СССР 2010 Жить стало лучше, жить стало веселее! (СИ)
— Соня ты не права! — тут же вступилась за меня Зосимова. — Семён хороший, просто болтун. Язык у него без костей.
— Что-то ты быстро его простила, — подозрительно уставилась на подругу Полякова, — Я чего-то не знаю?
— Так мы на первое мая поговорили и помирились, — мигом придумала отмазку умница Лена. — Сёма извинился за прежнее поведение и даже помог мне с Васькой разобраться.
— Этот урод опять к тебе приставал?! — нахмурилась Маша. — И ты мне ничего не сказала?!
— Так Семён ему с дружками навалял, — легкомысленно пожала плечами мелкая. — Теперь Васька меня за три двора стороной обходит.
— А я тебе сто раз говорила что надо так и сделать, — смягчилась Полякова. — Давно бы уже отстал. Так нет, всё жалела этого мудака, думала что исправиться.
— Руокприкладство это не выход! — сурово зыркнул на подругу Ромка. — И Семёну тоже чести не делает. Нужно было обратиться в комсомольскую организацию где он состоит и проблему бы решили. Семён, твоё стремление решать всё кулаками категорически не верное! Да, ты сильный боец, способный справиться даже с Разрядником. Но гораздо главнее что ты комсомолец и должен своим поведением подавать пример младшим товарищам! А ты что? Постоянно дерёшься, словно и остался хулиганом!
— Ромаха, ты… — от шока я едва не лишился дара речи, настолько поразило меня двуличие товарища. — Блин… ты истинный комсорг! Тебе одна дорога — в партию! Сначала попросить набить всем морду, а потом отчитать за драку — это настоящий талант! Я в восторге!
— Я не про это, — неподдельно смутился, покраснел и отвёл глаза Ерёмин. — Тогда ситуация была критическая. Но ты же и тогда, когда можно обойтись словами тоже лезешь в драку. А это добром не кончиться.
— Во! — я с восторгом показал два больших пальца, — Нет, ну настоящий политик! Ромка, у тебя большое будущее. Только запомни, какую бы чушь ты не нёс, нельзя краснеть и показывать что ты сомневаешься. Всегда смотри собеседнику прямо в глаза и будь полностью уверен в своих словах, даже если это лютая ложь. Только тогда сможешь построить карьеру в пратии.
— Что ты несёшь?! — Полякова выглядела так, будто хотела меня огреть чем-то по голове, хотя… почему будто. — Рома честный человек и отличный комсомолец! Он никогда не будет врать! А ты… ты учишь его какому-то капиталистическому дерьму!
— Видимо, Чебтарёв, ты последние мозги потерял, — Сикорская сделала страшное лицо, показывая чтобы я немедленно заткнулся. — несёшь всякую чушь! Это там, у проклятых капиталистов их политики могут врать в лицо людям, а у нас партия едина с народом! И никогда коммунист не опустится до того, чтобы лгать советским гражданам!
— Мда, согласен, занесло меня, — я смущённо почесал в затылке, понимая, что опять наломал дров. — Книгу читал американскую про политику, Карточный домик называется, вот и не отошёл ещё. Так что ты Ромка меня не слушай.
— А зачем ты вообще читаешь заграничных авторов, да ещё таких? — подозрительно сощурилась Полякова, да и остальные тоже поглядывали весьма странно. — Может хочешь свалить на запад?
— Дура ты Машка, — я откинулся на стуле. — когда хотят свалить сидят тихо как мышки. Дело, как и деньги, любит тишину, запомни. А читать такие книги нужно обязательно любому здравомыслящему человеку, чтобы понимать, как устроен мир за пределами нашей страны. Какие внутренние процессы происходят в капиталистических странах, просто потому что если ты хочешь кого-то победить — должен знать о противнике всё. Другой вопрос, что каждому знанию своё время. Человек должен быть готов осознать ту информацию, что он получает и сделать выводы.
— То есть ты оказался не готов. — поддела меня София. — Собственно другого и не ожидалось. Принеси завтра эту книгу. Тебе ещё рано такое читать.
— Но но, не надо гнусных инсинуаций, — честно говоря, я был немного в шоке от того, что Сикорская меня отмазывала и отнекиваться стал скорее по инерции. — Она в электронном виде и на английском. У нас её не издавали.
— Значит скинь на почту, — припечатала девушка. — Не можешь сообразить что ли.
