Травля (ЛП)

Вокруг рта Джессики появились морщинки.
— С тобой все в порядке? — Спросила она меня, глядя на Хейдена, когда он уходил от нас.
— Да. Насколько я могу быть хороша, когда я рядом с ним, я полагаю. Увидимся за обедом. — Я улыбнулась ей и поспешила в другом направлении, увеличивая столь необходимое расстояние между Хейденом и мной.
Джессика и я входили в столовую, обсуждая, что поесть. Она остановилась на спагетти, а я решила есть овощи.
  
— Как зелень может насыщать? Я сразу же проголодаюсь, как только ее съем!
Я усмехнулась, пожав плечами.
— Не знаю. Мне ее достаточно.
— Ну, если я не съем один большой кусок пиццы, я не буду… — Она резко остановилась, глядя перед собой, ее глаза расширились от страха.
Я проследила за ее взглядом и увидел, как Хейден и Блейк перегородили мне путь. Что теперь? Я была шокирована и неподвижна, когда Хейден шагнул ко мне, ожидая моей гибели.
— Отойди от нее, — усмехнулся он, указывая большим пальцем через плечо.
— Что? Нет!
— Тебе не разрешено иметь друзей. Я вижу, что вы двое стали слишком уютны и уже неразлучны. Я не позволю тебе этого.
— Почему, Хейден? Зачем ты вмешиваешься в мою жизнь? Я имею право иметь друзей и…
Он схватил меня за плечи, и я отпрянула, задыхаясь. Его запах сосны снова смешался с запахом сигарет и алкоголя, но он не был пьян. Пока. В любом случае, пить так рано в учебный день было совсем ненормально.
— Разве мы уже не говорили об этом? Ты забыла, что я тебе тогда сказал. У тебя нет свободы. Ты перестанешь дружить с Джессикой, и только тогда ты сможешь спокойно есть здесь.
Я нахмурилась, глядя на пепельное лицо Джессики. Она не сводила глаз с Блейка, который теперь стоял прямо перед ней, скрестив руки на груди. Он выглядел так, будто его согнуло, его жилистые мышцы дрожали от накопившегося напряжения. Это была катастрофа, которая вот-вот должна была произойти.
Я перевела взгляд на Хейдена, увидев красный цвет. Когда это закончится?
Он сделал мою жизнь несчастной. Я была такой маленькой, меньше горошины, не могла говорить за себя или защищать себя, когда это было необходимо. Я всегда убегала, и чем больше я бежала, тем меньше я могла убежать. Я стала трусихой, пытаясь спрятаться за оболочкой, которую я построила для себя за эти годы, чтобы люди не причинили мне боль, но они продолжали причинять.
О, они причинили мне столько боли…
Хейден был выше всех. Он так меня пугал, что я не могла от него уйти даже во сне. Мне снилось, как он меня унижает, причиняет мне боль, уничтожает меня. Я просыпалась дезориентированной, радуясь, что это был всего лишь сон, только чтобы понять, что это не так. Я вставала, одевалась и шла в школу, где должен был произойти этот кошмар.
Я не могла жить свободно. Он отнимал у меня все.
Было так много причин ненавидеть его, так много причин наконец сорваться, несмотря на то, что я его боялась. Краем глаза я заметила, как Блейк схватил Джессику за плечо, чтобы удержать ее на месте, и что-то пробормотала ей на ухо.
— Ты болен, — прошипела я Хейдену.
Его ноздри раздулись.
— Что ты сказала?
— Ты болен и извращен.
Что-то вспыхнуло в его глазах, и он больше не был спокоен, его пустое лицо превратилось в маску ярости. Я была потрясена тем, как быстро изменились его эмоции, как будто от нуля до сотни, как будто кто-то нажал на кнопку. Я застыла в страхе, не в силах ничего сделать, кроме как ждать катастрофы.
Он собирался закончить то, что начал в субботу? Задушит ли он меня на глазах у всех этих людей?
Нет, он не мог этого сделать. Он не мог быть настолько невменяемым. Он не мог причинить мне боль, когда все эти люди наблюдали за нами. Было много свидетелей, так что это был мой шанс высказать свои мысли. Я только что встретила Джессику, и как бы невероятно это ни казалось, мы узнавали друг друга лучше с каждым днем. Я не хотела упускать этот шанс. Это может быть мой последний шанс завести друга.
