Во имя первых волков (СИ)

 А Билл обтирал заведомо любимое тело Тома, стараясь не смотреть в его лицо. Но вот Мак-Вульф сам перехватывает кисть Билла и задает вопрос:
 -Ты мой омега?
 Вопрос, от которого у Билла тут же увлажнились глаза. Все. Сил дать отказ не осталось. Именно поэтому он сейчас произносит эти слова:
  
 -Я буду твоим омегой до самой своей смерти.- Его грустные глаза непривычно блестели, а Том знал, о чем тот говорит:
 -Я не позволю тебя обидеть, слышишь?- Притягивает дрожащее тело к себе, Билл всхлипывает, не в силах больше сдерживать свои эмоции.
 -Если... если отец... узнает,- пытался говорить он,- он изгонит меня.- Том крепко прижимал к себе его дрожащее тело.- А изгнание - это тоже самое, что и смерть. Он убьет меня...
 -Если его никто раньше не убьет...- Рычит Том. Билл отстраняется от Альфы, смотрит в его лицо:
 -ТЫ сделаешь это?
 -Сделаю.- Уверено говорит он.- Не сомневайся. Я свергну твоего отца!
 Билл снова уткнулся носом в сильную грудь. Было страшно признаться себе в том, что он хочет этого. Хочет смерти тирана. И в сильных руках защитника он точно знал, что ему ничего не угрожает. Теперь, когда он так внезапно принял своего Альфу, все встало на свои места. И ему больше не нужно бороться с собой. Больше не нужно говорить гадости человеку, к которому уже давно есть чувства.
 -Я не спал с ним...- Тихо сообщает Мак-Вульф. Билл вновь отстраняется от теплого тела и заглядывает в его глаза.
 -Но он ведь... у него... следы... твои ведь? И он пах тобой...
 -Я узнал, почему ты меня отталкиваешь, узнал, что изгнание равно смерти. Он мне сказал об этом, я разозлился и хорошенько ударил его... несколько раз. Поранился сам и его поранил, на нем была моя кровь, вот откуда запах.- Улыбнулся уголком губ.- Я решил, что не имею права давить на тебя. Хотел просто перестать доканывать тебя своими приставаниями, а потом Ник сам по себе придумал эту ложь о том, что мы с ним переспали...
 -Вот же урод.- Хрипит Билл, и Том не совсем понимает, к кому это относится: к нему самому или к Нику.
 -Но я не прикасался к нему. Я поклялся, что даже если я оставлю тебя, я буду верным тебе до конца. Я поклялся небесам, что буду один.
 Билл округлил глаза. Он-то как никто другой знал, что клятвы, данные перед небесами, не нарушаются. И ему стало так тепло. Перед ним стоял вроде как обычный парень, молодой, со своими проблемами, но... для хрупкого сердца омежки этот человек был дороже всего. И он снова обнял Тома, прижимаясь к нему всем телом, вжимаясь в сильного Альфу, чувствуя его объятия на себе.
 Bill ©
 Я не знаю, что будет дальше, но Тома я просто так не отдам. Вот же дурак: отгонял от себя единственного человека, который сможет сделать меня счастливым.
 Мой Альфа. Эта мысль уже сотый раз бьет током по моим мозгам, только сейчас я понимаю, что я наконец-то встретил своего защитника. Странно, но страхов больше нет. Видимо, я так боялся быть счастливым, что сам себе придумал преграды. Хотя, конечно, угроза смерти за непослушание... это на самом деле страшно.
 -Идем в лагерь?- Предлагает он, а я только и могу что кивать. Том целует меня во влажную от слезы щеку.- Я хочу, чтобы все знали, что теперь ты мой!!!
 -Нет,- пугаюсь я,- а вдруг кто-то из них кому-то проболтается, и отец узнает обо всем раньше нужного времени?
 -Не узнает, мои друзья - могила... Блин, грустно звучит как-то.- И его красивый смех. Блин, почему я раньше не замечал его смех? Нет, слышал, но не вслушивался...- Ну, чего залип-то?
 -Ты красиво смеешься.- Как завороженный говорю я.
 -А еще у меня член большой!- Довольно устраивает свои ладони у меня на заднице. . .
 -Вот же сволочь...- Утыкаюсь носом в его плечо. Почему он так легко вгоняет меня в краску?
 -Ну а что? Теперь можно... Ты мой! Пошли, я сказал!- Он резко поднимает меня и закидывает себе на плечо, и снова я вниз тормашками.
 -Мак-Вульф!- Визжу я, а он только сильно хлопает меня по заднице:
 -Да, малыш, я буду нежен...- Кусает меня за бедро, я извиваюсь и начинаю бить его кулаками по спине. Вот же сволочь! Ну, почему он такой наглый? Только я дал ему зеленый свет, как он успел этим воспользоваться...
 -Ну, Тооом! Голова кружится, меня тошнит...- скулю я.
 -Привыкай, забеременеешь - еще не то будет...
 Я замолкаю. Он это сказал с такой нежностью, что... черт! Альфа! Грубый, невоспитанный. Животное, но... сколько в нем ласки? Неприкрытой нежности сколько? Силы и заботы?
 -Ты там живой?- Поглаживает меня по ягодице.
 А я кое-как извиваюсь и кусаю его под лопатку. Он громко вскрикивает и в ответ кусает, почти в самый центр моей попки, главное: не возбуждаться. Хотя теперь можно, теперь даже нужно. Я ведь очень хочу лечь под моего Альфу...
 -Ого...- Слышу чей-то голос. Видимо, мы уже пришли в лагерь.
 -Ага!- Поддакивает мой Том.- Он все-таки сдался! Ух, вы сегодня не уснете от наших криков!!!
 -Эй!- пинаюсь коленями в его грудь.- Не слушайте его, он думает яйцами!
 -Видишь,- ухмыляется Том,- Билли так возбужден, что может говорить только о моих яйцах! Черт,- и снова он вонзает свои клыки в мою ягодицу,- я всего тебя вылижу! ВЕЗДЕ!- Хлопает меня по укусу.
 Слышу смех нескольких участников похода, и мне не по себе, снова хочется расчленить своего тупого Альфу. Именно расчленить! Нет-нет... Что-то я не о том думаю. Расчленить? Это же... это же никакого отношения не имеет к паху Тома, да? Тогда почему мне представляется именно тот момент, как я хорошенько отсасываю ему... Вот же, блять, мерзость!
 -Отпусти беднягу,- это омега Мишеля, я уже хочу высказать ему свою благодарность, но он продолжает,- если не брать силой, а подождать, когда омега сам захочет, то удовольствие удвоится!
 И меня тут же отпускают на землю, я становлюсь лицом к лицу к своему Альфе, он довольно улыбается:
 -Покраснел-то!
 -Это потому что я долгое время висел вниз головой, я мог бы умереть, ведь кровь постоянно приливала мне в мозг. Знаешь, от этого умирают!- Быстро тараторю я, чтобы не признавать факт своей слабости перед его пошлостями. В лагере на мгновение наступает тишина, все смотрят на нас с Томом, и мне даже немного не по себе, но Мишель произносит:
  
 -Даже мой так красноречиво не отмазывался...- И все присутствующие начинают громко ржать, а я, чуть посмеиваясь, утыкаюсь носом в шею моего Альфы. Его теплые ладони ложатся на мою поясницу, и все мое тело пропитывается теплом... Я как чертова губка.