Доверьтесь Ченам
– Разве они не великолепны? – Она нежно поглаживала витиеватую штуку на своей голове. – Это называется вечерний головной убор. Он является обязательным атрибутом английских свадеб. Мы так хорошо впишемся.
– С этой штукой на голове? Я имею в виду, что… Но… – прошипела я.
– Ай, тебе это не нравится! – причитала ма. Она повернулась к своим сестрам. – Я говорила вам, комодский варан был не лучшим выбором, мы должны были выбрать фламинго!
Мой рот открывался и закрывался, но слова не выходили. Что можно сказать, когда перед тобой стоят четыре женщины, носящие на головах десятидюймовых комодских варанов? Ну, хотя бы не настоящих. Я так думала. «Они ведь не настоящие, правда?» Я не знала, смогла бы простить свою семью, если бы они были живыми.
На это Джонджон самодовольно улыбался.
– Они выглядят настоящими, не так ли? Понимаю, почему вы так думаете, это же мастерство, не так ли?
И снова я не издала ни слова. Вараны находились в разных позах, каждая была страннее предыдущей, но также каким-то образом сочеталась с личностью каждой женщины. Варан старшей тети стоял на своих на двух задних лапах, передние – в позе акимбо, как будто это азиатская тетушка, которая не одобряет ваш жизненный выбор. Дракон второй тети, конечно, растянулся в какой-то причудливой позе тайцзи. Варан ма сидел, чопорно потягивая чай. Да, в его когтях действительно была крошечная чайная чашка. А варан четвертой тети пел караоке.
Я повернулась к Эньену. Возможно, он сыграл бы для меня роль плохого полицейского и заставил бы весь этот нелепый наряд гореть в огне. Как и я, он тоже уставился с открытым ртом на их шляпки. Он протянул руку и осторожно прикоснулся к варану четвертой тети, словно ожидая, что тот оживет и вырвет кусок его руки.
– Поразительно, – сказал он.
Я подошла к нему и прошептала:
– Разве ты не имеешь в виду «нелепо»?
Его взгляд перешел на меня, и я довольно поздно поняла, что выражение его лица выражало не столько шок, сколько удивление.
– Посмотрите на мастерство. Чешуя, эти глаза!
– Вы имеете в виду, как они следуют за вами по комнате? – Я не могла не вздрогнуть.
– Это называется «Мона Лиза», – произнес Эньен.
Моя мама и тети стали прихорашиваться.
– Вы же понимаете, что он называет драконов Моной Лизой, а не вас, – сказала я. Возможно, это мелочь, но сейчас это действительно так.
Я ни за что на свете не позволила бы этому случиться. Не могла допустить, чтобы они встретились с родителями Нейтана с чертовыми варанами на голове.
– Да, верно. Серьезное время, – сказала старшая тетя, распрямляясь и разглаживая переднюю часть своей юбки.
– Что ты думаешь, Мэдди?
Я перевела взгляд с их макушек на ее лицо, и тогда все поняла: старшая тетя нервничала. Это был первый раз, когда я увидела на ее лице ранимость. Ну, наверное, я видела ее еще один раз, когда ей пришлось перевозить тело человека, которого я только что убила. Вид чистого беспокойства и надежды на ее лице заставил мою грудь болезненно сжаться. Я перевела взгляд со старшей тети на остальных, и все они широко раскрыли глаза в предвкушении. Мама разминала руки, а вторая тетя выглядела так, будто от одного негативного замечания она готова встать в позу тайцзи. Четвертая тетя изучала свои ногти, но время от времени украдкой бросала взгляд в мою сторону, и тогда я поняла, что она нервничала не меньше остальных.
Вот дерьмо.
Джесси К. Сутанто выросла, разрываясь между Индонезией, Сингапуром и Оксфордом, и она считает все три места своим домом. Она получила степень магистра в Оксфордском университете. У Джесси сорок два двоюродных брата и тридцать тетушек и дядюшек, многие из которых живут неподалеку. Когда она не пишет, то играет со своим мужем в игры (в основном в шутеры от первого лица) или готовит на кухне со своими двумя дочерьми.