Операция "Эликсир" (СИ)

Я молчал, не перебивал, впитывая информацию.
— Сам понимаешь, что искали они тот ящичек, — сказал Еремеич, — который ты обнаружил. Видно, нужен он им сильно.
— Да понятно, Силантий Еремеевич! — согласился я. — Только этого ящичка уже нет давно. Отдал я его.
И уточнил:
— Так отдал. Подарил.
Силантий Еремеевич кивнул.
Тем временем домовой разлил нам чай по чашкам, сел рядом, хрумкнул сушкой. Я сделал глоток, другой. Чай был горячий, но терпимый, не обжигал. Как я и люблю. Силантий Еремеевич тоже ухватил свою чашку, наложил в неё сахару четыре ложки — любил лесовик сладкое.
  
— Завтра, значит? — переспросил я.
— Ага! — Еремеич проглотил очередную сушку. — Они там капитально засели. Палатку поставили, тент натянули…
— А ты бы их ночью погонял бы, — предложил я. — Леших попросил бы, чтобы попугали их, потоптались по вещам ихним, может, и волчков каких залетных к ним отправил бы, а?
— Сделаю! — лесовик допил чай и вспомнил. — А еще этот инквизитор искал там друзей своих Вацлава да Кшиштофа. Ну, ты их помнишь!
— Помню, — согласился я и тоже вспомнил. — Мотоцикл-то красный? С коляской?
— Ага! Красный, — подтвердил Силантий Еремеевич. — Только ты это, Антон, имей ввиду: соберутся они к тебе ехать, я им дорогу не закрою. Не смогу.
— Но предупредить-то предупредишь?
— Предупредить предупрежу, — согласился Еремеич. — Даже с тобой схожу. Но только поглядеть.
Как только Еремеич ушел, я сел на велосипед и направился в гости к Макарычу. Проехал через пустую Бахмачеевку: конец августа — начала сентября — самая страда, все на работе. Даже Длинному Лёхе не кивнёшь. К моему удивлению, на скамеечке дома, что напротив избы моих деда с бабкой, сидели знакомые девчонки Юлька и Анька.
— Привет, девчонки! — крикнул я.
Юлька сразу покраснела и отвернулась. Анька же привстала и замахала мне рукой, то ли здороваясь, то ли подзывая к себе. Юлька дернула её за кофточку, усаживая или осаживая — тоже не разберешь!
Я же направился дальше, к Василию Макаровичу на подворье.
На моё счастье лесник оказался дома. Калитку шишок открыл сразу же, стоило мне соскочить с велосипеда.
— Заходи, гость дорогой!
Я протянул ему руку. Шишок пожал её с церемонным поклоном.
— Уважает он тебя, — ухмыльнулся вышедший на крыльцо Василий Макарович. Мы с ним поздоровались, пожали друг другу руки, приобнялись.
— С чем пришел?
— Ко мне Еремеич заходил, знаешь, что рассказал?
И я поведал леснику всё, что сообщил лесной хозяин. Макарыч меня внимательно выслушал, нахмурился, хмыкнул, выругался:
— Сегодня бабку Трандычиху хоронили. Позавчера ночью от инфаркта померла. Помнишь её? Которая на моего помощника Даньку порчу навела.
— Как же не помню? Помню, очень хорошо помню, — ответил я. — Вовремя старушка в ящик сыграла. Не дошли у меня до неё руки… Не успел…
— Оставь её душу в покое, — бросил лесник. — Да и не она это. Я уверен, это отец Алексий за ней стоит. Тут другое. На днях люди видели, как к ней толстый заходил, который на мотоцикле приехал. Потом он с ней в Кутятино катался. А позавчера к ней заходил… Знаешь кто? Отец Алексий собственной персоной! А ночью старушка помирает от инфаркта миокардового.
— Думаешь, убили?
Макарыч развел руками.
— В любом случае инквизитор, как его опознал Еремеич, за тобой придет, — он усмехнулся. — И за мной тоже. Может, даже сначала за мной…
— А где бабку-то похоронили? — поинтересовался я.
— В Коршево, где ж еще? На местном кладбище. Тебе зачем?
— Поговорить с ней можно, — задумчиво сказал я. — Составишь компанию?
— Давай! — загорелся идеей Василий Макарович. — Будешь спрашивать, кто её убил?
Я кивнул.
У меня много прошло теоретических занятий по некромантии, начиная от вызова и допроса души без вхождения в Астрал и заканчивая принудительным развоплощением сильных энергетических сущностей, от вполне безобидных до тянущих жизнь из человека. Хотелось бы эти навыки проверить и закрепить на практике. Кроме этого, я внес некоторые изменения в защитный конструкт «каменная кожа»: внес в структуру заклинания защиту от любого воздействия на разум и барьер от проникновения некротической («мертвой») силы. Я во время занятий в Астрале вдруг обнаружил, что «мертвая» сила импульсом или потоком проникает через «каменную кожу» при любом ее наполненности силой. Правда, как выяснилось, не сразу, а постепенно. Но ведь пробивает!
За основу конструктивных изменений «каменной кожи» я взял принцип динамической защиты брони современного танка. В структуру заклинания я ввел так называемые «спящие точки мертвой силы», которые, при воздействии на конструкт аналогичной силы «выстреливались» навстречу под противоположным вектором приложения. Получалось, что мой противник после попытки воздействия на меня, сам получал удар аналогичной силой. С учетом того, что принцип «мертвым по мертвому», «живым по живому» никто не отменял, «каменная кожа» становилась активной защитой и сама наносила ответный удар.
Когда я разработал и внедрил эти изменения, наверное, с неделю рвался посетить какое-нибудь «молодое» кладбище, где могли бы быть некроупыри, некровампиры и прочая опасная нежить.
От этой опасной идеи меня отвлекли заботы чисто хозяйственного характера: установочная сессия в сельхозе, организация переезда Наташки, встреча со Степаном Никифоровичем. Некогда было, а потом я и рукой махнул. Будет случай, оказия, там и отработаем. Наконец-то оказия случилась.
— К десяти часам вечера я подъеду за тобой, — предложил Василий Макарович. — Ты мне дорогу открой.
— Конечно! — согласился я. — К околице Бахмачеевки.
Силантий Еремееевич, несмотря на все мои уговоры, заклятье «короткой дороги» леснику так и не передал.
  
