Фарт (СИ)

Любой стаб жемчужин не пожалеет, но соседи будут против. Учитывая, как все тут друг друга «любят». Как только станет известно, что кто-то начал выращивать бойцов, а известно станет в любом случае, стаб сотрут с лица земли, вернее Улья. Со всеми жителями, включая кошечек и собачек. Просто так, на всякий случай. А потом и про источник узнают, и будут гонять, пока не достанут. И тоже прибьют. Для общего успокоения. Сергей, по крайней мере, поступил бы именно так.
Он внимательно посмотрел на Геббельса.
- Дошло?
- Не понимаю, как ты с таким счастьем - и на свободе? В смысле, почему еще голова на плечах?
- О! Молодежь не забывает классику. Похвально, похвально.
- Молодежь? – возмутился Сергей – Да я старше тебя!
- Биологически мне шестьдесят восемь лет, молодой человек! – выделил голосом последние слова Геббельс. И, глядя на оторопевшее лицо Сергея, продолжил – Ты все время забываешь о возможностях регенерации иммунных в Улье. Я же тебе говорил, что и возраст откатывается. Тут проходят все болезни и возраст тоже. Можешь забыть про СПИД, рак, инфаркт – тут это не грозит. Помню случай, как рейдеры иммунного притащили с ДЦП. Уж не знаю, чем он им заплатил. Так выздоровел! Хотя ДЦП не лечится вообще. Это…
- Доктор! – перебил Сергей начавшего было разглагольствовать Геббельса – Почему ты еще жив? – вернул он беседу в конструктивное русло.
- Ты действительно хочешь это знать?
- После твоего признание про дары я думаю, что ты меня уже не выпустишь.
- Ну… Я как-то не думал о твоей дальнейшей судьбе. Есть варианты. – туманно ответил Геббельс – Тебе интересно что было после Института? Что же. Примерно полгода я колесил по «правильным» стабам, зарабатывая себе на жизнь. Уже присмотрел себе хороший, богатый стаб, где можно было развернуть лабораторию и заняться продолжением исследовательской деятельности, когда кто-то из понимающих в Институте прочел мои работы. Или до начальства, наконец, дошло чем я занимался. В итоге – Институт спустил на меня всех собак. Пришлось уходить к мурам. Хоть Институт к мурам и нейтральный, все-таки отношения у них более напряженные, чем с рейдерами. С мурами общаются лишь в крайнем случае.
- Что так? Идеальные же поставщики для ваших живодерских экспериментов.
- Я тебе еще раз повторяю: рейдеры от муров практически ничем не отличаются. К рейдерам даже лучше обращаться – берут дешевле. Наловят сколько нужно, причем, по строго заданным параметрам. Еще и бантиком перевяжут по желанию заказчика. Муры, в этом отношении, более безалаберны – привыкли грести всех подряд.
- И что было после того как ты ушел к ним? В смысле, к мурам?
- Потыкался. Осел в богатом муровском стабе.
- Ну да. – понимающе кивнул головой Сергей – Материала для исследований – завались.
- Материала действительно было много, но вот исследований. – Геббельс поморщился – Нос, глава стаба, никак не мог понять перспектив моих исследований, а я не мог ему сказать. У Носа, видишь ли, были стратегические планы. У него было неуемное желание продвинуться еще дальше на запад и подмять под себя несколько кластеров. А для этого нужны были средства. Оружие, боеприпасы, желательно от внешников. А внешников интересовали потроха. «Твои исследования, Геббельс, ничего, кроме геморроя не приносят, только горох со спеком выкидываю как в черную дыру» - Геббельс явно передразнил Носа.
- Ты не рассказал ему о своих исследованиях?
- Я не враг себе. О них никто не знает. Кроме Института. – поправился Геббельс.
- А Малыш?
- Малыш – это Малыш. Не смотря на его внешний вид, у него разум как у семилетнего. Задержка в развитии.
- И не страшно тебе с семилетним ребенком по Улью шататься?
- О нет. – Геббельс улыбнулся – Как боец он любому сто очков форы даст. Да и на бытовом уровне вполне нормально ориентируется. Но вот все, что касается высоких материй – тут он ребенок-ребенком. Так что не пытайся с ним обсуждать Ницше и теорию струн. – Геббельс хихикнул – Не поймет. Кроме того, он мне предан беззаветно.
- Думаешь семилетнего ребенка нельзя сманить вкусной конфеткой?
 
