СССР 2010 Жить стало лучше, жить стало веселее! (СИ)

— Мне, конечно, лестно, что вы меня обсуждаете, но какое это имеет к вам отношение? — я нисколько не испугался демонстрации силы и способностей энергета, но мне стало интересно. — Кстати, простите за нескромный вопрос, а вы… в каком ранге?
— Командор, — не стал скрывать Игорь Игоревич, блеснувшим взглядом дав понять, что он понял намёк. — Значит слушай сюда, сопляк. Если моя дочь из-за тебя пострадает, я тебя лично живьём закопаю. Будешь молить чтобы на зону отъехать.
— Я стесняюсь спросить, а каким боком я к Софье отношение имею? — если бы я сказал, что угроза полковника КГБ и при этом сильного энергета меня не испугала, я бы капитально соврал, но при этом мне удалось удержать себя в руках. — Мы встречаемся-то только в школе или на тренировке. Больше никаким образом отношения не поддерживаем, тем более что она обо мне не самого лучшего мнения.
— А ваши игры в детективов?! — на этот раз Сикорский действительно взбесился и стукнул кулаком по столу, оставив в металле приличную вмятину. — Ты хоть понимаешь во что их втравил?!
— Я-то как раз прекрасно понимаю, — не сказать, что у меня от сердца отлегло, но стало чуть спокойней, когда проблему обозначили. — И как мог пытался ребят отговорить. А когда стало понятно, что это не выйдет, предложил наиболее безопасный способ поучаствовать в расследовании. Всё по Макиавелли. Не можешь бороться — возглавь.
— И как, получилось? — внезапно успокоился полковник. — А что ты будешь делать, когда они попадут в беду?
— Постараюсь чтобы не попали, — я пожал плечами. — К тому же на своём уровне ребята хорошо тренированы, а что до этих бандитов, то для них у меня есть аргумент.
— И он способен остановить пулю? — Сикорский презрительно скривился и выложил на стол пистолет в целлофановом пакете. — Что, уже не так весело? Ладно бы вы были Кандидаты в Мастера, а то Юниоры, щенки, а туда же!
— Это что, того самого мужика, которого мне показывали? — сложить два и два я вполне мог. — А вы уверены что он меня хотел завалить?
— В кармане у него твоё фото. — развеял последние сомнения Игорь Игоревич. — Пистолет ворованный. Украден полгода назад у инженера завода “Сибсельмаш”. На нём уже два трупа, просто попугать такое оружие не берут. Теперь понимаешь, чем твоё самоуправство обернулось?
— Товарищ полковник, давайте без нравоучений, пожалуйста, — у меня по спине побежал холодный пот, но я каким-то чудо держался. — Вы же прекрасно понимаете, что стычка с бандитами была случайностью. Вот в том, что ребят подставил — тут да, виноват. Но это тоже случайность, да и я действительно пытался максимально оградить их от опасности, раз уж отговорить не получилось. И спасибо, что прикрыли. Честно говоря, убийцу с огнестрелом я никак не ожидал. Думал Слон со своими шакалами попытаются сами счёты свести. Недооценил, видимо, его, а скорее всего его хозяина.
— Вот смотрю я на тебя, вроде не дурак. Чего Сонька так взъелась. — взгляд успокоившегося Сикорского пробирал до костей, будто просвечивал меня словно рентгеном. — И это она попросила за тобой присмотреть. Но только попробуй… я тебя уже предупредил. Слон это Солонец Дмитрий Фёдорович?
— Понятия не имею, — я с чистой душой пожал плечами. — При мне погоняли его как Слона, а справки кто он такой я не наводил. Я ж говорю, реально не хотел ввязываться. И кстати, а вы уверены, что именно он послал киллера… ну убийцу. Я просто тут Яна Флеминга читаю в оригинале, да и фильмы зарубежные смотрю без перевода, чтобы уровень владения языком повышать, вот и вырываются иногда англицизмы.
— Как скажешь, — судя по всему мне не особо и поверили, но с другой стороны у Сикорского точно имелся доступ к моему делу, всё таки руководитель первого управления это фигура всего на одну ступень ниже чем начальник регионального управления. — Так кто ещё может твоей смерти желать?
— Вы в курсе происшествия с сожителем моей матери? — собственно, вот и подвернулся момент уточнить, в курсе полковник о моей особенности или “инквизиторы” всё засекретили, но тот просто кивнул, показывая, мол продолжай, — Так вот Калёный тогда сказал, мол Барон тебя всё равно достанет. Может это от него привет?
