Папина дочка (СИ)

Возмущение Каролины в мой адрес вполне объяснимо, как, впрочем, объяснима и моя тревога по поводу её отношений с Марком. Полтора года назад она пришла ко мне в номер с намерением заняться сексом, а сегодня встречается с моим сыном. Ситуация, в которой ни один родитель не хотел бы очутиться, особенно если учесть тот факт, что я и Каролина целовались.
Я машинально тру лицо. И она явно на меня зла. Я помню Каролину восторженной и очень открытой, в то время как девушка, с которой я только что говорил, ведёт себя так, словно в одиночку противостоит всему миру.
  
Телефон вибрирует снова. Усилием воли оторвав взгляд от входной двери, я смотрю на экран. Звонит Анастасия.
— Ты где, Саш? — за видимой ласковостью её голоса угадывается напряжение. — Уже двадцать минут прошло.
— Сейчас подойду, — коротко отвечаю я, глядя на отражение полумесяца, приклеенного к глади водоёма.
— Про тебя Игорь Геннадьевич спрашивал, — с запинкой добавляет Настя, решив обосновать свой звонок. — И много ещё кто.
— Иду, — повторяю я, перед тем как вернуть телефон в карман. Сдаётся мне, что вечер закончится очередной нашей ссорой.
Стоит мне войти в зал ресторана, первое, что бросается в глаза, — это идеально прямая спина Каролины и рука Марка, покоящаяся на её плече. Судя по смеху, звучащему за их столом, обсуждают что-то забавное.
Подавшись вперёд, Каролина прикрывает смех ладонью, тонкие плечи подрагивают.
— Не замёрз столько времени стоять на улице?
Я перевожу взгляд на Настю, появившуюся будто из ниоткуда. Показное благодушие плохо ей даётся, и во взгляде отчётливо читается недовольство.
— Замёрз немного. Нужно было договорить.
— По работе или с ней? — Она кидает туда, куда я только что смотрел.
— Что за намёки?
— Никаких намёков. Мы столкнулись в дверях, когда она возвращалась с прогулки по окрестностям. Ты вернулся за ней следом.
— Я вернулся, потому что ты позвонила, — поясняю я, ощущая поднимающееся раздражение. — А так с большой вероятностью сделал бы ещё пару звонков.
— Только не надо на меня злиться, Саш. Я всего лишь уточняю детали. Что, кстати, вполне естественно с учётом того, что снимок, где ты держишь её за задницу, красовался в каждом новостном паблике.
Я стискиваю челюсть. Настя любит быть язвительной, когда ей что-то не по нраву, но эта ремарка — настоящий удар под дых. Настолько сильный, что я, не сдержавшись, беру её под локоть, притягиваю к себе и гневно чеканю:
— Напомню, что Каролина состоит в отношениях с моим сыном. Ты слышала об этом так же, как и я. Позволишь себе ещё один подобный выпад — мой номер можешь навсегда вычеркнуть из списка контактов. И это не метафора.
— Я тебя услышала, — с заминкой лепечет Настя, мягко высвобождая локоть. — Я не собиралась ни на что намекать.
Машинально сжимая и разжимая ладонь, я отступаю назад. В висках стоит гул — сейчас тот редкий случай, когда я напрочь лишён самообладания. Удар следует за ударом: сначала новость от Марка о том, что они с Каролиной встречаются, затем непростой разговор с ней самой, теперь это. Не нужно было бы с утра ехать на встречу, я бы чего-нибудь выпил.
— Саш, пойдём с Дмитриенко поздороваемся? — голос Насти звучит почти заискивающе.
Я же в очередной раз думаю, что наши отношения стоит закончить.
Последние год-полтора — это череда нескончаемых ссор и обид, которые заканчиваются примерно как сейчас. Настя что-то высказывает, я пытаюсь мирно объясниться, после чего она сразу переходит в атаку, и, не получив должного результата, старается сгладить конфликт.
Я даже знаю, в чём причина такого поведения. Мы состоим в вялотекущих отношениях уже три с половиной года, а я до сих пор не предложил ей ни замужества, ни совместного проживания. Более того, не раз давал понять, что в ближайших перспективах этого ожидать не стоит. За этим неминуемо следовал громкий скандал и двухнедельный разрыв, после которых Настя неизменно появлялась со словами «Меня всё устраивает», и круг замыкался по новой.
