Падший (ЛП)

***
Движение прорвалось сквозь её самый глубокий сон без сновидений, за все последние месяцы, и она резко проснулась. Звук тяжелого дыхания позади неё приблизился к её уху. Теплая рука скользнула по её животу, и одним мощным движением она оказалась прижата спиной к твёрдому телу.
Ксандр, должно быть, всё ещё спал, судя по тихому шепоту между поцелуями в её плечо и спину. Она едва могла их разобрать, напрягаясь, чтобы прислушаться, когда его твердость прижалась к её ягодицам.
— Я бы… для тебя. Всё для тебя. — Его тихий шепот щекотал её ухо. — Не могу позволить тебе увидеть.
«Что?» У её разума было всего несколько секунд, чтобы обдумать его слова, прежде чем его бедра прижались к ней.
— Я хочу… я паду. Не останавливайся. — Он быстрее тёрся своим членом, скользя между её ягодиц. Его рука прижала её живот, а его дыхание участилось, пока она не почувствовала, как тепло не пролилось ей на спину, и его дыхание содрогнулось.
Он снова лежал неподвижно.
Где-то в его снах они только что трахнулись.
Глава 14
Ксандр уставился на свои черные ботинки, стоящие на краю здания Фишера, примерно в четырехстах футах над землей. Первые лучи дневного света, которые только начали пробиваться сквозь облака, ещё не достигли улиц внизу, они были скрыты в тени высотных зданий.
Он оставил сегодня Каринну лежать в постели, несвязанную. Она могла бы уйти, если бы захотела, ночью, могла бы, наверное, убить его во сне настолько он был пьян, но она этого не сделала. Он опрокинул в себя пятую часть виски, которую держал в руке.
— В данных обстоятельствах я не думала, что ты вообще встретишься со мной, — голос раздался сзади.
Ксандр повернулся как раз вовремя, чтобы поймать отблеск с ботинок Слоан, прежде чем её задница шлепнулось на край здания рядом с ним.
Она выхватила бутылку из его рук и, сделав глоток, вернула её и провела ладонью по губам.
— Рановато для спиртного.
— Клин клином вышибают.
Слоан улыбнулась, опустив взгляд.
— Где она?
— Кто?
— Хватит игр, Ксандр. Я знаю, что после того, как Шеннон пропала, исчезновение новенькой станет лишь вопросом времени. Она вылитая копия своей сестры.
— Просто плюнь на это, ладно?
— Я думаю, ты играешь с огнём. Это может погубить тебя. Всех нас.
Ксандр ухмыльнулся и покачал головой.
— Если ты думаешь, что эта женщина — погубит меня, то тебе нужно ещё несколько лет поработать в поле, милая. — Он сделал ещё глоток. — Неужели нельзя иметь ничего общего со всем тем гребаным дерьмом, которое я видел и совершал за последнее столетие, а?
Краем глаза он заметил, как Слоан склонила голову.
— Тогда отпусти её. Если они поймают её, так тому и быть. Смертные жизни нас не касаются.
— У неё есть кое-что, что принадлежит мне. Что-то, что может разоблачить меня. — Он взглянул на нее. — Нас.
Нахмурив брови, Слоан покачала головой.
— Почему ты не согласился на повышение, Ксандр? Уничтожение этих ублюдков не вернет Селин.
— Теперь это не только из-за Селин.
— Да, теперь из-за неё. — В её словах проскользнула нота ревности.
— В пятницу. Бал-маскарад. Самые известные Падшие города будут там на аукционе. Я подозреваю, что Йен собирается угостить их трахом и зрелищами.
Это информация зажгла её глаза. Даже Ревнивая Слоан не могла устоять перед масштабами того, что этот день будет значить для Стражей.
— В «Жестких границах»?
— Нет. Заброшенное продовольственное хранилище на пристани. В полночь.
— Понятно. — Она поджала колени к груди, кожа её наряда скрипела под кожаным плащом. — Это оно. Твой главный куш. Тот, которого ты так ждал. — Руки обхватили её колени, она улыбнулась и похлопала его по плечам. — Ни один другой ангел в силе не уничтожил так много падших.
— Ага.
— Послушай… — её дыхание коснулось его шеи, когда она наклонилась к нему. — Я бы хотела отпраздновать потом.
