СССР 2010 Жить стало лучше, жить стало веселее! (СИ)

— Думаешь, подстава? — насторожился дядя Гиви. — Кто-то под нас копаэт?
— Да уж по-любому, — я не верил в такие совпадения, да и опыт подсказывал, что СССР — это не рай с цветочками, нечестную конкуренцию никто не отменял, а кроме этого, могли найтись и другие причины. — Знать бы только кто. Так что для начала поговорю со Львом Ивановичем, а потом уже буду решать, идти к сами знаете кому или не стоит.
— Это правильно, — кивнул пожилой грузин. — Лев умный, глупости не посовэтует. 
— Вот и поеду, пообщаюсь, — я принял решение и поднялся со стула. — А с проверками вы и сами знаете, что делать. Главное, не переживайте, всё решим.
Я хотел вызвать такси, но после звонка Шилову не стал. Тот организовал машину, тем более что он был на работе, а адреса я не знал. С одной стороны, ничего особого, с другой — показывает, что ко мне относятся серьёзно. Впрочем, Лев Иванович не давал повода думать по-другому. Однако с появлением проблем начал подозревать вообще всех, потому что знал, что такое рейдерский захват и как кидают совладельцев бизнеса лучшие, казалось бы, друзья. Квартирный вопрос испортил не только москвичей. А люди остаются людьми хоть на загнивающем западе, хоть в шагающем в светлое коммунистическое будущее СССР.
Водителем был всё тот же дядя Коля, но на этот раз разговаривать меня не тянуло. Мужик тоже проявил понимание и с расспросами не лез. Тем более мне было о чём подумать. Я не просто так сказал, что сначала хочу пообщаться с Шиловым. Обратиться к Тихомирову или даже Выгорскому можно и позднее, если проблемы окажутся слишком серьёзными. А вот по мелочам дёргать их не хотелось, и не из-за скромности или чего-то такого. Просто я не отбрасывал версию, что эти неприятности устроены самой конторой.
А что, надавить там-сям, блокировать работу, и вот глупый мальчик бежит к знакомому чекисту с криком «Помоги!». Это становится привычкой, а потом этому мальчику выкатывают счёт. И далеко не факт, что это будут деньги. Скорее уж наоборот. Вот и остаётся мальчику теперь всю жизнь горбатиться на контору, делать то, что скажут, и не выпендриваться. Хочу я этого? Категорически нет. 
Я готов к сотрудничеству, более того, прекрасно понимаю, что равнозначными партнёрами нам не стать. Хотя бы, потому что сравняться с такой структурой, как КГБ, может лишь кто-то столь же масштабный. Например, министерство обороны. Или МВД. Но там уже в ход идут совсем другие интересы. Я же всего лишь хотел сохранить достаточную долю независимости, чтобы самому решать, как мне жить и что делать. Понятно, что какой-то контроль будет при любом раскладе, но одно дело — это когда присматривают издали, а совсем другое — когда ты шагу ступить не можешь без согласования с кем-то.
— Заходи, Семён, присаживайся, — Шилов лично встретил меня на пороге кабинета, несмотря на то что в приёмной сидело несколько человек. — Людочка, сделай нам кофе.
— Сейчас будет, Лев Иванович, — фигуристая и крайне миловидная девица лет двадцати трёх с интересом мазанула по мне взглядом, видать, её шеф не часто так встречал посетителей.
— Прошу прощения, что отрываю от работы, — я сел в предложенное кресло и сразу взял быка за рога. — Но происходящее меня сильно напрягает. Ладно моё задержание или проверки в ларьках. По отдельности они никаких проблем не создают. Но, когда всё вместе, уже немного подозрительно. Или, может, это я себя накручиваю, как считаете?
— Эх, Семён, — вздохнул Шилов, устраиваясь на своём рабочем месте за широким столом, заваленным бумагами. — Чему я и научился в этой жизни, так это не дёргаться раньше времени. Я не провидец и не могу ответить на твой вопрос. Возможно, это происки врагов или конкурентов, а может, и обычное совпадение. Кто знает. 
— Предлагаете не дёргаться? — я понял, что кооператор имеет в виду. — Проблема в том, что я нутром чую, что это подстава. Кто-то пытается меня достать, но кто это и зачем, я не понимаю.