 
— Барон, — Игорь Игоревич пожевал губы, — Может быть и Барон, Дубровский, твой несостоявшийся убийца, пока молчит, но сдаётся мне тут всё гораздо прозаичнее. У него за плечами три ходки, последняя по тяжкой статье. Пытался завязать, влез в эту игру, наделал долгов, вот его и подрядили тебя убрать. Пока эта версия является приоритетной, тем более что про самого Барона последнее время ничего не слышно. Возможно он вообще уехал, или залёг на дно, пока история с Егерем не забудется. Впрочем, это не твоя забота.
— Согласен, — я и не собирался лезть вперёд батьки в пекло, да и вообще предпочёл бы туда не соваться. — Ваша епархия, вам и карты в руки.
— Что ж ты раньше таким умным не был? — ехидно прищурился Сикорский. — Почему сразу не доложил?
— А… кому? — я честно говоря даже подвис от такой постановки вопроса. — Кто этим должен заниматься? Милиция или прокуратура или вы? Были бы они просто гопниками, тут всё понятно. Или там с демонами связанны — тут тоже. А сетевыми азартными играми кто занимается?
— Своему куратору! — не дал запутать себя полковник. — Он за тебя отвечает, а ты обязан докладывать о малейшем своём шаге! И без его разрешения ты не смеешь даже пикнуть!
— Что-то не припомню я, чтобы у нас в стране советов рабство снова разрешили, — а вот сейчас я реально окрысился, так как никогда не терпел над собой никакого диктата. — Я что на зоне, чтобы даже посрать ходить по приказу?! Если да, тогда везите в лагерь. А нет, так идите в задницу, товарищ полковник. Я сотрудничаю с органами исключительно добровольно, чтобы сделать нашу страну чище и безопаснее. Но помыкать собой не позволю! Есть что предъявить — давайте. Виноват — сажайте. А нет, значит буду жить так как сам захочу.
— Ах ты щенок! — вот теперь Сикорский действительно взбеленился, видимо в задницу его давно уже никто не посылал. — Да я тебя… ты у меня из лагерей этих вылезать не будешь! Сгною ублюдка!
— Товарищ полковник! — подорвался капитан, что беседовал со мною раньше, потому что температура в кабинете резко упала, а стены начали покрываться инеем. — Товарищ полковник, успокойтесь!
— А вот семью мою трогать не следовало, — холод пробирал до костей, но я его сейчас не чувствовал, поднявшись и одним движением скинув куртку. — Я тебе эти слова обратно в пасть забью.
Да, кидаться на Командора было всё равно что пытаться остановить танк голыми руками, но мне сейчас было плевать. Сдохну — не страшно. Я уже умирал, пусть даже ничего не помню об этом. В лучшем случае окажусь в новом теле, в худшем — обнулюсь. Да и пофиг, но меня достали все эти уроды, презрительно цыкающие на меня сквозь зубы. Все эти гэбисты, партийные бонзы и прочие мудни, считающие, что простые люди с ними на одном гектаре срать не должны. И если лично мне на них было в целом насрать, то маме хватило и семейки моего папани, и полоскать её имя я никому позволять не собирался.
— Ты покойник, — как то слишком спокойно сообщил Сикорский, и я понял, что да, он действительно меня сейчас прибьёт, но это меня не остановило.
Я шагнул вбок, обходя привинченный к полу металлический стол и готовясь в любой момент уйти рывком из под удара, но сам пока не атаковал. Видимо опять сказались тренировки с сатори, так что мозги у меня работали на редкость хладнокровно и разум подсказывал, что бить первым категорически нельзя. До этого наша ссора хоть и не несла ничего хорошего, но была лишь формальной.
Требовать у меня отчитываться о каждом шаге куратору Сикорский права не имел, я не сотрудник конторы и даже не сексот или кто там ещё бывает. То что я послал его в жопу было грубо по содержанию, но верно по существу. Но если я сейчас на него кинусь — всё. Это уже статья, и весьма серьёзная. И отмазать меня не сможет никто, да и не будут, просто потому что окажется некого. Командор размажет меня по полу одним ударом, или скорее, судя по окружению, заморозит, превратит в сосульку. И будет прав, нападение на сотрудника при исполнении лицом имеющим статус энергета приравнивается к вооружённому, и так далее и тому подобное. Короче та самая жопа куда я папеньку Софии послал. Но и отступать я не собирался, так что оставалось только ждать его первого удара.