Позывной "Князь" 3 (СИ)

— Владимир Иванович, что дальше собираетесь делать?
— Мне важно узнать, что двигало Соколовым. Затем нужно снять его заклинание с людей и выдать им официальную версию произошедшего. Люди будут говорить о случившемся, и никаких лишних слухов нам не нужно.
— Вы хотите сделать из себя героев? — усмехнулся Мишин.
— Из магов. Нам пора уже очистить лишнюю грязь с репутации. Да, все вышло не идеально, но мы всегда готовы оказать помощь. Это исправит отношение людей, да и сами маги охотнее пойдут к нам. Кадровый голод не миновал военное управление, и тем более, особый отдел.
— А как же финансовые махинации Соколова? — задал вопрос Гусаренко. — Такое нельзя оставлять без наказания.
— К сожалению, Алексей Олегович, мы не можем просто сказать, что сделки недействительны, — пожал я плечами. — Законы края не предусматривают участие мага в сделках, да и представьте, какой крик поднимется, если мы сделаем показательный суд. Сколько еще придет недовольных с жалобами, что их тоже обманули? Придется проверять на магические способности огромное количество людей. Здесь нужно действовать тоньше. Сначала узнаем, для чего Соколову деньги. Если это для личного пользования, то могу предложить арестовать счета и выплатить процент пострадавшим. Негласно.
— А если для всего магического сообщества, которое решило таким образом захватить наши ресурсы? — спросил Мишин.
— У меня такой же вопрос! — добавил Гусаренко. — Тогда это будет сговор группы лиц или вообще, агрессия в адрес империи. Практически война!
— В документах везде значится Соколов, правильно? — я перевел взгляд на Алексея Олеговича, и тот кивнул. — О других магах мы не знаем. Тем более, Соколов сказал, что других разумников нет. Так что я делаю ставку на личное обогащение.
— Как вы собираетесь узнавать у него информацию? — Влад Юрьевич выглядел задумчиво. — Пытки? Допрос?
— Думаю, ему нужно время. Он сейчас слеп, связан, унижен. Первый порыв злости он выплеснул. Теперь нужно мягко довести его до состояния отчаяния.
— А вы жестокий, — одобрительно обронил Мишин. — Но вам лучше не появляться перед ним. Используем мою булавку, а допрос будут вести люди.
— По поводу булавки. Есть у меня идея, — сказал я.
— Я заинтересован, — кивнул он.
Гусаренко переводил взгляд с Мишина на меня и обратно.
— А мне-то что делать? — тихо спросил он.
— Собирайте дознавателей, — ответил я. — Из здания я Соколова не выпущу, но тюремный блок полностью ваш. Список вопросов я подготовлю.
Алексей Олегович вопросительно посмотрел на Мишина, и тот кивнул.
— Будет исполнено, Владимир Иванович, — сказал он, помолчал и добавил: — а еще я бы хотел извиниться за возникшее недоразумение, когда я с отрядом сюда приехал.
Я улыбнулся и протянул ему руку.
— Будем считать, что мы не поняли друг друга и хорошо, что разобрались с этим.
Раздался легкий стук в дверь.
— Войдите! — громко сказал Мишин.
В проеме появилась голова Коровина.
— Владимир Иванович, там вас спрашивают. Какой-то шумный мужчина со свертком. Задержать?
— Нет, все в порядке, пусть подождет, — ответил я и перевел взгляд на Влада Юрьевича. — Кажется, подмога прибыла.
Мы оставили чашки на столе, и все втроем вышли из кабинета. Я был уверен, что в управление примчался Лерчик. Главное, чтобы он не забыл принести то, что я просил.
— Князь! — крикнул он, выглядывая из-за спин моих ребят. — Срочная доставка!
— Пропустите его, — с улыбкой сказал я.
Лерчик, не дожидаясь, когда маги расступятся, проскользнул мимо них с объемным свертком.
— Что это? — спросил Мишин.
— Мой посох, — пожал я плечами. — Не подскажете, когда привезут еще булавки?
Влад Юрьевич глянул на часы, но это уже было не нужно — мы услышали, как к зданию подъехала большая карета.
— А вот, собственно, и они.
