Падший (ЛП)

— Это была одна ошибка. Это больше не повторится.
— Чертов динамо. — Хазиэль протер глаза, отчего Ксандру захотелось вытащить их прямо из глазниц. — Чёрт возьми, никогда. Не спасай. Девушек. — Он прищурился, пощипывая переносицу. — Мне не нужно напоминать тебе, что смертные в этой игре — расходный материал. Так было всегда. Закончи это. И доложи в штаб.
Стиснув зубы, Ксандр сосредоточил свой взгляд на женщине, когда она уходила обратно в бар.
Последняя поездка — шанс доказать самому себе, что свет все еще струится в небольшой части его обугленной, распадающейся души.
Ксандр намеревался закончить работу.
Однако пути назад уже не будет.
Глава 3
Благодаря трёх недельной слежке Каринна знала, что этот парень заслужил «высший» статус, как и несколько других покровителей «Чик на Кoксе», разбросанных по залу.
Она мельком увидела мужчину в сером костюме-тройке, прыгнув на шест, согнула бедра вокруг холодного стального пилона. Судя по тому, как мистер Костюм всегда откидывался назад, никогда не залезая в пьяную толпу мужчин у ее ног, миссис Костюм сидела дома и ждала его.
Месяцы общения с одинокими людьми научили Каринну понимать, что холостяки-свингеры не обращают внимания на такие вещи, как имена, симпатии и антипатии. Молодые и возбужденные, они были готовы быстро потрахаться в глухом переулке среди крыс и мусора.
Никогда не платили достаточно, чтобы оно того стоило.
Женатые мужчины, с другой стороны, имели определенные интересы — такие, которые уберегут их от раскрытия.
Те, кто обожглись, трахаясь со своими секретаршами, в конце концов приземлялись в «Чиках». В миллионе миль от их обычной жизни это место предлагало анонимные фантазии без риска увидеть друг друга на следующем родительском собрании. Каждый из них во время минета, задавал пресловутый вопрос: «откуда ты».
Большинство танцовщиц избегали женатых мужчин и их светских разговоров. Слишком много времени с одним клиентом означало меньше денег.
А Каринна сама выбирала женатых мужчин из толпы, как червей из дерьма.
Парень опрокинул в себя стакан с выпивкой — они никогда не пили пиво, всегда выпивали, утопая в чем-то, что могло скрыть запах.
Долгое скольжение вниз по шесту, и ее взгляд встретился с его. Он обхватил себя — связь установилась. Как на аукционе, мужчины всё время бросали сигналы из толпы. Некоторые махали наличными. Некоторые делали жесты поедания киски. А некоторые делали тонкие намеки на быстрый минет.
Поскольку мужчина не мог говорить, когда его язык танцевал на её клиторе, ей было наплевать на деньги, минет всегда выигрывал в продаже.
Только пара клубов предлагала такую ​​«активность», которой хвастались «Чики». Детройт. Восьмое чудо света — единственное место, где можно следовать законам частично, с достаточным денежным процентом для стражи порядка.
Свет погас, и Каринна собрала чаевые и ушла со сцены.
Костюм-тройка наклонился вперед в своем кресле, подмигнул и улыбнулся, когда она подошла, поправляя свой черный кожаный корсет.
— Хочешь меня?
Он поднял двадцатку.
— Это принесет тебе приятные ласки, не больше.
Больше денег означало больше времени на часах. Ни один человек, бросающий Джексонов в то время, не планировали быстро отсосать и уйти. Сукам лучше попотеть за такие деньги.
На стол приземлились еще две двадцатки.
— Ты также можешь его проглотить.
— Пойдем. — Она провела его через тесную толпу к черному ходу, что совершенно незаконно в любом другом клубе, но в этом заключалась красота экстравагантных законов в Детройте. Всем было насрать, пока никого не подстрелили — слишком много бумажной волокиты для города, в котором не хватает персонала и который катится под откос.
Прижав её к стене, он разинул рот, внезапным приступом возбуждения, скорее всего это он так возбужденно выглядит обычно. Моча и мусор ударили в нос Каринны, но не имело значения. Она предпочитала так. Грязные действия заслуживали того, чтобы происходить в грязных, кишащих крысами переулках с резким запахом гниющей еды и человеческих экскрементов.