Глава 20
 
Глава 20.
Кладбищенские дела
Коршево
— Фонарик выключи! — попросил я Василия Макаровича.
— Так не видно ж ни хрена! — вполголоса выругался лесник. — Ноги переломаешь!
— А ты за мной иди, — посоветовал я. — Я дорогу вижу, иду по ней. И ругаться прекращай. Нежить этого не любит.
— Вот ведь интеллигенция какая! — буркнул Макарыч.
Я все прекрасно видел несмотря на чернильную темноту, благо использовал «магическое зрение».
Как и на всех обычных сельских кладбищах, могилы здесь располагались не в ровную линейку, а хаотично. Тропинки между ними существовали, хоть и извилистые, кривые, узкие. Я шел по самой широкой — центральной. Василий Макарович держался сзади.
Перед выходом он мне чётко объяснил, даже нарисовал схемку, где схоронили бабку, куда и какой дорогой нам удобнее идти.
Я шел, поглядывая по сторонам. Мне всё было интересно. Особенно, учитывая, что я маг-некромант. Первый раз я посетил кладбище в таком качестве, да еще и поздним вечером, почти в полночь.
В магическом зрении всё вокруг было необычно. Вокруг нас крутились серебристые комочки-шары размером с теннисный мяч. Их было не так чтобы уж очень много. Но они все вдруг собрались к нам, закружились-завертелись вокруг, словно спутники вокруг планеты. Я, кстати, перед тем, как зайти на погост, наложил и на себя, и на Макарыча последнюю модифицированную версию «каменной кожи». Мало ли, кто здесь обитает!
Среди этих комочков-мячиков обнаружились три светлячка побольше, размером эдак с полметра в высоту формой похожие на грудную мишень — с головой и, вроде, туловищем. На силуэте головы, если приглядеться, даже вроде как просматривались черты лица. Это были уже не души. Это сформировавшиеся полноценные привидения, способные потихоньку высасывать из людей жизненную силу. Начинающие вампиры, так сказать, появляющиеся только ночью. Один попытался коснуться меня. От него потянулся ко мне то ли язычок, то ли щупальце. Коснулось меня, сразу отдернулось. Привидение поблекло и поспешно отлетело от нас куда-то в тьму. Защита сработала! Я даже пожалел, что Макарыч не увидел этого. Нет у него дара магического зрения.