На улицу спрыгнул рослый молодой человек, очень похожий на Мишина. Сын, скорее всего. В руках у него была небольшая коробка.
— Это оно? — спросил я и обернулся на магов. — Быстро отошли!
Моя команда, не моргнув глазом, отступила к дальней стене. Они еще не поняли, почему я дал такую команду, но вопросов не задавали.
 
Мишин тепло улыбнулся и повернулся к нам:
— Рад вам представить моего старшего сына, Сергея, — сказал он.
Вошедший кивнул нам и передал отцу коробку.
— Все, что нашли, — сказал он и оглядел нас. — Доброго вечера, господа. Прошу меня извинить, должен откланяться, дела не ждут.
И сразу же вернулся в карету.
Я не стал забирать коробку у Влада Юрьевича, не хватало, чтобы артефакты вытянули из меня последние крупицы магии.
— Что дальше делать? — спросил Мишин. — В конференц-зал?
Но я покачал головой. Мне нужно оценить количество силы в посылке. Иначе эти булавки могут снять заклятье не только с людей, но и с Соколова. Хотя…
— Действуем осторожно. Выводим людей из зала по одному. Проверяем булавки. Мое заклинание рассеется, сразу же, как вы коснетесь человека. Как только мы убедимся, что никто не пострадал, то переходим к главному блюду.
Гусаренко кивнул и начал распределять людей. А мои продолжали стоять в стороне, явно недовольные, что они не будут участвовать.
Ко мне подошел Лерчик, так и не выпустивший сверток из рук.
— Князь, что происходит? — тихо спросил он.
— Бардак, форменный бардак. Соколов захватил управление, подчинил людей, с трудом отбились.
— А посох тебе зачем? Уже ж все закончилось.
— Нужно проверить одну версию.
Я попросил его взять пару артефактов из коробки и положить их рядом с посохом. Сам трогать я их не собирался. Все же неприятно, как сила буквально утекает сквозь пальцы.
Если Лука Кузьмич прав, то Око должны перенять силу булавок. Если это получится, то можно будет заряжать и другие сферы.
Только вот тогда получится оружие против магов, а рассказывать всем об этом мне бы не хотелось.
— Как у вас тут интересно! — восхитился Лерчик, выполняя мои указания.
— До безумия, — хмыкнул я.
До зубного скрежета хотелось взять в руки свой посох и взбодриться от прилива магии, но я держался. Утешал себя мыслями о хорошем отдыхе в бане Уколовых.
Через час стало понятно, что семейные реликвии имеют свойство быстро разряжаться. Их всех хватило лишь на одно-два человека. Но это меня не удивило. Мишин носил свою постоянно, и она, скорее всего, питалась от постоянных контактов с магами. А те, что лежали дома, просто теряли свой заряд.
Пришлось активно подключить Лерчика с посохом. К слову, последний уже перенял частично свойства булавок, и его тяжелая аура чувствовалась даже на расстоянии метра.
Лерчик, не выпуская из рук палку, ходил между рядами в сопровождении людей Гусаренко. Едва он подходил к очередному замороженному, тот вздрагивал и ошалело хлопал глазами. Его тут же выводили из зала к остальным.
Мы решили организовать «полевой госпиталь» в столовой. Туда я отправил магов. Они носились среди бывших пленников, раздавая отвар и рассказывая правильную версию событий. Левков старался незаметно лечить их, маскируя заклинаниями обычным осмотром.
Как мы решили, что не нужно скрывать участие Соколова, лишь опустили подробности самой драки. Мол, да, воздействовали на разум, устроили переполох, но всех спасли. В роли спасателей выступали сотрудники службы правопорядка и особого отдела.
Я решил добавить это в историю, чтобы хоть немного уберечь Гусаренко от позора.
Мишин, выслушав историю, кивнул. Думаю, в отчет императора все равно попадет реальная версия событий. Также Влад Юрьевич обещал подготовить информацию для газет.
Я был ему весьма за это благодарен.
Последними, с кого мы снимали заклинания, стали запертые в своих кабинетах люди. Сложнее всего пришлось со Светланой. Пришлось приколоть на нее булавку и быстро выскакивать из кабинета.
Иначе получилось бы неприлично: девушка, прикрытая одной лишь скатертью наедине с мужчиной.