Лекарь с синими волосами. Проклятие принца-дракона (СИ)

План семьи Мелисс теперь был ясен, как день.
Убить мужа.
Сделать меня богатой вдовой.
Но зачем?
Я подняла взгляд на нотариуса, попыталась улыбнуться, но получилось жалко.
И тут нотариус сказал, зачем.
— Согласно букве закона, вы должны поехать в свое поместье, принять дела, и в течение как минимум трех месяцев носить траур.
За три месяца Релиан женится на Мелисс.
  
За три месяца его сожрет Серый покров, за три месяца… Боже мой.
— Спасибо за информацию. Мне нужно время, чтобы всё это осмыслить.
Он поклонился, вышел, и я осталась одна, сжимая свиток так сильно, что бумага хрустела в пальцах.
Мне нужна была королева.
Срочно.
Малый зал был пуст, если не считать нескольких придворных дам, которые вышивали у окна и перешёптывались, бросая на меня любопытные взгляды, когда я ворвалась туда, не дожидаясь, пока меня объявят.
Королева Акивия сидела у камина, читала письмо, но когда увидела моё лицо, отложила его, выпрямилась, в глазах мелькнула тревога.
— Индара? Что случилось?
Я подошла, протянула свиток, голос дрожал, несмотря на все попытки держать себя в руках.
— Меня втянули в заговор. И хотят отослать из дворца, несмотря на то, что Каривера больше нет.
Королева взяла свиток, развернула, начала читать, и с каждой строкой лицо становилось всё более напряжённым, губы сжались в тонкую линию.
— Завещание, — пробормотала она, подняла взгляд на меня. — Каривер сделал тебя единственной наследницей.
Она не знала. Или умело скрывала.
— Свидетели — люди герцога Каспара, — выпалила я, чувствуя, как паника начинает подниматься волной, захлёстывая разум. — Все трое. Это не может быть совпадением.
Королева изучала бумаги, хмурилась, проводила пальцем по печатям, по подписям, и наконец покачала головой.
— Печати настоящие. Подписи тоже выглядят подлинными. Доказать подделку будет невозможно, если у тебя нет свидетелей, которые видели, как Каривера заставляли подписывать, или нашли бы оригинал другого завещания. А такого, я уверена, нет.
— И я должна уехать теперь. По закону.
Королева задумалась, посмотрела в огонь, пальцы барабанили по подлокотнику кресла.
— Верно. Но есть я, Индара. И Релиан, который точно теперь тебя не отпустит. Держись ближе к Релиану. Пока он жив, ты под защитой. Никто не посмеет тронуть женщину, которую принц считает своей, даже если он этого не признаёт вслух.
Я покачала головой, чувствуя, как слёзы жгут глаза.
— Он не подпускает меня. Считает, что я обманывала его. Не верит ни одному моему слову.
Королева сжала мои плечи сильнее, заставляя смотреть на неё.
— Тогда заставь его поверить. Любыми способами. Потому что если ты останешься одна, Каспар найдёт способ тебя уничтожить.
Я вышла из зала, голова кружилась, мысли метались, как птицы в клетке, не находя выхода, и тут в конце коридора увидела Релиана.
Он шёл медленно, опираясь на стену рукой, и даже издалека было видно, что ему плохо. Лицо было бледным, под глазами тёмные круги, дыхание тяжёлое, прерывистое.
— Ваше высочество, — я окликнула его, голос дрожал, несмотря на все попытки взять себя в руки. — Подождите.
Он остановился, не обернулся, просто замер, как статуя, и ждал, пока я подойду.
— Что-то случилось, графиня? — голос холодный, как лёд, без эмоций, без интереса.
Я сглотнула, сделала шаг ближе, руки сжались в кулаки, чтобы не дрожали.
— Каривер мёртв. Я утром узнала, что я — его единственная наследницв. У меня титул, земли, состояние.
Релиан повернулся, посмотрел на меня так, словно видел впервые, и в глазах не было ничего — ни радости, ни сочувствия, ни злости. Просто пустота.
— Поздравляю, — произнёс он ровно. — Теперь ты богата и свободна. Это прекрасно. Я искренне рад за тебя. А мне теперь нет нужды защищать тебя от мужа, который может превратить твою жизнь в ад и отправил тебя туда, где тебя едва не сожгли на костре. Что ж, я считаю, долг за мое спасение там, на берегу, уплачен, госпожа Индара.
