Грешник (ЛП)

Вражда между Кинсли и мной длится уже много лет, поэтому никто не вмешивается и не пытается защитить ее, когда я обращаюсь с ней как с дерьмом. Когда мы были первокурсниками, она увидела во мне угрозу и в ужасной попытке уничтожить меня рассказала полиции, что я пыталась изнасиловать ее младшего брата. Это было так же болезненно и извращенно, как и она. К счастью, ее брат опроверг все обвинения, и ее родители заставили ее признать, что она все это выдумала.
После этого я придерживалась старой поговорки: держи своих друзей близко, а врагов еще ближе. Какой бы запутанной она ни была, разумнее держать ее на моей стороне. В противном случае она бы проводила все свое время, придумывая новые психотические способы издеваться надо мной, и мне не нужно, чтобы она узнала мой секрет. Однако все это дерьмо, которое она вытворяет с Грейсоном, действительно выводит меня из себя. Возможно, она уже думает, что я стерва, но, если она продолжит в том же духе, она узнает, насколько безжалостной я могу быть.
***
Утро тянется так медленно, что я почти подумываю о том, чтобы уйти пораньше. Это всего лишь второй урок, и я делаю все возможное, чтобы игнорировать неудачный взрыв из моего прошлого рядом со мной. Если он пытается быть незаметным с теми взглядами, которые бросает в мою сторону, то он с треском проваливается. Часть меня хочет огрызнуться на него, но у меня такое чувство, что это ни к чему хорошему не приведет.
В середине урока я встаю из-за стола и подхожу к мисс Лейтон. Она с любопытством смотрит на меня, откидываясь на спинку стула.
— Чем я могу тебе помочь, Саванна?
Я притворно улыбаюсь. — Могу я получить пропуск в холл? Мне нужно в дамскую комнату.
Очевидно, что она хочет протестовать, но она все равно достает блокнот со своего стола и подписывает его. Умная женщина. Я беру бумагу и благодарю ее, выходя из класса. Дело не в том, что мне ужасно хочется пописать, но мне нужно немного побыть наедине от Грейсона. Когда вокруг меня есть люди, которые отвлекают меня, его легче игнорировать, но когда нас только двое, я сосредотачиваюсь исключительно на нем.
Может быть, я могла бы попросить Брейди забрать меня. Это не первый раз, когда он забирает меня из школы. Его мама в моем списке контактов для экстренных случаев, и он просто ведет себя так, как будто забирает меня для нее. Мы с ним могли бы вернуться в студию, чтобы еще немного порепетировать. Танцы — это именно то, что мне сейчас нужно — отдаться музыке и забыть об окружающем мире.
Я заканчиваю свои дела и спускаю воду в туалете ногой, потому что я ни за что на свете не прикоснулась бы к этой штуке рукой. Когда я стою у раковины, открывается дверь, и входит Грейсон. Чертовски фантастично. Я отбрасываю бумажное полотенце и поворачиваюсь к нему лицом.
— Знаешь, тебе может не хватать мужских гениталий, но мужской туалет через коридор.
Он прищуривается, глядя на меня, и мне кажется, я даже вижу, как дергается уголок его рта — но это может быть мой разум, играющий со мной злые шутки. — Забавно, потому что Сави, которую я знал, становилась ярко-красной при малейшем упоминании члена.
Я скрещиваю руки и прислоняюсь спиной к прохладной керамике. — Эта девушка давно ушла.
— Я это заметил. — Он преодолевает расстояние между нами и протягивает руку, чтобы убрать волосы с моего лица. — Жаль. Она была моей любимой.
Он так близко, что его запах захватывает мои чувства. Запах дыма, замаскированный одеколоном, но все же он. Я не смею пошевелиться, когда он кладет руку мне на затылок и прижимается своим лбом к моему. Даже после всех этих лет он заставляет все мое тело оживать. Каждое нервное окончание концентрируется на его прикосновении. Он остается неподвижным, его губы всего в миллиметрах от моих.
— Грей. — Я шепчу, но сожалею о прозвище, как только оно слетает с моих губ.
Он мгновенно напрягается, и энергия в комнате меняется. Его хватка усиливается, когда он отстраняется, и огонь в его темно-синих глазах вызывает страх прямо во мне.