— Я понимаю тебя, — серьёзно кивнул Лев Иванович. — Научно подтверждено, что интуиция энергетов выше, чем у обычных людей, и некоторые даже могут предсказывать будущее. Конечно, это не имеет ничего общего с гаданием на кофейной гуще или там внутренностях животных. Скорее сигнал подсознания, который обрабатывает доступную информацию, связывая её в единое целое и на нём выстраивая линии вероятности. 
 
— Смотрю, вы в этом разбираетесь, — улыбнулся я, но не ехидно, а одобрительно, чтобы не обидеть собеседника. — А я вот в теории дуб дубом.
— Зато с практикой всё в порядке, — Шилов хохотнул. — Мой оболтус много о тебе рассказывал. Говорит, опасный ты парень. Ну, другой с Егерем бы и не справился. И с Одержимым тоже.
— Даже не буду спрашивать, откуда вы знаете, — я сделал покерфейс, — но при ваших связях, думаю, это было несложно. Значит, предлагаете не гнать волну, а подождать развития событий?
— Именно, — кивнул Лев Иванович. — Даже если это подстава от конторы, рано или поздно это станет понятно. А если случайность, то вообще само рассосётся. Я буду держать это на личном контроле, всё-таки это наше общее дело. И весьма перспективное, надо сказать. Я даже не ожидал, что твоя шаурма окажется настолько популярной. Да ещё эти твои идеи про купоны и скидки. Студенты просто ломятся каждую перемену, не успеваем обслуживать. Так что я, можно сказать, кровно заинтересован, чтобы дело не загнулось. 
— Добро, — я, в принципе, и не собирался пороть горячку, а раз Шилов по своим каналам наведёт справки, тем более не собирался дёргаться, ибо спешка нужна лишь при охоте на блох. — Ну тогда, раз я здесь, давайте и о других проектах пообщаемся. Вот.
— Это то, что я думаю? — Лев Иванович схватил протянутую тетрадку и принялся листать, зависая над каждой страницей и что-то мурлыкая под нос. — М-м-мы м-м м-мы-м. Отлично, просто замечательно!!! Сколько здесь… двадцать…
— Четыре, — закончил я за него. — Как раз на два альбома. Композитора найдёте, там мелодии несложные, в основном тот же блатняк на три аккорда. Но, как договаривались, ко мне это отношения не имеет.
— Конечно! — серьёзно кивнул кооператор. — Хоть я уже говорил, половину твоих текстов можно спокойно записывать на Гостелерадио. Но хозяин — барин. Слушай, а может, ещё одну группу создать? А то мне Йося, ну, тот, кто занимается всем этим, уже все уши прожужжал, что стиль песен разный и целевая аудитория у них тоже различная. Мол, чтобы окучить всех, нужны несколько исполнителей.
— Сами решайте, — я не собирался торговаться. — Хотите — делайте две или три. Уверен, что вашему продюсеру, ну, или как по-нашему будет, импресарио, виднее.
— Но для них нужен будет репертуар, — видя мою непонятливость, Шилов был вынужден говорить прямо.
— Так и скажите, что хотите песен, — я усмехнулся, потому что сразу раскусил, к чему он ведёт, — хороших песен есть у нас. Но вываливать всё стразу стратегически недальновидно. Пусть даже это позволит собрать какую-то аудиторию, но на длинной дистанции окажется гораздо менее прибыльным, чем постепенное добавление контента.
— Как, как? — заинтересовался Лев Иванович. — Контент? Это…
— Так на западе называют любой нематериальный капитал, — я уже устал себя сдерживать, так что решил легендировать подобные мои выражения. — Песни, книги, стихи, музыку, статьи в журналах. Что угодно. Я же программист и сетевыми проектами занимаюсь в том числе. А это выражение и пошло из айти-сферы, так называют наполнение сайтов, ну, сетевых страниц. 
— Понял, понял, — кивнул кооператор, довольный, что приобщился к новому знанию. — И я с тобой полностью согласен. Контент надо выдавать дозировано, когда старый уже выработал своё. Но всё же гораздо безопаснее, когда этот самый контент уже готов и просто ждёт своего часа.
— Ясно всё с вами, — я слегка рассмеялся, но с тех пор, как в сатори наметился прогресс, у меня не было проблем с погружением в свои прежние воспоминания и выуживанием текстов песен, которые я, казалось бы, давно и прочно забыл. — Ладно, будет вам контент. Есть у меня ещё песен, постараюсь не затягивать. Заодно и страховкой будут, на всякий случай. Вдруг всё же мной занялся кто-то серьёзный. Не хочу, чтобы мама голодала.