Заклинатель 3 (СИ)

Нильс и раньше знал, что маг, с которым познакомился, обладает решительным характером, но сейчас это проявилось в полной мере. Ни сомнений, ни колебаний, только полная уверенность в собственных силах и абсолютный контроль над происходящим. Маг точно знал, что делать и показал это находящимся в заклинательном зале.
При первых признаках паники со стороны бургомистра и шума из коридора два личных телохранителя, зашедших в зал вместе с ним, потянули из ножен длинные полуторные мечи. Шелест вынимаемой стали привлек внимание заклинателя.
  
Тяжелый давящий взгляд без слов, и оба воина одновременно неуверенно остановились.
Нильс восхищенно присвистнул. Мысленно, разумеется, понимая, что сейчас это будет некстати, и не желая получать новый втык за неуместное поведение, как недавно за случайно оброненную фразу насчет молоденькой любовницы бургомистра.
Следом мелькнула быстрая мысль: интересно, со временем он станет таким же? Сможет остановить вооруженных воинов одним взглядом? Что-то подсказывало что нет. Га-Хор Куэль Ас-Аджар был кем угодно, но только не простым заклинателем, каким скорее всего станет сам следопыт. Тут и высокородное происхождение, и опыт, и отточенная привычка поведения по управлению людьми, и некая мрачная тайна, окружавшая фигуру мага с самого первого дня их знакомства.
— Я нашел тропу, — сказал Га-Хор, игнорируя трепыхание испуганного градоначальника и глядя только на Нильса.
— Куда она ведет? — тут же спросил охотник за древностями.
В ответ, отрицательное покачивание головой.
— Не знаю. Но дорога точно есть. Не знаю когда ее открывали в последний раз, подозреваю, что еще во времена до падения империи, но проход хорошо виден.
На секунду наступила тишина. Все оценивали риски путешествия в неизвестность. Первым взорвался бургомистр:
— Не знаешь⁈ Как это ты не знаешь⁈ Ты должен знать!! За что я вам плачу деньги⁈ Хочешь, чтобы я очутился посреди какого-нибудь заброшенного болота⁈ Ты хоть знаешь, в каких глухих отдаленных дырах империя ставили свои проклятые форпосты⁈ Нас может забросить в один из них, откуда мы никогда не сможем выбраться!!! — возопил он, возмущенно потрясая мясистыми кулачками.
Заклинатель остался равнодушен к вспышке истерики, вместо этого указал Нильсу за сваленные в беспорядке сумки, молчаливо веля позаботиться о вещах. Следопыт незаметно кивнул, показывая, что понял распоряжение.
Пентаграмма продолжала гореть призрачным пламенем, в центре колыхался столб белесого света, он немного померк, но потолок заклинательного зала все также терял часть привычной материальности, что указывало на то, что спрятанный под каменным полом Обелиск работает.
Тропа открыта, они могут в любом момент уйти, покинув захваченную бунтовщиками резиденцию и сам Винисгорд. Но сделать это смогут только двое: Нильс и Га-Хор, потому что только у них есть магические способности, Сумеречный Круг и Метка Тонких Путей, открывающая колдовскую дорогу.
Восторг от появления Круга все еще не отпускал Нильса. Давняя мечта осуществилась, пусть все и не выглядело идеальным, в частности количество доступных для изучения заклятий. Но это будут настоящие заклятия! Которые станут частью него, и не будут зависеть от внешних предметов, как артефакты, которыми ему раз или два до этого приходилось пользоваться.
Возможно в первые жизни Нильс был по-настоящему счастлив. От этого дурацкие ироничные замечания в сторону бургомистра, бесшабашное поведение и уверенность, что все закончится хорошо. Наверное, стоило вести себя лучше, оставаясь собранным и сосредоточенным, как это делал заклинатель, но он ничего не мог с собой поделать, находясь под воздействием радостных предвкушений.
В конце концов, он не являлся адептом мар-шааг, не умел отбрасывать лишние эмоции в сторону, концентрируясь на первоочередных задачах, игнорируя остальное. Он был всего лишь охотником за древними редкостями.
Это стало ошибкой.