Веду ли я себя непорядочно в этой ситуации? Я склонен думать, что каждый из нас преследует свою выгоду: у меня нет времени и ресурса подыскивать Насте замену, а ей слишком по нраву сопровождать меня на мероприятиях и временами выносить мозг. Было бы не так, она бы давно нашла в себе силы закончить бесперспективные отношения и найти себе мужа.
Пообещав Насте, что подойду позже, я иду в сторону туалетных комнат. Торчать на холоде не хочется, а вот привести мозги в порядок — да.
***
— Ну давай, Саш, — стоя в распахнутых дверях "Майбаха", Гусев пожимает мне руку. — Если ты говоришь, что всё прошло на уровне, значит, так и было. Ты куда сейчас?
— Спать, Игорь, — смеюсь я. — У меня ранняя встреча. Да и не мальчик уже, чтобы до утра куролесить.
— Я вот тоже не мальчик, но сейчас поеду в казино. — Игорь кивает поверх моего плеча. — Что, твои золотые времена прошли? Теперь веселится наследник?
Я машинально оборачиваюсь и застаю картину целующихся Марка и Каролины. Поцелуй, к счастью, через секунду заканчивается, и она садится в мерседес с правительственными номерами.
— Дорогу молодым, ну. — Я заставляю себя оторвать взгляд и вновь посмотреть на Гусева. — Удачи в казино.
— Да я пару раз в рулетку и тоже домой покачу. Жена с дочкой на отдыхе, а я вот от скуки маюсь.
Распрощавшись с хозяином вечера, я подхожу к Марку. Во второй половине вечера они с приятелем налегали на коктейли, что заметно по его чуть чересчур сияющему взгляду и активной мимике.
— О, пап! — привстав на цыпочки, он смотрит мне за спину. — А где Настя?
— Уехала домой. Мне завтра рано вставать, и ей тоже.
— А почему не к тебе? — Марк сочувственно гримасничает. — Снова поссорились?
— Ты стал экспертом по отношениям? — Я киваю в сторону своего автомобиля. — Подвезти?
Резко развернувшись, Марк вскидывает руку.
— Эд! Давайте без меня! Я с папой доеду.
Я усмехаюсь. Дожил. Теперь у меня с сыном общие вечеринки.
Водительская и пассажирская двери синхронно хлопают.
Откинувшись в кресле, Марк довольно потягивается.
— Всё-таки кайфовые тут сиденья, пап. Спорт, конечно, хорош, но представительский класс — это пушка.
— Лет через пять, глядишь, на представительский заработаешь, — усмехаюсь я. — Ты со мной поедешь или в городе останешься?
— С тобой поеду. — Марк шутливо вздыхает. — Раз уж Каролина отказалась от домашней экскурсии.
Мои ладони на руле непроизвольно сжимаются. Слишком большая концентрация её имени за один вечер.
— Не поздновато для экскурсий?
Поймав мой взгляд, Марк иронично гримасничает.
— Ты серьёзно, пап?
Нахмурившись, я снова сосредотачиваюсь на дороге. Я, разумеется, в курсе, что мой сын давно не девственник. Когда Марку было шестнадцать, домработница нашла полупустую коробку презервативов под его кроватью и принесла её мне. Я сделал вывод, что читать лекцию о необходимости предохраняться нет нужды, и с тех пор мы тему секса не затрагивали.
— Я думаю, что у Каролины ещё ничего ни с кем не было, — вдруг произносит Марк. — Поэтому она и уехала.
Я молча слежу, как капот глотает разметку. Перед глазами снова встаёт картина того вечера: отельный номер, распахнутый халат и её сверкающие голубые глаза, в которых горит решимость заняться со мной сексом.
Кровь ощутимо пульсирует в висках и запястьях. Она собиралась лишиться со мной девственности?
— Едва ли этично обсуждать это со мной, — это всё, что я могу из себя выдавить.
— Просто у меня от тебя нет секретов, и я выпил немного… — оправдывается Марк. — А так я ни с кем личное не обсуждаю. Каролина суперклассная… настоящий идеал, так что я буду ждать сколько угодно… Представляешь, если я женюсь раньше тебя?
  
Заулыбавшись, он снова откидывается на сиденье и прикрывает глаза.
— Я посплю, ладно? Третий сливовый коктейль точно был лишним.
  
36