— И мне тоже скинь, — внезапно решился Ромка. — Я должен знать, что вы там читаете. К тому же ты, Семён, прав. Врага надо знать в лицо.
— Скину, только не увлекайтесь, как я. А то нам хитрые капиталистические политики тут не нужны. — я мысленно облегчённо выдохнул и перевёл тему. — Лен, ты чего нибудь по новым текстам сделала?
— Когда? — неподдельно удивилась Зосимова. — Ты только вчера вечером их отдал. Я что всю ночь должна была не спать, музыку сочинять, чтобы тебя порадовать?
— Да нет, я просто так спросил. — я пожал плечами. — мало ли как оно у вас, композиторов. Может стукнет — раз! И готово!
— ДАже если так, всё равно потом надо обработать, послушать, что-то переписать. Ритм подогнать, посмотреть как ляжет текст, — Лена начала объяснять принципы работы композиторов, а я наконец расслабился, разговор ушёл от опасной темы. — Там работы огромное количество, я и со старыми песнями зашиваюсь, а ты ещё новые притащил.
— А что за песни? — тут же заинтересовались одноклассники и обо мне окончательно забыли, хоть я и не питал иллюзий, куда надо кто-нибудь обязательно стукнет.
Остаток уроков прошёл без эксцесов. Я умудрился нигде не накосячить, заработать две пятёрки и четвёрку по истории, коротую знал неплохо, но ту, свою версию. Здесь пришлось учить, но иногда всё равно сбивался по привычке. Учитывая что раньше я перебивался с кола на двойку даже такой результат учителя считали отличным, а я всё же сделал себе пометку на память ещё раз пройтись по материалу. Пора уже было прекращать жить прошлым.
А вот после уроков мой путь лежал в кружок робототехнки, где меня дожидался 3Д-принтер. Александр Сергеевич нашёлся там же, в окружении человек семи школьников, с которыми они что-то разглядывали. Стоило мне войти, физик мгновенно кинулся ко мне, вручив какую-то цепь.
— Вот гляди! — учитель буквально лучился счастьем. — Сделали на твоей машине! Валентин проект сделал, нарезку по слоям и всё получилось! За одну печать, представляешь?
— Круто! — я оценил деталь, оказавшуюся гусеницей по типу тракторной.
— Ну не за одну печать, — застеснялся низенький десятиклассник в очках, — Первые два раза же ничего не получилось.
— Это нормально, — я не то чтобы хотел успокоить пацана, но на самом деле считал, что у него получилось хорошо. — Для нового проекта на незнаком оборудовании так даже отличный результат. Не уверен что сам бы смог лучше. Я всё же больше про генерацию идей, чем их реализацию.
— Насчёт идей, — учитель стал серьёзным, — я от твоего лица подал заявку в комитет по изобретениям и открытиям. Но результат будет только через месяц. Столько заявка рассматривается по закону. Может быстрее рассмотрят, но по своему опыту говорю что на это лучше не рассчитывать.
— А вы подавали на что-то уже? — мне стало интересно, откуда физик так хорошо знает процедуру.
— Было дело, — кивнул тот в сторону стены, где висело несколько рамок с грамотами, на которые я раньше внимания не обращал. — Даже награждён почётным знаком Изобретатель СССР. Но тебе, я думаю, премия светит. Может не Сталинская, но рангом поменьше — точно будет!
— А вам? — в премию я не верил, но уловил главное. — Вы себя указали как соавтора?
— Я у своих учеников воровать не буду! — вот не ожидал я что в мягком с виду и довольно тщедушном, что уж греха таить, физике, может быть такой стержень, а голос звучать так грозно. — Это ты придумал, и с принтером, и с изготовлением пластика под него. Значит тебе слава и почёт! И только так!
— Но это же вы его сделали, — я тоже мог упереться рогом при необходимости. — собрали с нуля, сам бы я год возился да и не факт что получилось бы. Да инженерных решений ваших в нём куча. Вон взять хотя бы предварительный нагрев пластика с миксером для уменьшения количества пузырьков воздуха и брака. Я бы до этого никогда не додумался.
— Что сделано то сделано. — отмахнулся Александр Сергеевич. — Зато с помощью твоего устройства я могу свои проекты реализовать. Не надо что-то выдумывать, достаточно просто сделать чертёж и напечатать деталь. Ты не представляешь, насколько это развязывает руки!