 
— Не называй меня так, — рычит он. — Ты, блядь, не смеешь так меня называть.
Мои брови хмурятся. — Что с тобой случилось?
Мрачный смешок, исходящий из его рта, эхом разносится по маленькой комнате. — Разве это не очевидно, Саванна? — Мое имя как яд на его языке. — Ты случилась со мной. В моей жизни нет ни одной вещи, которую ты не разрушила. Сломала все, что когда-либо что-то значило для меня. Теперь я не остановлюсь, пока не сломаю тебя.
Его рука сжимается вокруг моего ожерелья, и одним резким рывком он срывает его с моей шеи. Единственное, за что я держалась все эти годы — единственное, что убеждало меня, что моя жизнь не всегда была гребаной катастрофой, — в руках того, кто дал мне это. Когда он выбегает, я не могу контролировать это, потому что я срываюсь. Слезы льются из моих глаз, когда моя рука ищет украшение, которого, я знаю, там больше нет. Почему-то не похоже, что он просто забрал подарок, который значил для меня весь мир. Он как будто возвращает все наше совместное прошлое, и я не знаю, как с этим справиться.
***
Я пыталась уговорить Брейди забрать меня, но, к сожалению, он навещал Джейка на работе. Он предложил уйти, но последнее, чего я хочу, это чтобы парень моего лучшего друга чувствовал, что я краду у него еще больше времени, чем я уже делаю. Итак, я сказала ему, что выдержу и увижу его в конце дня. Слава Богу, сегодня пятница, потому что я не знаю, сколько еще я смогу это вынести.
Одно дело, если бы я знала, почему Грейсон так сильно меня ненавидит. Я потратил больше времени, чем хотела бы признать, ломая голову над тем, что я сделала не так, но ничего не приходит в голову. Он тот, кто ушел, не попрощавшись. Он тот, кто исчез из моей жизни и разбил мне сердце в процессе. Каждое обещание, которое мы когда-либо давали, каждая мечта, которую мы когда-либо имели, исчезли вместе с ним. Я никогда не чувствовала себя такой одинокой, как в тот день.
В кафетерии полно народу, когда я подхожу к нашему столику и сажусь. Джейс и Картер уже там, как обычно. Они должны видеть, какой побежденной я себя чувствую, потому что они обмениваются обеспокоенным взглядом, прежде чем Картер протягивает руку и кладет свою на мою.
— С тобой все в порядке?
Я пожимаю плечами. — Я в порядке. Просто тяжелая неделя.
Он медленно кивает, а затем ухмыляется. — Это не имеет никакого отношения к некоему капризному квотербеку, не так ли?
— Не упоминай при мне Грейсона, — огрызаюсь я. — Серьезно, не надо.
Он поднимает руки в знак капитуляции. — Ладно, ладно. Не нужно откусывать мне голову.
Я собираюсь извиниться, когда остальные места за столом заполняются, включая двух моих нелюбимых людей. Я не видела Грейсона с тех пор, как он вышел из ванной с моими любимым кулоном. Ни одна частичка меня не хотела возвращаться ко второму уроку, поэтому я сказала медсестре, что плохо себя чувствую и хочу прилечь. Она послала кого-то за моими вещами, и я провела там остаток урока. Поскольку он посещал все четыре моих занятия, я никогда в жизни не задумывалась о том, чтобы так сильно менять свое расписание.
Он садится рядом с Кинсли, заставляя меня закатить глаза и сосредоточиться на моем телефоне. Как, по-твоему, у меня может быть аппетит, когда это происходит у меня перед глазами? Она хихикает над чем-то, что он говорит, и пододвигает свой поднос, чтобы поделиться с ним. Это отвратительно, и мне почти жаль ее. Почти. Любой, у кого есть глаза, может видеть, что на самом деле ему это неинтересно. По какой-то причине у него есть эта непреодолимая потребность мучить меня, и он использует ее для этого.
Прикосновение к моему плечу отвлекает мое внимание. Леннон, здешняя младшекурсница и кто-то, кого я знаю по танцам, стоит позади меня. Ее светлые волосы и ярко-красная помада — лишь малая часть того, что делает ее великолепной. Она немного вспыльчива, как на танцполе, так и вне его. Она единственный человек, кроме Брейди, с которым я танцую дуэтом. Никто другой не может угнаться за мной.