— И нет. Я не перестану дружить с Джессикой. Мне надоело, что ты контролируешь мою жизнь. Как я уже говорила тебе два месяца назад, я не твоя марионетка. Да пошел на хер! — Мое сердце забилось слишком быстро, кровь заструилась в ушах, но это было приятно. Это было освобождение.
Я ответила ему взглядом, чувствуя, что попала в совершенно другую реальность, потому что мы смотрели друг на друга, и я не отступала. Его глаза пожирали меня заживо, пока он оценивал меня, его горячий взгляд создавал странное, покалывающее ощущение внутри меня, и я не могла дышать.
Я почувствовала необычное притяжение к нему, которому было трудно сопротивляться. Здесь не было никого, кроме нас. Время остановилось. Теперь он был слишком близко…
Что, черт возьми, происходит?
Это нехорошо.
Мне нужно выбраться отсюда.
Я наконец-то вырвалась из чар, вернувшись в реальность…Теперь я была действительно мертва. Мне нужно бежать.
Все еще на волне адреналина, я схватила Джессику за руку и потянула ее к выходу. Мы вышли из столовой, бежав так, словно от этого зависела наша жизнь, оглядываясь, чтобы убедиться, что за нами никто не гонится. Я почти чувствовала, как Хейден мчится за нами и ловит меня, моя спина и шея покалывали от ужасного ожидания. Он мог схватить меня сзади в любой момент и заставить заплатить за неподчинение ему…
Но он этого не сделал. Никто не гнался за нами, пока мы бежали по пустынным коридорам, пытаясь уйти подальше от кафетерия.
Мы остановились только тогда, когда добрались до библиотеки, которая, к моему облегчению, была почти пуста. Я провела Джессику к одному из столов в дальнем углу, и мы сели друг напротив друга. Я вздрогнула, когда наконец увидела ее лицо. Оно было мокрым от слез, ее глаза были крепко закрыты.
— Джессика… — Я замерла с рукой в воздухе, желая коснуться ее, но я чувствовала себя неуверенно. Если я прикоснусь к ней, нарушу ли я ее личное пространство? Ей нужно мое утешение? А если она отшатнется и убежит?
Перестань, Сара. Ты беспокоишься из-за ничего. Просто делай то, что считаешь правильным.
И я это сделала. Я держала ее за руку, и когда поняла, что она не расстроится, я обняла ее, потому что я видела, что именно это ей и нужно. Ей нужен был кто-то, кто обнимет ее и успокоит. Было странно обнимать ее вот так, но это было также приятно. Я наконец-то могла быть рядом с кем-то, я наконец-то могла быть сильной для кого-то другого, и это действительно заставило меня почувствовать себя сильнее.
— Прости, что я такой нытик. — Она шмыгнула носом.
— Не волнуйся. Ты не нытик. На самом деле, я бы предпочла сама плакать, но я все еще в шоке.
У нее отвисла челюсть.
— Ты сумасшедшая! Какого черта ты его не послушалась? Ты была очень смелой там с ним.
Мои щеки горели наполовину от смущения, наполовину от гордости. Было здорово постоять за себя, даже если это означало, что я умру в следующий раз, когда мой мучитель поймает меня.
— Я не была смелой, и я все еще в ужасе. Я не знаю, что на меня нашло.
Она сжала мои руки в знак поддержки.
— Как бы там ни было, я думаю, ты была восхитительна.
Моя улыбка стала огромной.
— Спасибо.
— Нет, я должна благодарить тебя. Я была трусихой, потому что подумала о том, чтобы сбежать, как только Блейк сказал, что накажет меня за то, что я общаюсь с тобой. Я думала, что ты собираешься бросить меня, и я так боюсь Блейка, что чуть не бросила тебя…
Она снова начала плакать, что привлекло несколько взглядов от других в комнате, поэтому мне пришлось напомнить ей, что нам нужно вести себя тихо.
  
— Эй, теперь все в порядке.
— Прости, Сара. Ты была такой хорошей подругой до сих пор, а я ничего не сделала в ответ. Ты простишь меня? Я обещаю больше не быть трусихой, даже если Блейк и Хейден сделают что-то, чтобы разлучить нас.
Я подмигнула ей.
— Все забыто.
Мы вышли из библиотеки после того, как Джессика пришла в себя, готовая идти на следующий урок.