Клон. Оазис

– Хватит нежиться, как благородная девица! – сказал он и швырнул на каменную тумбу чистую одежду. – Время поджимает, а нам еще нужно поговорить.
Я нехотя вылез из ванны и вытерся грубым полотенцем. Одежда оказалась простой, но качественной: льняные штаны, рубашка и мягкие кожаные сандалии. Все село идеально, словно шилось на заказ.
Когда я вышел из ванной, Тан уже ждал меня во внутреннем дворике. Небольшое пространство утопало в зелени – невероятный контраст с окружающей пустыней. Высокие каменные стены создавали ощущение уединенности и безопасности. В центре располагался неглубокий квадратный бассейн, в котором лениво кружили разноцветные рыбки, а рядом стоял столик, уставленный едой.
  
Жареная птица, похожая на фазана, но с более длинной шеей, источала аромат незнакомых специй. На прямоугольной глиняной тарелке лежали ломти свежего хлеба, еще теплого, с хрустящей корочкой. Рядом с ним – несколько видов сыра – от мягкого белого до твердого желтого с прожилками голубоватой плесени.
Белая мраморная ваза была заполнена крупными фруктами. Они напоминали нечто среднее между персиком и грушей с толстой фиолетовой кожицей. Их обрамляла россыпь из мелких, похожих на виноград ягод, но ярко-оранжевого цвета. В центре стола красовалась стеклянная бутылка с кроваво-красным напитком.
Вид яств заставил мой желудок громко заурчать. Я не ел нормальной пищи с момента появления в этом мире – только объедки, которые мне бросали в подвал.
– Садись, – Тан указал на кресло напротив. – Угощайся, пока есть возможность.
Я не заставил себя упрашивать. Первый кусок мяса оказался настолько вкусным, что я едва не застонал от удовольствия. Он таял во рту, оставляя послевкусие с нотками мяты и розмарина, но более острое.
Посланник ел медленно, с аристократической неторопливостью, и наблюдал за мной с едва заметной усмешкой. Вокруг нас порхали небольшие насекомые – их мелодичные трели напоминали стрекот цикад. В углу дворика тихо журчал фонтанчик, даря прохладу и создавая умиротворяющий фон.
– Не набивай брюхо, как голодный трекс, – посоветовал Тан. – А то будешь завтра блевать всю дорогу.
Я заставил себя есть медленнее, хотя это далось с трудом. Посланник тем временем разлил красный напиток в высокие бокалы из мутного стекла. Жидкость была густой как сироп и пахла ванилью с примесью корицы.
– За встречу! – сказал он, приподнимая свой бокал.
– Это вино? – спросил я, осторожно принюхиваясь к пряно-сладкому аромату.
– Вино? – Тан фыркнул. – Алкоголь в Империи под запретом. Как и табак. Это джирра – напиток из цветов кактуса. Слаще, чем девичий поцелуй, и бодрит лучше, чем бой на мечах.
– В вашем мире запрещены все радости жизни?
– В нашем мире, мой юный друг, в нашем! Теперь он и твой тоже, – Тан усмехнулся, и в его глазах блеснул озорной огонек. – Радостей здесь хватает! Женщины, азартные игры, гладиаторские бои. Власть, наконец. Самый пьянящий наркотик. Но ты пока слишком зелен для таких утех.
Он сделал глоток и облизал губы, явно наслаждаясь вкусом.
– Прости, что лишил тебя общества местных престарелых красоток, – продолжил он с притворным сожалением. – Уверен, они были бы рады поиметь такого юного красавчика, как ты. Но увы – каждую шлюху, увидевшую твою мордашку, придется прирезать. А это дорого и хлопотно.
Я пристально смотрел в серые глаза Посланника и не мог отделаться от мысли, что оказался на съемочной площадке какого-то фантастического сериала. Несколько часов назад этот голливудский красавчик уничтожил почти три сотни человек. Убил, использовав непостижимую силу. А сейчас непринужденно шутил, произносил тосты и обаятельно улыбался. Контраст был настолько разителен, что вызывал когнитивный диссонанс.
– Что молчишь, как пришибленный? – Тан откинулся в кресле. – Вопросы есть? Должны быть! Или ты настолько туп, что до сих пор не понял, в какое дерьмо вляпался?
– У меня столько вопросов, что не знаю, с какого начать, – признался я.
– Тогда вопросы задам я, – сказал Посланник, наливая себе еще джирры. – Расскажи, как попал в Волд. Подробно. Каждую деталь. И не вздумай врать – я отличу правду от лжи быстрее, чем ты успеешь моргнуть.
– Только если ты ответишь на мои!
– Дерзкий мальчишка, – Тан покачал головой, но в его голосе не было злости. – Поведаешь свою историю – а я расскажу о том, где ты оказался и что тебя ждет. Но учти – некоторые ответы тебе не понравятся.
Он поднял руку, останавливая мои возражения.
– И не спорь – слушайся меня! Либо ты со мной, под моей защитой, либо твой обезглавленный труп будут жрать Хулды. Выбор за тобой!
Я сделал глоток джирры – напиток оказался приторно-сладким, но с приятным мятным холодком, растекающимся по горлу. В голове слегка прояснилось и усталость отступила.
– Ладно, – согласился я. – Слушай.
И я погрузился в воспоминания о своем последнем вечере в мире, который потерял навсегда. В том, что Землю больше не увижу, я был уверен. Слишком реальным был Волд, слишком чуждым всему, что я знал раньше. И слишком быстро блекли в моей памяти образы прошлого. Они исчезали, словно новый мир надежно хоронил их, занося огромными песчаными дюнами.
 
