Академия Апокалипсис (СИ)

Но подобный ритуал был чрезвычайно сложен, растягивался на годы, требовал множество редких ингредиентов и срабатывал только тогда, когда близкий человек жертвовал жизнью ради умирающего.
Ему не хотелось думать, что злобная мачеха могла пожертвовать собой даже ради сына. И обеспечить выживание своего избалованного ублюдка с садистскими наклонностями за его счет! В конце концов, не за свои же деньги она потратилась на ритуал!
— Каин?! — потрясенно прошептал Дарл, облизывая высохшие губы.
До боли, до ночных кошмаров, знакомые тонкие, правильные, заостренные черты исказились гневом и страхом. Громадные глаза оттенка расплавленного серебра широко распахнулись, чувственные губки раскрылись в немом крике.
Желание снова загорелось в паху — и Дарл впервые возненавидел свое тело за предательство.
Глаза платиновой блондинки широко, испуганно расширились. Она увидела не просто врага, навязанного сводного брата, а высокого, красивого парня, о котором не переставала грезить все пять лет.
Неосознанно копируя жест Дарла, она тоже облизала губы, не в силах отвести от него взгляд.
Как же часто ей снились эти пышные волосы цвета золотых осенних листьев с оттенком багрянца. Словно отливающие кровью, как червонное золото. Эти громадные, чуть зауженные к вискам глаза цвета темных зеленых листьев. Нежные черты, которые даже не портила немного огрубевшая кожа и сухие, потрескавшиеся губы. Когда-то хрупкое тело теперь стало мускулистым и сильным.
Ее жадный взгляд прочертил невидимый путь от шеи к тонкой талии и длинным ногам.
— Я думал, что что ты… погиб. Я читал в газете, — сбивчиво и торопливо говорил Дарл, чтобы не сойти с ума. Чтобы не наброситься на нее и не возненавидеть себя еще сильнее.
Судьба ему все-таки отомстила.
«Надо было остаться в лесу навсегда!» — мысль пульсировала головной болью.
— Не думал, то есть, не думала, что в психушке пациентов балуют газетами, — сдвинув брови, прохрипела блондинка. Откашлялась. — Тогда ты знаешь, что моя мать… умерла. Ее убили. Молодая ведьма, которая пробралась в наш дом. Она хотела нас ограбить. Она забрала все украшения моей матери, деньги. Не все, конечно. Мы же не дураки, чтобы хранить все деньги дома. Банки надежнее — их охраняют демоны.
Взгляд блондинки наполнился болью:
— Эта тварь заставила меня… переспать с собой. С убийцей моей матери! А потом перерезала мне глотку и просто ушла. И если бы не проекция, которая была спрятана под магическими щитами на чердаке, то меня бы тут не было. Но спасти мать я уже не успел, да еще и стал бабой! — скривилась девушка.
— Твоя мать убила моего отца! — резко ответил Дарл. — Так что не ожидай, что я расплачусь от сожаления.
Каин — или уже Каина? — еле заметно кивнула.
— Не знаю, почему я тебе все это рассказала. Наверное от шока. Я тоже считала тебя погибшим. Я слышала, что на вашу клинику напали. И перебили всех — от врачей до пациентов. Что-то связанное с императорскими интригами, куда лучше влазить.
«Не всех, двое все-таки спалось», — подумал Каин с торжеством.
— Так получилось, что теперь мы станем соседями по комнате, — заметил Дарл. Почему-то почти все негативные чувства, всколыхнувшиеся при виде ненавистного блондина, который превратился в прелестную блондинку, медленно растворялись. — И у нас много общего.
— Например? — на лице Каины медленно проступало изумление.
Она ожидала чего угодно, даже драки, кроме спокойного тона явно расслабившегося Дарла.
— Нас обоих принудили женщины.
— Тебя тоже?
— Да, в клинике, — неохотно отозвался парень. — Но она была хорошенькой. А твоя?
— Тоже ничего, — блондинка содрогнулась от явного омерзения. — Представляешь, убийца моей матери стала моей первой женщиной!
— Моя медсестра тоже лишила меня невинности. Кстати, смешно, но у вас похожая внешность. Она тоже была блондиночкой в чьей родословной точно светлые эльфы пробегали. Случаем, не твоя родственница? Ее звали Алисия, хотя я не помню фамилию, — он нахмурился и почесал затылок.