Не следовало отвлекаться, нужно было делать то, что приказал заклинатель — идти и брать сумки. Вместо этого Нильс замешкался и подставился под удар.
Следующие секунды вместили в себя сразу несколько событий.
Совершенно неожиданно один из телохранителей вдруг выхватил меч, нанес удар рукоятью по лицу напарника и подскочил к двери. Обернулся, торжествующее лицо горело мрачной усмешкой. Он посмотрел на бургомистра.
— Это тебе за Лауру, ублюдок!
— За Лауру? — недоуменно спросил Жуэль Болсонар. Физиономия толстяка в ночнушке и дурацком колпаке на голове выражала растерянность.
— Ты мог выбрать любую другую, но заставил ее отца отдать тебе в качестве шлюхи! — выкрикнул телохранитель.
Лязгнул, отодвигаясь засов. Как завороженный, Нильс смотрел, как обитая почерневшими от времени полосками железа дверь распахивается.
— Сумки! — кричит заклинатель, но следопыт слишком занят, потрясен произошедшим.
— Но она сама… — кричит бургомистр и захлебывается.
Открыв дверь, предатель резво разворачивается и бьет наотмашь мечом. Длине клинка всего немного не хватает развалить тучное тело надвое. Но его оказывается достаточно, чтобы кончик лезвия чиркнул по объемистому брюху. На ткани ночнушки выступает полоса крови — разрез не глубокий, но достаточный, чтобы не привыкший к насилию к собственной персоне бургомистр начинает оглашено орать:
— А-а-а!!! Убивают!!! Спасите!!!
Он орет потрясая телесами, неловко дергается и заваливается назад. Как ни странно, это спасает ему жизнь. Говорят внезапное падение на землю лучший способ избежать удара. Сам того не зная, Жуэль Болсонар применяет этот прием, уходя от мелькнувшей в воздухе полосы остро заточенной стали.
Промахнувшийся телохранитель рычит от ярости, меч вновь взмывает над его головой для нового сокрушительного удара. Бургомистр верещит, как поросенок.
В заклинательный зал врывается несколько человек, прорвавшихся через ряды защищавших коридор стражников. Среди них Нильс без особого удивления узнает старых приятелей: Косту, Тугара и Ерика. На лице лидера банды мрачное торжество, в этом он похож на предателя-телохранителя, когда тот распахивал настежь дверь.
— Попался, скотина! — злорадно кричит мелкий заморыш с редкими мышиными волосами.
И резко замирает. Тонкие руки карманника приподнимаются, пытаясь нащупать лицо, но там уже ничего нет, только выжженная проплешина.
Никто не успел заметить, как заклинатель метнул сгусток фиолетового огня, все произошло очень быстро. Зато результатами смогли полюбоваться все желающие. Еще долгое мгновение тело низкорослого вора с выжженным начисто лицом простояло на ногах, пока наконец тяжело не рухнуло на пол, заставив присутствующих оцепенеть от ужаса.
Страшная смерть вызвала растерянность. Коста и Тугар машинально попятились от фигуры в черных одеждах, застывшей в классическом позе боевого мага, выбросившего руку в атакующем жесте вперед.
Но заминка вышла короткой. Раздавшийся особенно сильный крик умирающего из коридора словно по новой запустил события, поставленные страшной смертью на паузу.
— Бей!!! — проревел Тугар и скакнул вперед, вздымая над головой усеянную острыми шипами палицу.
Колдун сменил положение и выкинул в сторону нападающего вторую руку. Массивного здоровяка подхватила невидимая сила и швырнула назад, ударив об стену, как тряпичную куклу.
Два удара сердца — и две трети команды Косты оказалось уничтожено или выведено из строя. Но вожак не был бы вожаком, если бы не мог вовремя среагировать на угрозу и отступить, переключившись на другую цель. Взгляд Косты метнулся к Нильсу, лицо ощерилось в злобной гримасе. Все что успел сделать следопыт — скользнуть в сторону, ощутив дыхание смерти от старого приятеля.
  
К сожалению, недостаточно быстро. Два мелькнувших с быстротой молнии кинжала вонзились в тело Нильса — один в живот, другой в грудь. Оба погрузились почти на всю глубину лезвия, настолько силен оказался бросок. Физиономию Косты прорезала торжествующая усмешка, ему все же удалось достать врага.