Спящая невеста

— Филип?!
— Наверняка это был он. Он должен был встретиться со мной, если сможет прибыть вовремя в Лондон, и мы вместе поехали бы сюда. Но он не успел, так что я приехала одна.
— Это был не Филип. Дело в том, что он звонил тебе как раз в тот момент, когда мы с Джун подошли снова к твоей квартире.
Аврора наклонилась к ней. Глаза ее стали вдруг огромными, зрачки расширились и потемнели.
  
— Он сказал, откуда звонит?
— Да. С Пиккадилли.
— Я думаю, он водил тебя за нос, Лидия. Наверное, просто завернул за угол.
— Чего ради он стал бы выделывать такие штуки?
— Бог его знает. Вероятно, вспомнил, что он вернулся в Англию, а здесь не всегда считается приличным, чтобы тебя находили в квартире леди.
— Но ведь в данном случае леди — его невеста!
Аврора пожала плечами:
— Он не мог знать, кто ты такая — откуда ему было знать? С какой стати ты веришь ему, совершенно незнакомому человеку? По-моему, все очень просто. Во всяком случае, я его спрошу, когда увижу.
— Ты уверена, что это был Филип? — упорствовала Лидия.
— Деточка, я не раздавала ключи кому попало. Не хочешь ли поглядеть мое приданое? Ту его часть, что у меня с собой. Здесь и мое подвенечное платье. И фата. Я не в захлебе oт всей этой суетни, но я знала, что Миллисент будет жутко разочарована, если я не проделаю все, что положено по традиции. Кстати, ты, конечно, будешь моей подружкой. Мы с тобой на следующей неделе съездим ненадолго в Лондон и раздобудем для тебя подходящее платье. А вот это — мое, посмотри!
Аврора нырнула в гардероб, вытащила оттуда очень простое атласное платье кремового цвета и повесила его на спинку стула. Потом развернула фату и начала вытаскивать из чемоданов другие одеяния. Без всякого перехода — вдруг — она стала чрезвычайно деловитой и оживленной. Можно было даже подумать: девица создает дымовую завесу в виде усиленной активности с единственной целью — уклониться от обсуждения другого вопроса. Вопроса о том, у кого до сих пор, возможно, еще имеется ключ от ее квартиры…
— Вот это костюм, в котором я отправлюсь с ним в путешествие, хотя мы еще не решили, куда поедем. Вероятно, в Борнмут! Филип говорит, что, поскольку он успел после возвращения из экспедиции прожить в Англии всего полтора месяца, он ни за что на свете не поедет за границу, по крайней мере до конца лета. Я, говорит, женюсь на тебе, а не на какой-нибудь стране или модном курорте. Погляди, тебе нравится эта ночная рубашка? Стиляжная, верно? А как тебе этот пеньюар?
Когда Аврора вытаскивала из чемодана свои одежки, что-то с лязгом упало на пол. Она так и кинулась подбирать упавшую вещицу, словно пытаясь заслонить ее от глаз сестры. Та успела заметить только, как сверкнула золотая цепочка.
— Что это такое? — с любопытством спросила она. — Подарок от Филипа?
Аврора медленно разжала руку, а потом резким, прямо-таки агрессивным жестом протянула ее чуть не под нос Лидии, показывая, что лежит у нее на ладони.
— Подарок, но не от Филипа. От моего последнего, правильнее будет сказать — бывшего шефа. Это его свадебный подарок мне.
Лидия увидела тяжелую золотую цепь с антикварным фермуаром в золотой, изумительно красивой и затейливой оправе, унизанной драгоценными камнями.
— Ох, Аврора, но это же красотища!
— Как тебе сказать… Не каждой женщине придется по вкусу — немного тяжеловатая вещица. — Она повесила украшение на свою тонкую шею.
— Но он наверняка ужасно дорогой.
— Не знаю. Вероятно, не такой дорогой, как ты думаешь. Но всяком случае, шеф мог себе позволить такой вот подарок.
— Похоже на фамильную драгоценность. А он что — очень богатый?
— Думаю, да, но вообще-то толком не знаю.
— Кто он? — продолжала приставать с вопросами Лилия. — Ты пойми, мы ведь решительно ничего не знаем о том, чем ты занималась после ухода из дома.
