Ключ (СИ)
Повисла тишина. В голове промелькнула мысль: «Может, Док свалил в кучу все подряд? И если я Уро, то остальное ко мне не относится?»
Бред какой-то.
Отведя взгляд, вновь погрузился в мысли.
— Да кто же я такой? — шепотом вырвалось у меня.
— Зот, — прикоснулась Мел к моей щеке. — Страж ошибся, ты… Уникален, да. Но… — подбирает предложение. — Если его слова правдивы, мы выясним, кто такие Уро, да?
«Никто не должен знать, что ты Уро», — отдалось в голове. Док… Какого хрена? Может быть, это предупреждение относилось только к Трону? Трон не должен знать, что я Уро? Я не мог вспомнить все детали сражения с Эрлой. После превращения все стало как в тумане. Перед смертью она… что-то кричала. Просила прощения, хм.
Я прижал пальцы Мел к своей коже. С запозданием, но теперь разделяю эту тайну с той, кому мог доверить свою жизнь. Хотя вопросов не стало меньше. Но гора свалилась с плеч. Спорить не буду.
— Выясним, — кивнул я. — Еще как выясним. Вместе. — Мои плечи расслабились. — Хе. А сигнал «Любимый» можешь использовать почаще.
— Кхм, — приподняла подбородок ведьма. — Если слишком часто бросаться словами… они теряют значимость.
— Как скажешь, — подмигнул я. — Любимая.
Мел поджала губу. Вроде девушку и распирало от радости, а вроде она и сердилась. Вот теперь… между нами не осталось секретов.
Хорошо.
Глава 7
Неопытная
Как это часто бывает, обратный путь всегда кажется короче, а с локатором по имени Теня мы и вовсе избежали ненужных стычек. К середине вспышки лагерь Детей Матре встретил нас как королей.
— Они вошли в её чертог и вернулись! — упал на колени юноша.
А несколько дней кряду, когда я ходил на охоту… уже не считаются?
— Проводница её воли! — склонился другой.
Хотя слишком много я от них требую. Они не умеют писать и читать.
Староста не заставил себя долго ждать. Дикари слышали гром, даже видели зарево молний. В общем, все атрибуты божественного.
— Какова её воля? — затаил дыхание жук.
Мелони немного потянула с ответом. Еще раз оглядела толпу. Почти тридцать душ, готовых выполнить любой приказ. Очередная засечка, паршивое решение.
— С новой вспышкой, — придала она себе грозный вид, — мы нападем на неверных! — подняла кулак синеглазая. — И сама Альма-Матре поможет нам в этом! — Маленькая искра проскочила по ее костяшкам.
— Са-а-а! — проголосили дикари, впав в эйфорию.
Так и прошел остаток дня. Пока ведьма набиралась сил, мы с отрядом следили за подготовкой. Торка быстро научила Детей делать взрывные склянки. Эффект будет не столь мощным, но здешние смеси дадут дополнительный эффект. Штырь показывал воинам, как бить по ногам и по другим важным точкам двуногих и, не останавливаясь, гонял воинов. Мух пытался составить план. А Шера… ну…
— З-з-з! — радовалась она, катаясь на плечах дикаря побольше. — Мы победим! Бзь!
— Во имя Альма-Матре!
— З-з-з, да!
Я помассировал висок, немного понаблюдав за этой сценой. Не знаю, удача или нет, но в деревне вообще не было детей или беременных. Этот факт только сильнее вогнал бы ведьму в тоску. Ведь она понимала, что у этой авантюры будут последствия…
О, а вот и другая картина.
— Запихивай поглубже! — руководила Торка процессом создания склянок. Пятерка женщин, расположившись на земле, будто цех, потоком нашпиговывала глиняные бутылки взрывчаткой. Тут к ней подошел мужчина. — Вот зараза… — выдохнув дым, пробубнила себе под нос темная.
— Г-госпожа, — нервничал он. Хе, видимо, кузнец-недолюбовник.
— Красавчик, привет! — развела То руки в стороны, будто хотела обнять, но этого не произошло.
— Завтра мы…
— Да-а-а, — протянула Торка. — Слушай, тут такое дело… — быстро забегали ее зрачки, пока она выдумывала на ходу. И тут ее взгляд зацепился за меня. Только не втягивай… — Сегодня мне, как главной помощнице проводницы, нужно быть рядом с её защитником! — Все же втянула. Ме-е-едлено подошла ко мне. — Этот самец не сможет сражаться в полную силу, не… эм… — прицокнула То языком, — не проведи мы ритуал единения! Да!
