Вторая жизнь Герцогини. Кровь и Дух (СИ)

Я же, устроившись в кресле с пледом и чашкой пряного настоя, углубилась в книгу по управлению сельскими поселениями. Бумага была плотной, запах свежей краски всё ещё чувствовался, а внутри — схемы, рассуждения и примеры: как удержать крестьян на земле, как правильно вводить налоговые льготы, как распределять работу и улучшать логистику. Всё это меня не просто интересовало — мне казалось, что в этих строках был настоящий ключ к расширению герцогства.
  
Как раз в этот момент в гостиную с высоко поднятой головой вошёл Кервин. Он, как обычно, держался уверенно, даже вызывающе, и с лёгкой усмешкой начал устанавливать карточный стол.
— Герцогини не должны превращаться в управляющих, — бросил он, заметив книгу в моих руках. — Всё равно в одной книге не будет и десяти процентов тех знаний, что нужны, чтобы принимать верные решения.
— Да вы что, — отозвалась я, не поднимая взгляда. — Но книга интересная.
— Мы собирались играть, — вмешалась вдовствующая герцогиня, с явной попыткой вернуть вечер в привычное русло. — Я, Ариана и Кервин. С четвёртым игроком нам было бы куда сподручнее.
— Боюсь, я не располагаю средствами на ставки, да и удача мне не благоволит, — ответила я, отложив книгу и мягко улыбнувшись.
— Тем лучше, — спокойно произнесла вдовствующая герцогиня, подливая себе вина. — Мы с радостью одолжим вам, а ваше второе качество делает вас идеальным соперником.
Я уже подумывала вежливо согласиться — сблизиться с матерью герцога через невинную игру могло быть полезным шагом — как в комнату ворвался Леннокс. Его лицо светилось радостью.
— Дорогая герцогиня, — сказал он торжественно. — Герцог прислал вам письмо, новые средства на карманные расходы, а также камни, добытые в путешествии, и несколько украшений.
Вдовствующая герцогиня вскинула голову, в её глазах вспыхнула искра — то ли интерес, то ли воспоминание о былом. Она даже поднялась, собираясь направиться к Ленноксу. Но, заметив, что он идёт не к ней, а ко мне, её улыбка застыла.
Леннокс, не заметив напряжения, вручил мне письмо с печатью мужа, маленький кошель с камнями и бархатный мешочек с украшениями. Я, воспользовавшись моментом, медленно повернулась к Кервину и с вежливым укором сказала:
— О, Кервин, мы ведь совсем забыли о протоколе. Мне, как главной хозяйке герцогства, до сих пор не были переданы ключи от замковых хранилищ — ни от кладовых, ни от сокровищницы. Я как раз собиралась отнести то, что мне прислал супруг.
Ключи, массивная связка на кольце, висели у него на поясе. Он не мог мне ни отказать, ни соврать. С недовольной миной он расстегнул пряжку и неохотно протянул связку.
Я поблагодарила Кервина за ключи, а свекровь — за приглашение. Уже направляясь к выходу из комнаты, заметила, как Леннокс, словно верный страж, бесшумно последовал за мной. Мы почти достигли двери, когда до моего слуха донёсся приглушённый шепот, сорвавшийся с губ тех, кто остался за карточным столом. Он был тихим, но пронзительным — липким и цепким, будто змея ползла по ковру.
— Леннокс, найди Рея и Хоффмана, встретимся в моем крыле.
  
