(Не)нужный наследник предателя (СИ)

В какой-то момент Тёма ловит азарт и разгоняется так быстро, что убегает в другой конец площадки. Здесь на лавочке замечаю парня в тёмном спортивном костюме, кепке, и натянутым на лицо капюшоном. Увидев, что мы приближаемся, он почему-то встаёт и уходит.
Странный какой-то, — мелькает мысль.
Но уже через час эта мысль буквально преследует меня, потому что этого же парня я вижу и около магазина, куда мы с Тёмкой отправились за продуктами.
  
Ругаю себя за излишнюю подозрительность. Ну чего ты, Агния, скорее всего, парень живёт в нашем районе. Что, ему не позволено ходить в те же магазины, что и ты?
Однако через пару дней ситуация уже кажется мне по-настоящему тревожной. Потому что… Этого человека я вижу почти каждый вечер, пока мы гуляем. Одежда у него разная, но у меня чёткое теперь ощущение, что он наблюдает за нами, но при этом старательно прячет лицо.
И да, теперь я вынуждена как можно реже выводить Тёму гулять, но вчера я заметила этого «спортсмена» даже, когда шла с работы…
А в пятницу меня добивает новость, которой я так боялась. Да, наш садик всё же закрывают на ремонт.
— Анастасия, — вздыхает заведующая, глядя на меня с сочувствием, — извини, но тебя я оставить не смогу. Придётся сокращать персонал, а ты пришла к нам последней, да ещё и на испытательном сроке. Я бы перевела тебя временно куда-то ещё, может, на кухню или уборщицей, но свободных мест сейчас всё равно нет.
Сердце ухает вниз и бьётся там тревожно.
— А садик на период ремонта будет работать? — тогда я смогу устроиться куда-то ещё.
— Ясельная группа нет, — качает головой Елена Степановна. — Там детей слишком мало, и многие родители на лето их заберут. А оставлять группу из-за трёх-пяти малышей я не могу. На период ремонта будет работать общая разновозрастная группа, туда будут ходить дети, чьи родители в совсем безвыходной ситуации. Остальные уйдут в отпуск до осени. Поэтому извини, — разводит руками. — До конца месяца доработаешь, может, успеешь что-то придумать за это время.
— Хорошо, — киваю расстроенно.
— Ну не смотри ты на меня так, — выдает эмоционально Елена Степановна. — Не могу я, понимаешь, не могу.
— Я всё понимаю. Спасибо.
Домой иду совершенно поникшая, чуть не плача. Но добивает меня, когда я снова замечаю этого странного типа недалеко от своего подъезда. Мне кажется, он снимает меня на телефон…
В этот момент замечаю знакомую машину. Ярик. Бросаюсь к нему.
— Что случилось? — друг тут же понимает по моему виду, что у меня не всё в порядке.
— Ты видишь вон того человека? — указываю ему на мужика.
Яр кивает.
— Мне кажется, он следит за нами, — выдаю дрожащим голосом.
— Сидите тут, я с ним сейчас разберусь, — бросает Яр и вылетает из машины.
С колотящимся сердцем вижу, как друг размашистым шагом направляется прямиком к подозрительному типу, а тот, заметив его, разворачивается и даёт дёру.
Яр пытается его догнать, они скрываются за углом дома, а я сижу ни жива, ни мертва.
Мне снова очень страшно, и я не знаю, что делать…
  