— А кто мою мамочку знает? — невесело хмыкнула Каина. — Кстати, я была против, чтобы тебя убивали. И я рада тебя видеть.
 
— Хм, потому, что мечтаешь закончить то, что начал? Тогда, ночью, в постели. И что, ты готова предоставить мне, так сказать, на поругание свое, я уверен, еще невинное женское тело?
Серебро ее глаз потемнело от желания.
— Теперь-то уж точно закончу! Надеюсь, ты уже не будешь сопротивляться? Все-таки у нас впереди пять лет совместной жизни. Рано или поздно я это сделаю. И, боюсь, что не только я. В этой академии просто процветает насилие. Это называется дедовщина. Но мое тело, я уверена, тебе понравится, — она обвела ладонями грудь, скрытую одеждой, но даже через нее выглядевшую очень перспективной.
— Запри дверь — и давай начнем! — улыбнулся в ответ Дарл, раздеваясь.
Блондинка чуть не уронила челюсть от удивления.
Но вскочила и закрыла двери, двигаясь невероятно грациозно, словно сильный и прекрасный хищник.
Дарл первым накинулся на нее, повалив на мягкую полку, начал судорожно покрывать поцелуями нежную кожу щек и шеи.
— Это все твое безумие, да? — Дарлу послышалось раскаяние в голосе девушки, севшим от желания.
Их взгляды встретились.
— Не только. Плюс долгое воздержание в очень одиноком лесу, — хмыкнул парень, поглаживая «братца» по волосам. — Ну, к тому же ты очень красивая в этом облике. И не будешь больше покушаться на мою задницу.
— Тогда почему ты тогда сбежал? Только из-за задницы? То есть, если бы я тогда предложила тебе взять меня, ты бы согласился? — чуть обиженно, словно капризный ребенок, у которого когда-то забрали лучшую игрушку буквально из рук, произнесла красотка.
— Потому что ты был слишком груб. Ты пытался меня изнасиловать. А мог бы начать ласкать. Думаю, я бы тебе отдался. Может быть. А сейчас я овладею тобой.
— Я был грубым, потому что ничего не умел, — сердито ответила новоиспеченная девушка, впрочем, не пытаясь сопротивляться.
— А сейчас? — выдохнул Дарл прямо в соблазнительные розовые губки.
Каина высунула язычок и медленно облизала его губы, заставив парня задрожать и сильнее вжать стройное тело в полку.
— Ты оказался прав в своих догадках. После всего случившегося мне было не до секса. Нужно было доказать свою личность, заказать наемных убийц, чтобы разобрались с ведьмой, заняться финансами, — перечисляла она, загибая пальцы, но не вырываясь из спонтанных объятий.
— Что ж, а теперь, для разнообразия, ты будешь подо мной. Но я обещаю не быть жестоким и грубым. В этой академии нужно быть настороже, чтобы дожить до выпуска. Так что я предлагаю объединиться… Пусть и с помощью постели, раз ты до сих пор меня хочешь. А я теперь хочу тебя.
В глазах блондинки загорелся явный страх:
— Ты ж затрахаешь меня до смерти!
— Не волнуйся, я немного попрактиковался со светлой магией и почти излечился, — нежно произнес Дарл, поглаживая ее по щеке и тут же целуя нежную кожу. — Я по-настоящему жалею, что не могу поступить в академию светлой магии. К тому же… Ты же сын, хоть теперь и дочь, ведьмы! Неужели ты не сможешь защититься? — лукаво поддел ее Дарл, ладонью накрывая ее грудь и ощущая нарастающее возбуждение, усилившийся стук сердца, отчего сбивалось его собственное дыхание.
— Не знаю. После случая с той ведьмой, которая убила мою мать и меня, я уже ни в чем не уверена, — сдавленно прошептала Каина.
— Я не причиню тебе зла! — прошептал Дарл, постаравшись вложить в слова как можно больше убежденности. Почему-то ему хотелось быть нежным и доставить как можно больше удовольствия бывшему врагу. Отчего-то тело, лежавшее под ним, казалось хрупкой драгоценностью, не имеющей цены. И он про себя поклялся, что будет защищать этого человека — свою собственность! — до последнего вздоха. В конце концов, у него забрали все, кроме бывшего врага. Конечно, если бы у него был выбор, он бы не допустил гибели матери. Но все уже свершилось, и он готов был на многое, чтобы не допустить, чтобы в его жизни произошло что-то гораздо страшнее пережитого.