— Вот как… — повелся кузнец.
— Воитель Зот! — сжала мою руку Торка. — Вам ведь нужны мои услуги? — А в глазах «ну подыграй мне!».
— Эх… — камень, а не лицо. — Эта… самка… сегодня… моя…
Торка радостно повернулась обратно на дикаря.
— Все во имя Матре, — склонился жук. И понуро побрел обратно в свою мастерскую.
— Фух, — расслабленно выдохнула темная. — Пронесло. — Затем одарила меня похабной улыбкой. — Отритуалишь меня сегодня?
— Вторая рука у тебя еще целая…
— Поняла-поняла, — хлопнула То меня по плечу и вернулась к работе.
Сейчас от меня было мало пользы. Всю полезность я покажу на рассвете. Но вот этот нелепый диалог снова заставил закрутиться в моей голове не самые чистые мысли. Через несколько стуков я увидел, как Шера принесла в домик Мел воды: небольшой ручей протекал около деревни. Как единственному человеку, ей тяжелее всего было соблюдать гигиену. Мы постоянно находились в пути, постоянно копошились в грязюке, и каждое мгновение простых радостей — на вес золота… Простых… радостей… Кхм.
Торка заметила, как пристально я смотрю на убежище ведьмы. Цокнув, специально позвала Шеру и так же специально громко произнесла:
— Шер, тут работы до самой вспышки. Поможешь?
— Бзь, да! — сразу схватила шернице склянку.
И тут То посмотрела на меня. Дернула головой, мол, «иди, чего стоишь?».
Хрустнув шеей, я потопал вперед. Перед самым входом зачем-то снова дыхнул на свою ладонь. Теперь я ел куда меньше. Тело могло обходиться без пищи очень долго и требовало ее, только если была необходима регенерация.
Я еще немного постоял перед занавеской.
Вдох, выдох.
Зашел.
Застыл.
Мелони, сняв верхнюю одежду, вела мокрой тряпкой по своему плечу. Она сразу почувствовала, что кто-то зашел без стука. Приглушенные звуки доносились снаружи, но сейчас казались чем-то далеким. Сюда никто не зайдет, ведь это место отдыха богини. Штырь и Мух тоже не придут, ведь домики поделены на мужские и женские.
Мы были совсем одни.
Ведьма не двигалась, от смущения сжимая тряпку все сильнее, и капли воды стекали по бледной коже. Волосы лежали на плечах, на ресницах блестели маленькие капли. Она прикрыла обнаженную грудь рукой. Никакого движения, тоже застыла… Как олененок перед светом фар.
— З-Зот…
— Мел…
В тишине я подошел ближе. Девушка сидела на расстеленной ткани. Я взял тряпку. Провел по спине Мелони, смывая пот и грязь. Она дрожала. Дрожала, но не от холода. Краснота щек перекинулась даже на кончики ушей. Сердце билось, как барабан. Маленькая игра набирала темп, и вот тряпка упала вниз. Мои руки обняли девушку, скользнули по животу, и вот я прижался к ней всем телом. Чувствовал под пальцами шрам, оставшийся после того самого зверства, которое над ней провернул демон с Черной Земли. Шрам остался лишь темной линией, но я чувствовал жар, что исходил от неё. Не в шляпе, не в гримуаре, но именно там. Там находился элементаль. Как вечный ребенок в утробе матери. Мелони выдохнула. Сама прижалась плотнее.
— Я… Я не знаю, что говорить… — прошептала волшебница. Она стеснялась своих ран. Шрамы, синяки, трещины от пальцев до кистей. Но как же мне было на это наплевать!
— Ничего не надо, — вдохнул я ее запах. — Мне нужна только ты.
— Кхм, — повернула она голову. — Взаимно… — Дыхание опаляло.
Все, не могу больше! И, похоже, это мы произнесли в унисон.
Одновременно поддались импульсу, никаких детских поцелуйчиков. Губы слились в поцелуе — жадном, пылком. Мелони убрала руку с груди, стараясь расслабиться. А мой длинный язык облизывал её шею, я сжимал пальцами мягкое. Услышав сладкий вдох девушки, подхватил её на руки. Добрался до кровати. Мы завалились на неё.
— С-с-с, — шипя, одернул я сам себя. Мне нужно сдерживаться: я сильнее, больше. Она… Она такая хрупкая, сейчас я могу сломать её.