Он развернулся, чтобы уйти, и я не выдержала, бросилась вперёд, схватила его за руку, заставляя остановиться.
— Релиан.
Релиан освободил руку одним резким движением, посмотрел на меня так, словно я была назойливой мухой, которая не давала ему покоя.
— Я больше не нуждаюсь в ваших услугах, лекарь Индара.
Он развернулся и пошёл прочь, оставляя меня одну в коридоре, и я стояла, смотрела ему вслед, чувствуя, как слёзы текут по щекам, горячие, обжигающие, как всё внутри меня разваливается на части, и нет сил собрать это обратно.
Он не верит.
Не слушает.
Считает, что я лгу.
И это логично. Потому что поверить мне, значит, поверить в Питер. В Землю. В переселение душ. Итак, мы начали с того, что я не верю в магию, а закончили тем, что не верят в меня.
Как в единорога. Черт. И я — плачущий единорог.
Внутри Релиана дракон скулил, метался, царапал изнутри, требуя вернуться.
— Сокровище плачет. Вернись. Утешь. Защити.
Релиан сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладони, оставляя красные полумесяцы.
— Она замужем. Была замужем. Теперь вдова и богата. Не для меня.
— Она наша, — дракон рычал, упрямо, отчаянно. — Чувствую. Знаю. Она принадлежит нам.
— Сокровище не врет. Сокровище нас обожает. Сокровище нас исцеляет.
— Заткнись, — прошипел Релиан сквозь зубы, остановился, прислонился к стене, закрыл глаза, пытаясь успокоить бурю внутри, которая разрывала его на части.
Но дракон не затыкался.
Продолжал выть.
Ну хватит!
Он, значит, умереть решил с лекарем под боком.
Глупец! Я шла по коридору к башне Релиана с таким видом, будто готовилась штурмовать крепость, а не просто выяснять отношения с упрямым принцем, который решил, что я его обманула, предала и вообще существую исключительно для того, чтобы испортить ему жизнь.
Челюсть сжата, руки в кулаках, дыхание ровное, как перед операцией, когда ты знаешь, что сейчас будет сложно, больно, но нужно сделать, потому что иначе пациент умрёт, и это будет твоя вина.
Релиан умирал медленно, изнутри, Серый покров пожирал его, и если я не заставлю этого упрямого идиота выслушать меня, то через пару недель от принца останется только серая чешуйчатая туша. Или вообще ничего. А так не пойдет!!!Я свернула к башне.
И тут из тени вышли четверо стражников в королевских доспехах, блестящих так, что можно было использовать как зеркало для макияжа, если бы у меня было время на такие глупости. Капитан, высокий, широкоплечий, с лицом человека, который привык выполнять приказы и не задавать вопросов, преградил мне путь, встал так, что обойти его было невозможно, если только не телепортироваться, а у меня, к сожалению, такой способности не обнаружилось.
— Леди Индара Каривер? — голос ровный, формальный, как будто он зачитывал список продуктов на рынке.
Зачем спрашивать? С синими волосами тут только я.
Перепутать невозможно.
— Да. В чём дело?
Капитан кивнул стражникам, и те двинулись ко мне одновременно, взяли под руки твёрдо, но не грубо, как медсёстры, которые уводят буйного пациента из операционной, стараясь не причинить вреда, но и не давая шанса вырваться.
Я дёрнулась, попыталась освободиться, но их хватка была железной, и всё, чего я добилась, — это лёгкого синяка на запястье.
— Что вы делаете⁈ Отпустите меня немедленно!
Капитан смотрел на меня без эмоций, как робот, у которого отключили модуль сочувствия.
— Прошу не сопротивляться, миледи. Приказ его величества.
 20. Письма Меримера с тайнами короля 
— Какой приказ⁈ — я почти кричала, пытаясь вырваться, но стражники держали крепко, тащили по коридору, как непослушного ребёнка, которого ведут к зубному, а он отчаянно цепляется за всё, что попадается под руку. — Я должна идти к принцу! Мне нужно увидеть Релиана!