 
У нее не было намерений заниматься любовью или кончать, так к чему быть романтичным?
Затвердевший член выпирал из его штанов, когда она скользила рукой по его груди. Не слишком большой, учитывая, что парень был около шести футов. Миссис Костюм, вероятно, не прикасалась к бедному ублюдку годами, судя по маленькому пятнышку предэякулята на его брюках. Она вжикнула молнией на его штанах, расстегнула их, плюнула себе на руку и начала дрочить.
— Откуда ты? — Забавно, как его сдавленный голос дрожал в темпе движений на его члене.
— Далеко от пригорода.
— За шестьдесят баксов я должен получить больше, чем чертову дрочку. — Его глаза закатились, и он вздернул подбородок, слишком охваченный экстазом, чтобы ругаться, если это окажется всё, что он получил за те деньги.
Желудок Каринны сжался от запаха ликера из его рта, и пьяная похоть прилипла к его лицу. Тонкие, почти женские стоны на ухо только усиливали ее отвращение.
— О, да, хорошая девочка. — Его шепот поцарапал ее позвоночник. — А теперь встань на колени и соси папенькин член, как леденец.
«Папочка». Она всегда ненавидела мудаков, которые сходили с ума от таких фантазий.
Выдавив фальшивую улыбку, она вытащила лезвие, сценический реквизит, из кобуры, прижала под его подбородком.
Мужчина замер, глаза распахнулись.
— Какого хрена?
— Малышка собирается сделать тебе минет всей твоей жизни, но только, если ты дашь мне кое-какую информацию. Ты ходишь сюда месяцами. Наверняка ты переспал с какой-нибудь цыпочкой.
— Ага. И что?
— Ты знаешь Лолиту? — Его бегающие глаза выдавали ложь, которую он, несомненно, собрался вывалить на неё — Имей в виду, я могу выпотрошить тебя, как свинью, и бросить крысам.
— Что за херня? Это шутка? — Карие глаза сузились. — Бл*, ты ее сестра, что ли? Ты выглядишь…
— Ответь на вопрос.
— Я плачу тебе не за то…
Он заткнулся после предупреждения из-за резко натянутого скальпа.
Каринна сунула руку в его задний карман, вытаскивая бумажник. Одной рукой она развернула его, открывая фотографию его жены и двух маленьких дочерей. Она наклонила голову.
— Кстати, как дела у Марси?
Краска отхлынула от его лица. Да, она сделала домашнее задание. Мужчина, который два раза в неделю пропадал здесь с другой девушкой, не остался незамеченным.
С выражением «я в ж*пе», с выпученными глазами и открытым ртом, он сделал глоток воздуха.
— Я бы не… — его выражение лица, так и молило, чтоб его искромсали ножом. — Она…
— Мертва, идиота кусок. Лолита умерла.
Каринна прижала лезвие к его горлу, не желая ничего, кроме как вырезать из него эти слова.
— Что, она? — сказала она, стиснув зубы так сильно, что они, наверняка, заболели.
Несмотря на давление на шею, на его лице скользнула улыбка.
— Я должен был понять… ты была бешеной сукой…не может даже отсосать… член без… — его губы сжались, когда Каринна надавила на лезвие сильнее. Чихни он, и его горло вскроется, как бурдюк с водой. — У меня нет информации… которую ты ищешь. Так почему бы… не забыть то… что случилось.
— Если бы я могла. На самом деле, я хотела бы забыть и красивое личико твоей жены. — Она постучала ножом по виску.
— Если ты только подойдёшь к ней…
— Да?
— Девушка… помешанная. На кинке… Лолита увлекается…. Она попросила меня сделать ей больно.
— А ты? — Каринна сверлила его взглядом — она бы опалила ему лицо лазерными лучами, если бы могла.
— Я трахаю шлюх, но я не один из тех гомодегенератов в кожаных чулках и собачьих поводках.
«Он бесполезен».
Она ослабила хватку и раздраженно вздохнула.