Жатва душ 3. Вторая волна
Поэтому основным бойцом ближнего боя точно будет Рамиз – он дядька крепкий и сильный, явно с опытом борца.
Вику легко было представить в виде этакого берсеркера, рвущего врага когтями и зубами, но портить такую красоту даже с эстетической точки зрения было по-мужски жаль, поэтому ей требовалось что-то для дальнего боя. Будет биться со средней дистанции вместе с Максом – копьем. Вике, конечно, в идеале бы лук или арбалет, но такое я вряд ли скрафчу. Так что копье.
Сергеич… Электрик напоминал урку: юркий, осторожный, но в отчаянии храбрый и будет биться до последнего. Ему бы финкой работать, но урона от нее мизер. Подумаю над оружием типа дубины – отрезок металлической трубы, приварить к ней штыри и прочее дробяще-колющее. Очень эффективно должно получиться. Такое же оружие, уверен, сгодится и Рамизу.
Размышления разогнали сонливость. Руки чесались этим заняться, потому что, если верить Лизе, у дальнейших телодвижений по поводу спасения выживших и развития своей общины появился смысл: я могу создать клан, и с моими людьми не случится ничего плохого во время Третьей волны. Можно и нужно строить новую жизнь…
Этим мы и займемся.
С этими мыслями я дошел до гаража. Там горел свет, изнутри доносились характерные звуки, как когда работает сварка, и бодрый голос электрика. Сперва я думал, он что-то кому-то рассказывает, но, когда подошел поближе, понял, что нет – Сергеич пел:
– Затряслась земля сырая, в гору реки потекли: стопудовую мадаму черти с лошади снесли!
Мне нужно было посмотреть, что есть на складе. Я рассчитывал найти стальные трубы, ведь ими тут все моторы оплетены, как мышцы – сосудами. Может, что-то да осталось. Еще мне был необходим сварочный аппарат, который эксплуатировал Сергеич. Электрик, кстати, надыбал где-то потертую замасленную бейсболку и натянул ее по самые брови.
Певуна нашего я пока трогать не стал. Вошел в соседний ангар, нащупал выключатель. Щелк! О, блага цивилизации! Нам досталась самая крутая база! С водой бы что-нибудь решить, вообще фантастика была бы.
Да хоть колодец выкопать. Тут дожди идут часто, грунтовые воды близко…
Вот же выверт восприятия: нам предстоит смертельно опасный поход, а я о будущем мечтаю.
Подойдя к куче хлама, я принялся в ней копаться. Мешки с тряпьем. Грязные ведра. Нагромождение ящиков. О, ручная пила! Откладываем. Еще тряпье. Разобранная дрель. Сверла… самые длинные пригодятся. Вилы без рукояти – вообще идеально. Тазы. Ведра. Раз лопата, два лопата. Большой молоток. Набор отверток. Зубило. Долото. Автомобильное сцепление – шикарно, подойдет! Тяжеленное, железное. Интересно, можно ли зазубрить его края?
Рама от велика – чем не трубы? Тоже в сторону. Цепь от велика – пусть будет, распилим – и можно использовать вместо хлыста.
…Блин от штанги… Жнецы, пошлите мне блин от штанги!
Но мне был послан ржавый топорик. Тоже неплохо! Я сделал выпад, сымитировал удар.
А вот и трубы! Е-е-е!
И что-нибудь для щита, даже щитов – не только мне, но и Сергеичу с Рамизом. Обязательно нужны щиты – от тошноплюев тех же, от ползунов.
Вроде бы ничего полезного больше нет. Витек-выживальщик наверняка нашел бы, и из этой кучи хлама выбрал бы другое, еще бы оборжал меня, дескать, что ты, офисная моль, понимаешь? Если не понимаю, значит, буду учиться. Сергеич, если что, подскажет.
Он сидел возле автовышки, как доярка возле коровы. Справа лежали трубы, более удобные, чем те, что откопал я.
– Помощь нужна, – сказал я, и Сергеич аж подпрыгнул вместе со стулом, развернулся.
– Оружие вам надо сделать для завтрашнего похода, – объяснил я. – Дело небыстрое, но без этого никак.
Думал, он начнет быковать, давить, чтобы я выгнал Карину, но нет – похоже, принял решение группы и успокоился.
