Следующий (СИ)

— Дура-баба, сразу все отдала, — довольно ухмыльнулся Ставр, снова дернув котомкой. Раздавшийся сразу же звон монет в мешке казался настоящей музыкой, которую он был готов слушать бесконечно. — Не понимает, что теперь ее вечно доить буду. Все мне отдаст, да еще ноги раздвинет, если захочу.
Та, и правда, сразу же отдала ему все деньги, что у нее были с собой. Вдобавок сняла с пальца перстень с крупным красным камнем и серьги. Сколько все это стоит, было страшно и подумать.
  
— Чуть все поутихнет, я снова к ней пойду. Чай, на собственный трактир много монет нужно. Ха-ха-ха.
Так, похохатывая, покуривая трубку, Ставр и шел по набережной. Впереди уже показались склады и вереница телег очередного купца, спешившего до вечера положить весь свой товар под замок.
— … А с капитаном придется потолковать, если буром переть станет, — уже у складов он вспомнил о своем бывшем командире. Не стоило сомневаться, что тот снова схватится за нож, когда услышит жалобы от своей баронессы. — Чай, магики смертны. От зачарованной пули никто не убежит…
Револьвер с зачарованными патронами — изделие особое, которое просто так не достанешь — лежал за пазухой и успокаивал, вселял уверенность своей тяжестью. Из простого пистолета по одаренному глупо палить, а вот из такого запросто можно к праотцам отправить.
— Пусть только рыпнется, не посмотрю, что службы вместе тянули, — с угрозой протянул Ставр.
Что он собирался сделать в случае драки, так и не договорил. Пробурчал что-то невнятное, но определенно угрожающее.
В первом же переулке из кирпичных складов свернул налево, где пришлось протиснуться по узкому проходу между двумя стенами. У края стены замер, вслушиваясь в тишину. Если впереди и ждала засада, то от нее не было ни слуха, ни духа.
— Хм… Чего это еще такое?
Воротина ближайшего склада, куда он и направлялся, было чуть приоткрыта, а оттуда доносились странные звуки— то ли хрипы, то ли стоны.
— Эти два урода шалаву привели? — предположил Ставр и едва не задохнулся от злости. Не хватало еще, чтобы гулящая девка на него жандармов навела. — Черти.
Он по-особому дернул рукой, и из рукава скользнул нож, тут же оказавшийся в ладони. Похоже, придется всех резать— и ее, и этих придурков.
— Ничего, мне больше достанется. Для нового дела еще дураков найду.
Успокоенный этой мыслью, Ставр осторожно подобрался к воротине и тихо скользнул внутрь склада. В полумраке толком ничего не было видно, поэтому пришлось немного выждать, когда глаза привыкнут.
— Ух ты, кровь!
В нос ударил тяжелый резкий запах, который бывает на скотобойне. Присмотревшись, он увидел багровую лужу у стены и что-то темное, напоминающее тело.
— Неужели, бабу не поделили и порезали друг друга?
Покойником оказался Веня, лежавший, скрючившись в три погибели.
— Гм, а второй, значит, с бабой забавляется…
Перехватив поудобнее нож, пошел вдоль стены. Доносившиеся оттуда звуки, становились сильнее и еще более странными. Только Ставр даже подумать не мог, что он сейчас увидит.
— Этих порешу, а потом пацана, и концы в воду. Пусть после ищут хоть до посинения… Ой, святые угодники!
Добравшись до узкой полоски света, пробивавшейся из небольшого окошка, мужчина замер. Нож, что держал в руке, задрожал, а через мгновение, и вовсе, выпал.
— Святы, святы! — судорожно зашептал он, пытаясь перекреститься. Шок от увиденного был так силен, что он никак не мог поднять руку. — Это что такое?
Спиной к нему стоял один из тех обормотов, которых он нанял для «грязной» работы. Но только в каком виде! Полностью голый, бледная кожа в полумраке отсвечивала, по правой ноге тянулся кровавый ручеек, у ног превращавшийся в настоящую черную лужу. Костлявый зад с вздыбленным естеством судорожно дергался то вперед, то назад. Голова при этом запрокинута, глаза закатились, а на лице застыло выражением неземного блаженства. Жуткое зрелище.
— Господи, что это за дерьмо? Эй⁈ — рявкнул он, подходя ближе. — Ты, чертов сукин сын, слышишь меня?