- Пытались. – Геббельс пожал плечами.
- И что?
- Два трупа. Знаешь, как Малыш меня называет? «Батя». Так что нет, утечки со стороны Малыша я не боюсь.
- И как только Институт за твою голову награду не назначил.
- Почему не назначил? Назначил. На тот момент было две красных жемчужины. Теперь – пять. – Геббельс довольно зажмурился – Расту как цены на бензин. У вас же там опять цены на бензин растут? – спохватился он.
- У нас... У них, там. – сбился Сергей – Сейчас цены на все растут. Только на зарплату падают.
Помолчали.
- И что, никто не попытался отрезать тебе голову и принести на блюдечке Институту? – вернулся из тяжких дум Сергей.
- А зачем? Я Носу давал стабильный доход в черную жемчужину в неделю. Зачем резать голову курице, несущей золотые яйца? Меня еще и охраняли как какого ни будь ксера в стабе.
- Это на чем ты так круто зарабатывал?
- Мы с Носом договорились что я у него работаю буквально за еду. Доктором, знахарем. В ответ он мне предоставляет защиту и дает материал на исследование. Иногда по моей просьбе таскает оборудование с кластеров. Нос хоть и говнистым мужиком был, но бабки считать умел.
- Был? – уцепился Сергей за слово – Судя по всему, в итоге вы не пришли, как говорил один политик, к консенсусу.
- Да. Однажды мы с ним здорово разругались. Нос видел во мне только мясника. Но я не практик. Я – исследователь. Тем более и новая, перспективная тема появилась. – Геббельс подмигнул Сергею – Так что ты будешь принимать участие сразу в двух исследованиях. Гордись!
- Мне и одного слишком много. – пробурчал в ответ Сергей.
- В итоге я понял, что дышать мне здесь не дадут и начал готовится к тому, чтобы исчезнуть. – продолжил между тем Геббельс – Вывез основное оборудование, подготовил сюрпризы, чтобы посильнее «хлопнуть дверью». Ты даже не представляешь, как опасны могут быть безвредные вещества, если их смешать в нужной пропорции. Осталось дождаться, когда у Носа на руках скопится большое количество ингредиентов, необходимых мне в исследованиях, и вуаля! Уйти не попрощавшись, прихватив стабовскую кассу. Впрочем, там не с кем было прощаться. Трупы не особо разговорчивые. – Геббельс хохотнул.
- Ингредиенты для исследований – это жемчуг? – уточнил Сергей.
- Жемчуг, горох, спек, спораны тоже. – подтвердил Геббельс.
- Да за тобой и без тайны твоих исследований весь Улей гоняться должен!
- Есть такое дело. – довольно улыбнулся Геббельс – Однако, вот я сижу. Живой и здоровый. А особо ретивые охотнички уже пошли на перезагрузку. Ну или на удобрение, через желудочно-кишечный тракт тварей. Да и за год ажиотаж немного спал. Пару лет еще посидим тут – и будем думать, как перебраться в соседний регион.
- Кстати. - Сергей решил узнать где они находятся – А где это – тут? И с чего ты решил, что, в конце концов, об этом месте не узнают?
- О! Об этом можешь не беспокоится. – Геббельс самодовольно усмехнулся – Последний, кто знал сюда тропинку, умер на моих руках.
- С чего ты решил, что последний?
- Вся рейдерская группа, которая знала об этом месте, погибла от лап элитника. Проезжающие мимо муры элиту отогнали, забрали тела – не пропадать же добру, и на потрошение. Один оказался живой, хоть и безнадежный. Ничего, моего дара целителя, знаний и спека хватило для того, чтобы он вспомнил и рассказал мне все о своей жизни, включая какого цвета шорты он носил в детском саду, прежде чем я его отпустил.
- Набрели одни, могут набрести и другие.
 
- Могут. И что они увидят? Одинокую избушку в лесу. Те парни даже не догадались что под избушкой расположен схрон. Для этого необходимо обладать соответствующим даром. Довольно редким, между прочим. Тут не стаб, не поселок. Само место расположено вдалеке от кластеров, где можно поживиться. Тропинка начинается метрах в двадцати от дороги. Рейдерам всех мастей тут делать нечего. Разве что зараженные загонят. Ответь мне, какова вероятность того, что сюда загонят группу рейдеров и среди них окажется человек с нужным даром? Я сам тебе отвечу – она равна нулю.