ГЛАВА 28 КЛЮЧ И КНИГА
 
Мы все встретились в моей гостиной, за небольшим резным столом у окна, сквозь которое тёплый свет закатного солнца лениво скользил по полированной поверхности дерева. Я разложила перед собой связку замковых ключей, тяжёлых, прохладных, звенящих между собой.
— Мне нужно, чтобы ты заговорил ключ и замок, — сказала я спокойно, обращаясь к Рею. — Так, чтобы никакой дубликат, никакие отмычки — ничего, кроме этих ключей — не смогло открыть эти двери.
Рей посмотрел на меня в упор, потом перевёл взгляд на ключи, моргнул, будто взвешивал степень моей серьезности. В этот момент Хоффман, сидевший напротив и намазывав грушевое варенье на тост, выронил ложку. Та с глухим звоном упала на фарфоровое блюдце.
— Но, ваша светлость… — начал он растерянно. — Это же всё уже ваше. Ваш замок, ваш дом. Вам доверяет сам герцог…
— Не будьте наивны, Хоффман, — перебила я его, мягко, но твёрдо. — Эти ключи могли быть скопированы. Я почти уверена, что их копии есть у доброго десятка человек. А значит — это не мои кладовые. Пока замки не мои — ничего не моё.
Рей хмыкнул, почесал затылок и опёрся локтем о край стола.
— Ладно. С замками я разберусь. Только потребуется немного тишины и полчаса времени у каждой двери. Но вы же что-то ещё хотели?
— Да. Нам нужно заполучить и скопировать Книгу учёта у Кервина, — сказала я, понизив голос.
На это он сразу приподнял бровь, будто я предложила ему ограбить церковь.
— Украсть книгу я могу, — медленно произнёс Рей, — но копия? Миледи, если бы я умел делать точные магические копии, меня бы сейчас здесь не было. Мы бы с Лидией уже сидели у себя дома с собственным виноградником и собакой, проводя завтраки на крыльце и любуясь закатом по вечерам.
— У тебя ещё будет дом. И виноградник, — пообещала я. — Ты умный, упрямый и сильный. Всё впереди.
— Это не про дом, — отмахнулся он. — Просто представьте себе, что вы могли бы создавать идеальные копии любого предмета. Бумаги, кольца, ключи, книги… Золото… Мы были бы невероятно богаты. Ну, я и Лидия. Вас бы я, с вашего позволения, тогда и не знал.
Я усмехнулась. Его прямота сегодня раздражала, но была по-своему освежающей. А копия книги мне все еще нужна.
— Хорошо. Книгу перепишем вручную. Она не выглядела особенно толстой. Я справлюсь за ночь. — сказал Хоффман, предложив потрясающее решение проблемы.
— А пока... — я поднялась, подошла к сундуку, который недавно прислал мой муж, и достала оттуда несколько тяжелых монет и запечатанную бутылку вина с чернильной наклейкой и тонким золотым ободком — заморское, пряное, с мягким запахом дыма.
— Вино? — уточнил Рей, ухмыляясь.
— Мы его будем пить во время игры, а ты усилишь его свойства. Пусть играют и не замечают, что происходит вокруг.
Вечер перетёк в карточную партию — в игру, в которой я была заранее согласна проиграть, так как это приблизит меня к конечной цели. Я сидела за столом с Кервином, Арианой и вдовствующей герцогиней, которая наконец-то казалась довольной. Их азарт разгорался с каждым ходом, с каждым выигрышем над «неопытной герцогиней», которая «и в картах, как в управлении — сплошное благородное упрямство».
Леннокс, как тень, скользнул мимо, в нужный момент прихватив книгу, которую Кервин небрежно бросил на диванчик рядом со столом, увлечённый игрой и горячительным напитком. Хоффман, сидевший в соседней комнате, уже ждал с чистым блокнотом и чернилами. Он писал быстро, ловко, не делая помарок.
Я поднимала бокал, но толком не пила, и играла роль опьяневшей, вечно проигрывающей аристократки.
В то время как Рей, словно призрак, один за другим заговаривал замки и двери. 
В эту ночь в замке спали только Ричард — с деревянным мечом в руках, свернувшийся калачиком под тёплым пледом, — да слуги, привыкшие закрывать глаза на странности знати.
***
Письмо от мужа я прочла при раннем утреннем свете. Бумага была дорогая, гербовая, — но суть оставалась сухой, почти казённой. Ни одного личного слова, только отчёт, как будто он отчитывался перед министром, а не писал жене.
Дорогая Герцогиня, Мое пребывание в составе делегации в восточные земли продлено Королём. Ещё несколько недель, а в худшем случае и месяцев вы проведёте в разлуке с мужем. Прилагаю с письмом подарки лично вам. Рад, что вы остановились в герцогстве. Ожидайте возвращения своего мужа. Я постараюсь сделать невозможное и вернуться как можно скорее.
  
Ваш Герцог Терранс.
Я опустила письмо на колени. Внутри — пустота. Как после приёма лекарственного настоя: вкус остался, а толку — никакого. «Лично вам» — это были украшения и камни, очевидно. Те самые, что почти вызвали у вдовствующей герцогини судороги ревности накануне. Подарки это хорошо, а где вопрос: как поживаю я?
***
Утро после карточной ночи было удивительно тихим. Даже птицы в саду щебетали как-то сдержанно. Замок будто дремал, переваривая ночные интриги. Вся моя «семья» спала или страдала от последствий обильного питья. Ричард был передан в руки воспитателей, а я — в руки работы.