Но тот лишь сладострастно хрипел, продолжая двигать задом. Из рта тянулась слюна, делая лицо еще более безумным.
Грязно выругавшись, Ставр несколько раз ударил ножом в спину. Дергающееся тело скрутило судорогой, и тут же рухнуло вниз.
— Черт вас всех дери, что здесь случилось? — недоуменно бормотал он, прочесывая подвал. Уйти отсюда, не поняв, что случилось, было никак нельзя. Любое дело нужно доделывать, помнил он еще по прошлой войне. — Ладно перепились вусмерть и взялись за ножи…
Ему под ноги попались пустые бутылки, от которых несло какой-то сивухой.
— Порезали друг друга, это ясно и понятно, но какого черта тогда я видел собственными глазами? Он, как сраный зомби…
Что-то похоже он уже видел на войне. Пару лет назад, когда он и капитан служили последний год, среди солдат пошел слух, что у противника появились маги, которые могут копаться в мозгах. Естественно, никто в это не поверил. Ведь, никто такого сроду не видел. Среди господ-офицеров с их стороны были большей частью огневики, да и то средней силы. Говорили, что на флоте служат маги, которым подчиняется стихия воды и воздуха. Но один из боев в пух и прах разбил все их иллюзии, когда взвод из первой штурмовой роты вдруг развернулся и атаковал своих же. Пока остальные сообразили, зомби, как потом начали называть лишенных воли, ножами и лопатками покрошили почти всю роту.
— Но откуда здесь такой маг? Они же все служат императору.
От таких мыслей Ставру враз поплохело. Спрятав нож, он вытащил из-за пазухи револьвер. Взвел курок и выставил перед собой оружие. Боялся до судорог, но все равно просто так сдаваться не собирался.
— Суки, суки…
Его палец, лежавший на спусковом крючке, подрагивал, в любой момент готовясь дернуть за него. Но в подвале не слышалось ни звука, никто не бежал в его сторону, не кричал, не размахивал оружием. В воздухе висела плотная, липкая тишина.
Ставр несколько раз обошел подвал. Проверил все вдоль и поперек, обшарил все закутки, не поленился разобрать сваленные в кучу старые ящики и заглянуть в каждый из них. Все равно ничего не нашел — пусто.
— И пацана тоже нет.
У одной из подпорок он наткнулся на кусок веревки, и узнал ее. Именно этой веревкой он самолично и связывал их пленника.
— Чертовщина, самая настоящая чертовщина.
Получалась очень странная история. С одной стороны, было все понятно. Эти два дурака на радостях перепились какой-то бормотухи, как всегда, после этого крепко повздорили, и после этого случилась поножовщина. Все совершенно ясно. Но, с другой стороны, какого черта дылда почти часа трахал воздух? К тому же рожа у него была точь-в-точь как у тех солдат, что лишились воли.
— Похоже, капитану придется мне кое-что объяснить… Сука в мундире, подставить меня решил?
Картина с предательством и магами, что копаются в мозгах, уже была совсем понятной. Страшной, но совершенно понятной, оттого и страх у него чуть отступил.
— Нехорошо, капитан, подставлять своих боевых товарищей, совсем нехорошо, — угрожающе ощерился Ставр, выходя из подвала, аккуратно прикрыл за собой воротину, накинул на ушки здоровенный замок. — Я тебя зубами грызть буду… Сука же ты командир, как есть сука. Вот, оказывается, чего так много монет предложил за пацана, — Ставр ощерился, как загнанный волк. В его голове уже начали здесь мысли о жестокой мести. — Думал, мы дело сделаем, а нас потом кончат. Сука, я тебя самого на нож насажу.
* * *
Марка нашли под самое утро.
Какой-то дворник, вставший пораньше для уборки территории, наткнулся на него и едва не отхлестал метлой. Спросонья мужику показалось, что скрючившийся в комок мальчишка — это бездомный бес, спрятавшийся у крыльца. Только занес метлу, а тот, возьми, и застони.
  
Шуму до небес было! Дворник, как заспанные бельма протер, увидел, что на мальчишке, пусть и грязная, мятая, но дорогая одежда с гербом на рукаве. Обувка к тому же не из дешевых. Сразу всполошился, побежал к местному околоточному, а тот уже к своему полицейскому начальству. Прибывшие полицейские в тот же момент опознали герб.