(Не)нужный наследник предателя (СИ)

Конечно, страхи мои не улетучились по щелчку пальцев и иногда продолжали поднимать голову. Но Дима стойко терпел мои заскоки.
Сейчас же, оглядываясь на прожитые годы, я могу сказать, что постепенно мы справились. Нет, я не жалею, что приняла такое решение.
Парадоксально, но факт в том, что всё случившееся в итоге очень сблизило нас.
Я вспоминаю первые годы нашей семейной жизни. Да, они были лёгкими, безоблачными, счастливыми. Но между нами не было безоговорочного взаимопонимания. Не было острой необходимости друг в друге.
  
Это была наивная, немного беспечная любовь. А вот после всего, что нам пришлось испытать, чувства наши трансформировались в нечто совсем другое по глубине и наполненности. Нет в них больше лёгкости и легкомыслия. Теперь мы оба знаем, что такое терять, страдать, загибаться от тоски. И как тяжело потом вернуть доверие. А потому ценность у них совсем другая.
Надо отдать должное Диме, он своё обещание сдержал и в этом. Да, он по-прежнему много работает, но теперь я постоянно чувствую нашу неразрывную связь. Я научилась читать его как открытую книгу. Я могу мгновенно вычислить даже незначительную ложь. Иногда это даже пугает.
Но теперь мы действительно продолжение друг друга.
Вот и сейчас, я только беру в руки телефон, чтобы набрать мужа, а на экране уже светится его имя.
Улыбаюсь невольно, принимая вызов.
— Привет. Только собиралась тебе звонить.
— Отлично. Значит, ты ничем не занята и готова принимать подарки дальше?
— О, а у тебя припасено что-то ещё? — понижаю голос до томного шёпота. — Сын проболтался о каком-то ещё сюрпризе…
— Эх, не быть ему партизаном. Короче, надевай своё самое лучшее платье и будь готова через час. А вот то, что я хочу видеть на тебе под платьем, сейчас доставит курьер.
— Оу! Звучит многообещающе, — смеюсь я. — Кстати, у меня для тебя тоже припасён сюрприз.
— Отлично, тогда я буду ждать вас с ещё большим нетерпением.
Одеваюсь, ощущая немалое волнение. Сюрприз у меня непростой. Достаю красивый конверт, прячу в него положительный тест на беременность.
На это я долго не могла решиться. Снова почувствовать на руках крохотное существо, которое во всём от тебя зависит, стать и самой снова уязвимой, это один из моих страхов.
Дима несколько раз пытался осторожно завести разговор о ещё одном ребёнке, но я категорически отказывалась.
А потом всё случилось само собой. Я забыла выпить таблетку раз, второй, а потом вообще перестала их принимать. Результат не заставил себя ждать. Я снова беременна.
Страшно ли мне? Безумно. Но теперь я знаю, что эти страхи мне есть с кем разделить.
— Мама, скорее! — заглядывает в мою спальню уже полностью одетый сын. — Папа ждёт!
— Подождёт.
— А я хочу скорее!
Ох, мой требовательный капризный малыш.
— Хорошо, идём.
Водитель привозит нас в ресторан. Там уже заказан столик в вип-комнате для нас двоих, а вот для Артёма здесь есть огромная игровая и бдительные аниматоры.
Плюс, за сыном в такие моменты и сейчас присматривает Ярик. Да, Дима снова взял его на работу, как только Ярик оправился от ранения. У Яра теперь тоже семья и сын. Мы дружим.
Дима встречает нас на пороге ресторана.
Выхожу из машины и уже чувствую на себе его горящий взгляд.
Он ловит меня в свои объятия. Целует, шепчет на ухо:
— А что случилось с бюстгальтером, который точно был в том самом комплекте?
— Он у меня в сумочке, — улыбаюсь, ничуть не смущаясь. — Это платье не предполагает белья.
— Да, ты шикарно выглядишь, — гладит меня по голой спине. — Боюсь, я не дождусь конца ужина.
— Предвкушение намного вкуснее самого процесса. Не забывай об этом.
— Точно. Буду предвкушать.
Оказывается, Орлов лукавил, что будет "предвкушать" до дома. Сразу после ужина, пока Артём увлечён игрой, он ведёт меня в один из номеров отеля, расположенного этажом выше. И да, я могу оценить его задумку, потому что дома сын не дал бы нам насладиться друг другом с той страстью, которая кипит между нами и уже достигла апогея.
Как только за нами закрывается дверь, мы набрасываемся друг на друга, как голодные звери. А уже потом, когда первая вспышка страсти отпустила, предаёмся медленным, нежным ласкам.
А после лежим на шёлковых простынях, счастливые, уставшие. Я вспоминаю о своём подарке. Встаю, закутавшись в простыню, подхожу к окну, где стоит моя сумочка. Достаю конверт, задумчиво кручу его в руках.
— Что ты там прячешь? — подходит со спины Дима, обнимая меня.
— Это мой сюрприз, — голос предательски дрожит.
Отдаю конверт. Дима, хмурясь, открывает его и какое-то время непонимающе смотрит на содержимое, а потом я вижу, как до него доходит, что он держит сейчас в своих руках.
— Огонёк… — его голос тоже проседает от волнения. — Это правда? Это то, о чём я думаю?
— Да, — шепчу я.
Уже в следующую секунду я попадаю в его жаркие объятия.
— Спасибо. Спасибо. Огонёк, — зацеловывает он меня. — Это самый лучший подарок.
— Ты рад?
— Глупая. Рад — это здесь вообще неуместно. Я безумно счастлив. Думал, что никогда не смогу тебя уговорить на второго ребёнка. Клянусь, что в этот раз всё будет по-другому. Я буду рядом каждую секунду, — горячо шепчет он. — И всё будет хорошо, я тебя очень люблю. Спасибо, что ты дала нам шанс.
— Тебе спасибо, — смотрю ему открыто в глаза. — Я никогда не говорила об этом раньше, но я тебе и правда благодарна.
— За что? — хмурится Дима.
— Просто за то, что ты у меня есть. Я тебя очень люблю. И пусть наша дорога не была ровной, но теперь я точно знаю, что наша любовь крепкая, настоящая, и она выдержит любые испытания. Обними меня.
Он обнимает, нежно, трепетно. И мы снова прорастаем друг в друга, ещё сильнее и крепче соединяем руки.
— Ты счастлива? — спрашивает Дима.
И я уверенно отвечаю:
— Да, я самая счастливая на свете.