скоро обратно к месту работы в Москву отъедем, а вы отдыхайте! — Андрей усадил маму в кресло-качалку на террасе с видом на залив — если будет скучно, можете взять на себя руководство открывающейся больницы, которая будет обслуживать пять таких же поселков. Насколько я слышал, главврача еще не подыскали.
— Правда, папочка! Соглашайся, а то ты в Минске так тосковал по своей работе! Кстати, у нас в Москве в центре столицы еще квартира есть! — Олеся поцеловала отца и затем маму и подала холодный шербет. Ты и оперировать сможешь, сам же жаловался, что руки без работы зудят! А мама тоже сможет здесь работать в лаборатории при поселке физиков, насколько я слышала, все ядерщики тут расположились, правда их в стороне от моря расселили и вокруг поселка с лабораториями охраны просто жуть! Даже зенитки ПВО установили! А неподалеку стоит линкор, захваченный нами у итальянцев.
Все трое родителей минуты две наверное переваривали информацию, пока Стасевич не вспомнил о том, что его нижняя челюсть лежит на мраморных плитах, которыми была выложена терраса. Олеся расхохоталась и убежав, вернулась с морским биноклем — Вон он стоит, полюбуйтесь! Корабль после захвата переименовали и теперь он носит грозное имя «Призрак», сам товарищ Сталин предложил назвать наш трофей в честь нашей группы.
Гости по очереди любовались огромным боевым кораблем и расспрашивали супругов о деталях проведенной операции. Получив укороченную версию тех событий, нежданно нагрянувшие родственники попросили показать свои награды и супруги Строевы отправились переодеваться. Вернулись и ослепили блеском своих наград. Челюсти родителей опять упали ниже плинтуса, тесть неверяще разглядывал награды зятя — Ты, Андрей, вместо Жукова, что ли войсками командовал? За что аж два ордена Победы получил? И звезд Героя как на рождественской елке!
— Сам удивляюсь, обычно спецназ войну не выигрывает, а тут нам удалось несколько раз изменить ход войны! — Андрей немного стушевался и ему на помощь пришла супруга — Ты его меньше слушай, только благодаря нашей группе страна не понесла тех потерь, что были в нашей истории. И Гитлера мы на тот свет отправили и Риббентропа, что на его место пришел, заставили акт капитуляции подписать!
— Так, я не успокоюсь, пока вы нам все подробно не расскажете! -вмешалась теща и Олеся, отпив шербет, начала рассказ, который длился почти час.
Вечером в новом Доме культуры, который был построен для трех ближайших поселков, для гостей из будущего устроили концерт с участием звезд того времени: самолетом на побережье Мраморного моря доставили Утесова, Бернеса, Нечаева и Ленинградский джаз-оркестр под руководством Клавдии Шульженко и ее мужа куплетиста Коралли. Олеся, сев между родителей, счастливо смотрела на сцену, она задумалась, что же ей не хватает и поняла — осталось только родить ребенка для полного счастья, а все остальное у нее уже есть.
Отпуск пролетел быстро, за это время бойцы освоили оборудование для подводных работ и группу вернули на подмосковную базу, дав еще неделю для подготовки к операции. Как то после тренировки группы из Москвы вернулся новый начальник ГРУ и распек Резника — Не дело, что бойцы просто отдыхают! Давай-ка дели их на две команды, в регби пусть играют.
Полковник кивнул и свистком собрал бездельничающих офицеров. Мяч для регби Андрей привез с собой, изготовили его по спецзаказу.
Расчертив площадку, на которой обычно играли в футбол, парни с азартом включились в игру, несмотря на отсутствие защитной амуниции. Играли жестко, без всяких скидок, как и хотел Строев. Скоро вокруг столпились другие обитатели базы, так как одновременно здесь тренировались несколько групп спецназа, ну и обслуживающий персонал, само собой пришел посмотреть как офицеры друг друга по земле валяют, показывая все прелести американского футбола.
— Мать твою! Вы во что играете, Андрей? — неожиданно для всех на базе появились Яков Джугашвили и Василий Сталин, которого по совету Андрея знахарка из глубинки Сибири, привезенная в Москву спецрейсом, заговорила от употребления спиртного и теперь тот мучался в компании выпивающих друзей и последнее время искал выхода своей энергии в спорте, организовав в Воздушных войсках футбольный клуб, так и назвав его «ВВС». Яков закончил войну майором и теперь учился в академии Генштаба, Василий же получил подполковника.
Он с первых дней Великой Отечественной войны просил отца отпустить его на фронт. Его нельзя было держать в тылу. Человек он был активный, моторный, смелый. Летал прекрасно, на фронт рвался, и его место было, безусловно, там. Он тяготился своим тыловым положением и страдал от того, что люди думают, что он хорошо устроился за отцовской спиной. Войну закончил командиром полка, лично сбив семь самолетов противника.