Глава 4
 
Сейлем утопал в летней влажной жаре. Такая случается нечасто, но мне подфартило – она накрыла город душной пеленой, превратив его в огромную раскаленную сковороду, медленно сползающую в синюю глубь океана. Воздух дрожал, искажая очертания знакомых зданий, словно реальность уже начинала готовить меня к предстоящему переходу между мирами.
Обливаясь потом, я быстро шагал сквозь вязкий кисель горячего воздуха и предвкушал кондиционированную прохладу отчего дома. Каникулы в университете только начались, и меня ожидали несколько недель отдыха от бурных забав студенческой жизни. По крайней мере, так я думал тогда, не подозревая, что этот день станет моим последним днем на Земле.
Двигаясь привычным маршрутом через городской парк, я настраивался на дежурное общение с родителями и обдумывал предлог, под которым смогу улизнуть в свою комнату. Мама наверняка приготовила мой любимый пирог – она всегда так встречала меня после сессии. Отец будет расспрашивать об экзаменах, о планах на лето, о девушках… Обычный семейный ритуал, который тогда казался мне скучным и за который сейчас я готов отдать всё.
Парк дарил обманчивое ощущение прохлады. Я с наслаждением шел под густыми, раскидистыми кронами деревьев, вдыхая терпкий аромат нагретой листвы. Это был обычный летний вечер в Риверфронт-Сити. Последний нормальный вечер в моей жизни.
Выйдя из парка, я остановился у подножия холма, утер пот со лба и посмотрел на дорогу, зигзагами поднимающуюся к вершине. За время моей учебы клумбы с декоративной растительностью разрослись и скрыли окна первых этажей респектабельных особняков. Цветущие розы и лаванда наполняли воздух сладковатым дурманящим ароматом. Свет тусклых фонарей едва разгонял сгущающийся вечерний полумрак, и припаркованные у домов машины напоминали огромных разноцветных жуков, спрятавшихся под деревьями от опускающейся на город тьмы.
Я достал телефон и проверил время – половина девятого. Мама уже наверняка начала волноваться. Следовало позвонить, предупредить, что задерживаюсь, но я решил, что доберусь быстрее, чем объясню причину опоздания. Роковая ошибка – этот несостоявшийся звонок до сих пор вызывает острое чувство вины.
Подсвеченный красным, наш флюгер в форме сказочного дракона возвышался над крышами и призывно светился вдали. Отец установил эту подсветку в прошлом году, перед моим отъездом на учебу, и сказал, что теперь я всегда найду дорогу домой.
  
Я взялся за лямки рюкзака покрепче и начал подъем. В детстве этот извилистый путь казался мне дорогой из желтого кирпича, в конце которой в один прекрасный день откроются врата, ведущие в волшебную страну. Мои наивные мечты так и не сбылись. Вернее, сбылись, но совсем не так, как я себе это представлял.