Ксандр повернул голову в сторону и обнаружил, что её губы всего в нескольких дюймах от его, веки отяжелели.
 
— Я буду иметь это в виду. — Он поднялся. — Спасибо.
Её челюсть сжалась, голова всё ещё была склонена набок.
— А пока пообещай мне, что не сделаешь ничего, о чём пожалеешь.
— Я обещаю, что я тот, кто никогда ни о чём не жалеет. — Расправив крылья, Ксандр спрыгнул с крыши.
***
Мягкая ласка по её ноге вырвала Каринну из легкого сна. Тело Ксандра прижалось к ней. Он поцеловал её в плечо и перевернул на спину, щелкнув манжетами на её руках, прикрепленных к спинке кровати.
Усталость не дала ей сопротивляться.
Ксандр остановился, оседлав её тело.
— Не сопротивляешься?
Он оттолкнулся от кровати и зашагал по комнате, исчезая в тени. Тишину прорезал резкий звук, за которым последовал тихий щелчок.
Каринна склонила голову. «Какого черта он там делает?»
Он нёс предмет, который она не могла разглядеть в темноте, Ксандр прошел к кровати и положил это где-то вне поля зрения.
Сначала появилась повязка. Каринна раздраженно выдохнула, когда он завязал ей глаза. У мужчины определенно стояк из-за того, что он не позволил ей увидеть эту чертову вещь.
Пальцы скользнули по передней части её рубашки, он расстегнул её, снимая с неё покрывало, прежде чем его пальцы скользнули по её изгибам. Каринна начала извиваться, когда кончик его пальца коснулся её обнаженного соска.
Вкус кожи наполнил её рот, когда он зажал кляп между её зубами. Распорка разделила её ноги, которую он пристегнул к её лодыжкам, и рывок без усилий подсказал ей, что он прикрепил планку к распорке.
Казалось, уже прошло несколько минут, пока она лежала в тишине. В ожидании.
— Я не хочу, чтобы ты произносила и звука протеста. Если захочешь, чтобы я остановился, тебе придется придумать что-то более оригинальное, чем мольба.
«Вот чёрт».
Он никогда не оставлял её в неведении, и с каждым днём ​​Каринна становилась зависимой от новых ощущений. Её тело жаждало этого. Ждала его слов. Его внимания.
Первая щекотка пробежала по её босой ступне. Перо? Она вздрогнула и издала приглушенный смешок. Мягкие шлейфы дрейфовали над её сводом стопы и закручивались кругами до самых кончиков пальцев ног. Каринна извивалась на ремнях, когда перо танцевало вдоль её икр, вверх, к бедрам. Взрыв смеха заставил её впиться в кожу и оттолкнуться, когда перо скользнуло по бедрам и достигло ребер. Тем не менее, он продолжал её мучить, от груди до подмышек, где она разразилась истерическим смехом, извиваясь, чтобы разорвать контакт с безжалостной щекоткой.
Безжалостный, казалось бы, не тронутый её слезами смеха, просачивающимися из-под её повязки на глазах, Ксандр продолжил свою атаку.
Мягкие трепетания резвились на её сосках, и она издала стон, живот сжался, трусики промокли от её возбуждения. Как провод под напряжением, её тело упивалось этим трепетом, оживало с каждым взмахом и лаской её плоти. Она застонала, когда перо затанцевало на её трусиках, а когда пальцы отдернули ткань в сторону, Каринна откинула голову, выгнув спину в ту секунду, когда эти шелковистые волоски пера ласкали её нежную плоть.
По её телу пробежала дрожь экстаза. Она откинула голову на подушку, застонав от чистого удовольствия, когда Ксандр раздвинул её лепестки и начал дразнить её клитор. Боль усилилась. Агония усиливалась в её напряженных мышцах и обнаженной плоти. Её тело, возбужденное и наэлектризованное, сверхчувствительное, вероятно, достигло бы кульминации, если бы он начал помогать перу своим языком.
Ласка исчезла, и Каринна почувствовала желание разрыдаться от непреодолимой потребности в освобождении.
— Пожалуйста… — ее зубы вонзились в кляп, бедра извивались на кровати.
— Ты хочешь ещё?
Она покачала головой.