Вместо бычества Сергеич почесал плешь, окинул меня взглядом и пожаловался:
– Вроде тут много всего, а для тарантасов нет ничего подходящего, вилы вот только. Листы железные нужны для брони. А то ж закидают коктейлями Молотова теми же, и что? Сгорим, как есть сгорим!
– Завтра поищем, – успокоил его я. – Ты чем воевать будешь, когда с тарантаса своего слезешь? То-то же. Давай вооружаться. Только сварка нужна. Как вижу, все работает.
– Ага, а че у тебя? Тащи давай!
– Лучше ты тащи туда сварочный аппарат, там целая гора всякого.
Глазки Сергеича алчно блеснули, он поднялся и потер руки.
Процесс пошел весело и бодро. Я показывал находки и говорил, что с этим можно сделать, а Сергеич выносил приговоры придумкам.
Процесс крафта оказался более-менее предсказуемым: я брал в руки предметы, и система выдавала их убойную силу. Только сцепление система не распознала как оружие и, когда Сергеич намертво приварил его к трубе, которая наносила 4–6 единиц урона, просто умножила его на четыре.
– А если края зазубрить? Болгарка есть?
– Диски у болгарки хилые, сломаются, – пробурчал Сергеич, а потом вдруг как понял! – Болгарка, епта! Болгарочка!
И края сцепления были зазубрены с помощью болгарки – он нарезал по кромке острые выступы, будто зубья.
Сергеич отошел, вытирая пот со лба, и полюбовался на свое творение. Я взял получившуюся дубину в руки – она была тяжелой, но вполне управляемой.
– Готово вроде, – проговорил я, сжимая рукоять.
И тут же по всему оружию пробежала световая волна.
– Получилось? – обеспокоенно глядя на меня, спросил Сергеич. – Получилось же?
– Получилось, – с улыбкой ответил я, глядя на уведомления системы.
Удивительно. Возможно, сказалось мое присутствие и вовлеченность в процесс, потому что хоть и выполнял основную работу Сергеич, крафт засчитали мне. Как будто и сам претендент был лишь инструментом в моих руках:
Денис Рокотов, вы изобрели чертеж модификации оружия «Тяжелая дубина из автомобильного сцепления и трубы».
Компоненты: автомобильное сцепление, стальная труба, сварочные швы, зазубренные края.
Качество: редкое.
Особые эффекты: «Отбрасывание», «Кровотечение».
Хотите дать модификации свое название?
– Крушитель, – сказал я без колебаний. – Нет, лучше… – Я посмотрел на довольную морду Сергеича. – Палица Сергеича!
– Палец мой при чем? – удивился электрик, не видевший сообщений системы. – Пол-лица? Палится? Не понял…
Чертеж редкой дубины «Палица Сергеича» внесен в список известных модификаций.
Палица Сергеича
Редкое дробящее оружие.
Урон: 36–48.
Особый эффект «Отбрасывание»: с вероятностью 30 % цель отбрасывается на 2 метра назад и теряет равновесие на 3 секунды.
Особый эффект «Слабое кровотечение»: зазубренные края наносят рваные раны, цель истекает кровью, теряя 1 % активности каждую минуту в течение 5 минут.
Статы были похуже, чем у «Втыкателя», – видимо, многое зависело от сложности и исходного качества материалов. Но все равно пуха удалась – оптимальный вес, около четырех килограммов – достаточно, чтобы наносить мощные удары, и не так много, чтобы у здорового мужика-претендента не хватило сил на замах.
– Урон тридцать шесть – сорок восемь, два спецэффекта, – доложил я Сергеичу. – Можно отбросить и ошеломить, плюс будет истекать кровью минут пять. Называется «Палица Сергеича».
– А что такое палица?
– Ну, типа булавы. Я хэзэ, Сергеич.
– А булава что такое?
– Дубинка такая. Типа биты бейсбольной.
– Ну так и назвал бы дубиной, дубина! – засмеялся он. – Сам слов не знаешь, а все туда же… – Это он на Макса намекал, который любил ввернуть что-нибудь эдакое стремительным домкратом. Но видно было, что он доволен оружием, к которому приложил руку. – Хорошая дубинка получилась. Черепа крошить самое то!
Сергеич с энтузиазмом потряс палицей, радуясь новообретенному оружию как ребенок, потом сделал пару ударов и поприседал, издавая дикие звуки.