Глава 31
 
Ярослав возвращается минут через десять. Хмурый и запыхавшейся.
— Ушёл, гад! — выдаёт зло.
— Понятно, — киваю расстроенно.
Прижимаю к себе крепче Артёма, потому что снова не чувствую себя в безопасности.
— И что, часто ты его видишь? — спрашивает Яр.
Рассказываю другу свои тревожные наблюдения.
— Я не знаю, может, я себя накрутила, но… Ты же понимаешь, чего я боюсь…
— Может и накрутила, только если этот тип ни при чём, чего тогда драпанул от меня как бешеный?
— Не знаю, — пожимаю плечами. — И что теперь делать, я тоже не знаю.
— Чёрт. Я, конечно, попробую его найти…
— Нет, Яр. Спасибо тебе, но я не хочу тебя втягивать в неприятности.
— И что собираешься делать? Опять дрожать по ночам? Ходить и оглядываться? — сверлит меня взглядом.
— А что мне ещё остаётся? — вздыхаю тяжело.
— Я знаю место, где вы с Артёмом точно будете в безопасности.
— Какое? — смотрю с надеждой на Яра.
— Ты его тоже знаешь. В доме Рокотова. Там охрана, да и я буду почти всегда рядом.
— Я не знаю…
— Ну чего ты боишься, м? К тому же завтра он уезжает, и недели две его точно не будет. Давай ты поживёшь там хотя бы на этот период, а дальше видно будет. Может, за это время разберёмся с твоим преследователем?
Потираю виски, которые начинают простреливать неприятной болью.
Похоже, выбора у меня нет.
— Ты думаешь, его предложение ещё в силе? — смотрю неуверенно на Яра.
— Думаю, да. Но могу уточнить. Так что? Звоню ему? — достаёт телефон.
— Звони, — вздыхаю я.
Яр тут же набирает номер шефа, перебрасывается с ним быстрыми фразами.
И да, Рокотов всё ещё согласен взять меня на работу.
— Ну что, Агния, вопрос улажен. Собирайся, — командует Яр.
— Прямо сейчас? — смотрю на него обалдело.
— А когда? Завтра я вечером буду занят, не смогу тебя перевезти. Да и оставлять вас одних я теперь боюсь.
— Но в понедельник мне нужно будет последний день выйти на работу, — вспоминаю я.
— Не вопрос, выйдешь. Если я буду занят, тебя отвезёт другой водитель. Ну что, Тёма, поедем опять на горку? — переключает внимание на сына.
— Голка! Голка! — оживает Артём.
— Ну вот, малой “за”, и ты не кисни. Не съест тебя Рокотов. Всё, иди собирай вещи, а я с малым пока на площадке погуляю.
Едем уже знакомой мне дорогой. Нервничаю. И только сейчас до меня доходит:
— Яр, ты сказал, Рокотов уезжает завтра? Значит, сегодня он ещё дома?
— Да. Но ты не переживай. Он поздно вернётся, а завтра рано у него самолёт. Так что, вы с ним, скорее всего, не пересечётесь.
Ладно. Пытаюсь успокоиться.
— А ты сам где ночуешь?
— В домике для охраны.
— А-а-а, может, и мы там?
— Нет, — смеётся Яр. — Ты что. Там места мало и постоянно мужики тусуются. Тебе там точно нечего делать.
Приезжаем в усадьбу. Тёмка тут же несётся на свою любимую горку. Яр бежит за ним.
— Насть, иди в дом, поднимайся на второй этаж, наверху комната слева от лестницы. Это будет ваша комната.
Иду. Чувствую себя при этом крайне неуютно. Но точно в большей безопасности, чем дома. Бросаю через панорамное окно взгляд на тот самый домик охраны, высокий забор и крепкие ворота.
Тяжело вздыхаю. Господи, смогу ли я когда-нибудь жить спокойно? Едва ли…
Вхожу в отведённую нам комнату. И сердце сжимается… Она поразительно похожа на ту, что я с такой любовью оборудовала в нашей с Димой квартире.
Рисунок на обоях другой, цвет балдахина на кроватке, но общий стиль схож. И кресло-качалка из ротанга у окна, накинутый на него белый мягкий плед. Помню, как я мечтала, что буду кормить малыша и любоваться на ночной город. Здесь вместо ночного города открывается потрясающий вид на горы… Да и Тёму я уже не кормлю грудью. И всё же…
Мне очень нравится…
— Ну как тебе? — заходит в комнату Яр. С ним за руку идёт Артём.
— Всё просто здорово. Странно только, что Рокотов оставил эту комнату нетронутой. Зачем она ему?
— Да он здесь вообще практически ничего не трогал, — отмахивается Яр.
— И ремонт выглядит так, как будто его только вчера закончили, — принюхиваюсь и мне кажется, что я даже слышу запах клея и краски.
— Насчёт этого не знаю, — пожимает плечами Яр. — Насколько я понял, предыдущие хозяева не собирались продавать дом, и активно все готовили для переезда сюда семьёй с детьми, но что-то там у них случилось, и им срочно пришлось дом продать и уехать за границу.
— Странно это, — беру в руки мягкого плюшевого мишку. — И игрушки оставили? Мебель, шторы, балдахин, плед?
  
— Видимо, да. Думаю, в другую страну они бы это с собой точно не повезли. А продать не успели.
— Мика! — тянет руку Артём к игрушке.
Отдаю ему медведя.
— Подожди, — берёт за руку малого Яр, — пойдём, я покажу, что нам тут ещё оставили эти добрые люди.