— Ничем особенно «волнующим» я не занималась. Никаких тайн, никаких загадок. Работала манекенщицей до тех пор, пока уже не в силах была больше это переносить, и вот тогда я получила место у Арманда. Он именуется очень старомодно — «семейный стряпчий» — ну, знаешь, юрист, который консультирует по имущественным вопросам, выступает в качестве поверенного в суде. У него масса престарелых и очень респектабельных клиентов. Колоссального дохода он не получал — да и кто в наше время получает? Но у него самого было несколько богатых тетушек. Работа у меня была довольно интересная. Он жалел, что я ухожу от него. Я была его личным секретарем, и мы с ним прекрасно ладили. — Аврора намотала тяжелую цепочку на запястье. — Думаю, эта штука принадлежала одной из его теток. Я еще не решила, оставить ли ее себе или стоит продать.
— Я нахожу, что вещь красивая.
Аврора слегка улыбнулась:
— В самом деле? Как это мило с твоей стороны?
— А Филип так не считает?
— Не знаю. Ему я не показывала.
Неизвестно почему, Лидия не удержалась и спросила:
— Кто же все-таки был в твоей квартире и составлял ребусы из обрывков газеты? Ты вырвала из нее какое-то очень важное сообщение?
Глаза Авроры внезапно как бы остановились. Видно было, что она вспоминает что-то. «Да, ее глаза перечитывают ту важную информацию, которая была напечатана на разорванном газетном листе», — решила Лидия.
— А ты уверена в том, что говоришь?
— Абсолютно. Потому что, когда я вернулась в твою квартиру с Джун, газета исчезла. Неужели ты думаешь, я способна выдумать такую нелепицу?
— Нет. Думаю, ты не способна. — Аврора говорила очень медленно. — Наверное, это был кусочек, где было напечатано про… В общем, у меня была небольшая неприятность из-за водительских прав. Я должна была предстать перед судом. Глупо — верно же?
— Аврора! Но из-за этой неприятности никто не пострадал?
— Нет. Я только поцарапала крыло того проклятого такси. Но ты ведь знаешь, что происходит, когда к суду привлекают довольно молодую и интересную женщину. Я бы сказала, за ней устраивают настоящую слежку! — Лицо ее снова стало непроницаемым. Она думала о чем-то своем, тайном.
Схватив бутылку джина, Аврора налила себе еще порцию и быстро проглотила. К сожалению, было достаточно ясно, что это уже вошло у нее в привычку.
— Послушай, Лидия, дорогая, пожалуйста, не упоминай об этом. Ты ведь знаешь, что, услышав такие вещи, Миллисент и Джефри просто взовьются. Филипу я все расскажу. Так. Ну чего я тебе еще не показала? Ах да, вот это — платье для коктейлей, короткое, нарядное, надевается, когда идешь в гости, на прием какой-нибудь во второй половине дня. Я люблю яркие краски. Восхитительное, — как по твоему?
— А кому принадлежал автомобиль, за рулем которого ты сидела, не имея водительских прав? — спросила Лидия.
— Кому принадлежал автомобиль? Ах, ты про ту занудную историю. Я отправлялась на вокзал Ватерлоо встречать одну из его тетушек. Слава богу, что ее не было в машине, когда со мной приключился тот казус с такси. Мы от нее этот инцидент скрыли.
— «Мы» — это кто?
— Господи боже ты мой, ну, мы с Армандом. Лидия, ты мне перекрестный допрос устраиваешь?
— Просто мне интересно узнать, что он собой представляет, этот Арманд, — беззаботно веселым тоном ответила Лидия.
— Понимаешь, все эти бессчетные тетушки, обожающие своего племянника, вконец его испортили. Честно говоря, я была рада уйти из его конторы.
Теперь речь Авроры уже не была медленной. Она перестала осторожно выбирать слова, а болтала. Быстро, легко, свободно, — словом так, как естественно было говорить радостно взволнованной невесте. Но было уже поздно — обмануть Лидию ей не удалось.
Она была почти уверена, что история про автомобильную аварию, во время которой у Авроры не оказалось водительских прав, — чистейшая выдумка. Из того газетного листа Аврора изъяла сообщение о каком-то другом событии. «Вероятно, — подумала Лидия, — о событии гораздо более личного плана. Может, о бракоразводном процессе, в котором она была одной из сторон, или о каком-то касавшемся ее скандале, — словом, о чем-то таком, что Филипу лучше было не знать».