Штурм (СИ)

— Удерживайте позицию, не приближайтесь. Отправляю дрон.
Экран вспыхнул новым изображением — камера дрона нырнула сквозь клубы пепельного дыма.
Сквозь туман проступали силуэты. Башни? Нет. Что-то живое. Огромное, покрытое металлическим блеском. Существо подняло голову, или просто что-то на неё похожее и… смотрело прямо в объектив.
— Командир, — голос Тимура сорвался, — оно нас видит.
  
— Да ну нахер… — прошептал я.
Вдруг нарост на теле чудовища, который я первоначально принял за голову, вспыхнул синим огнём и связь с дроном мгновенно пропала. Я и сказать ничего не успел, как по рубке разнесся голос бортового искина.
— Разведывательный дрон уничтожен малым биотехноидом цивилизации Авак!
— Чего⁈ — Я нырнул в имплантат и вышел на связь с корабельным искином на прямую, по капитанскому каналу — Откуда информация⁈
— Объект распознан с помощью внедренного маркерного кода. Рекомендации: в контакт не вступать! Уничтожить малого биотехноида, уничтожить очаг заражения! В случае невозможности — покинуть систему!
— Потом с тобой разберёмся, железяка… — Проскрипел я зубами от злости — Кира, «Скауты» один и два, отступление! Вернуться на корабль! Боевая тревога! Малый биотехноид… А какой же тогда большой⁈
Который уже раз за сегодня коридоры и отсеки «Земли» наполнились звуками сирен — световые полосы аварийной сигнализации рвано пробежали по коридорам, и голос корабельной автоматизации, холодный и ровный, повторял одно и то же: «Угроза вторжения биотехнологического агента. Угроза распространения». Искин повторял слова, которые в него не были заложены программистами землян, и от этого становилось ещё страшнее.
— «Скауты», докладывайте статус — коротко приказал Денис, не теряя самообладания.
Ответ пришёл обрывистый, забиваемый каким-то шумом и русским матом:
— Цель юстирована. Визуальный захват подтверждён. Малый биотехноид развернул коронную структуру, все малые разведывательные дроны сбиты. Он видит нас через маскировочное поле! Открываю огонь и отступаю к линкору!
Я видел на голограмме, как «Скаут» — тонкий, как стрела — бросал вспышки в сторону накатывающей тени, но те вспышки будто плавились на её поверхности. Малый биотехноид был не просто живым — он был конструкцией, сотканной из металла и плоти. Он двигался с такой скоростью, что камеры и сенсоры разведчика не успевала фокусироваться, и в момент, когда казалось — мы увидели его целиком, он уже растворялся в клубах пыли, оставляя после себя коричневатую слюну, которая тут же шипела и разъедала камень. Внезапно противник взлетел с поверхности планеты и стремительно бросился в погоню за разведчиком.
— Щиты! — рванул я к пульту. — На максимум, немедленно!
На огонь маленького кораблика противник не реагировал, он его казалось совсем не замечал, хотя я видел, что плазма в него попадала. Нагнал биотехноид разведчика буквально через несколько минут. Я смотрел на параметры «Скаута» и волосы на моей голове вставали дыбом. Его щиты работали на полную мощность, но это его не спасло. Щиты, рассчитанные на стандартные боевые воздействия, не знали, как держать удар от органической микроструктуры, которая могла синхронизироваться с системой управления. Малый вообще силовое поле не заметил, он провёл по внешней обшивке длинным щупом — и в месте касания композит вздрогнул, пошёл микротрещинами; потом щуп пробил броню, словно игла, и в открывшуюся трещину хлынул черно-блестящий налёт.
— У нас нарушена герметичность! — закричал пилот «Скаута».
Малый биотехноид не терял времени — он расширил пролом, растянулся, как кошка, и вдруг из его центра вырвался рой нитевидных форм — как сор — которые ползли по силовым каналам и проводам, вползали в щели, втыкались в портативные терминалы и, при прикосновении, взрывались крошечными электрическими импульсами. Каждый такой импульс был как укус — он прожигал всё чего касался, оставлял за собой гниющую ткань и новый источник излучения.
Я знал, что в погибшем «Скауте» Киры не было, она руководила своими людьми из «Скаута-2» который сейчас на пределе мощности двигателей несся к линкору, но мне от этого было не легче. Погибли мои люди, на, казалось бы, почти безопасной миссии! А сейчас, если ничего не предпринять, умрут все остальные.
— У кого ни будь есть предложения, как эту хрень грохнуть⁈ — неестественно спокойным голосом спросил я.
— Это оно… — послышался голос Бахи — Та же сигнатурная структура, что и в том сигнале. Это не просто биология — это комбинация биосинтеза и логики. Оно модульно обновляет себя, когда сталкивается с защитой. Наши ПО пытаются патчить, а оно переписывает патчи…
— Резче! Что ты предлагаешь? — спросил я, оборачиваясь к инженеру.
— Бежать! — сказал Баха так, будто поставил точку в споре, которого и не было.
— Согласен. Но своих вытаскиваем, — отрезал я. — Тимур, прокладка курса — на внешнюю границу системы. Без гипера — маршевые на сто десять, разгонным двигателям готовность ноль. Готовь «Землю» к форсированному разгону и отстрелу всего лишнего. Кира, «Скаут-2» — эвакуация по «грязной» схеме. В ангар не заходите.
— Принято, — коротко. И тут же: — Командир, скорее всего «малый» уже сел нам на хвост. Поле маскировки он видит, от ЭМИ-тычков отмахивается, как от комаров.
— Потом разбираться будем, главное ноги унести — буркнул я и тут же повернулся к инженерам — Готовимся принимать экипаж «Скаута» с угрозой биоопасности. Кварцево-ультрафиолетовый конус, микроволновые ланцы и плазменная завеса на входе в «сухой шлюз». В сам «Скаут-2» не лезем — экипаж выкидывается в аварийных капсулах, перехват капсул эвакуационными дронами — и сразу в карантин. Сам «Скаут» бросаем. Отсеки ангаров перевести в отрицательное давление. Внутренний коридор — «чёрный»: огнемёты, вакуум, затем дезактивационный туман. Операторы, настройка УФ-рам до предела. Любая биомразь — в порошок.
Сирены стали тише, глуше — это включились насосы, вырывая воздух из огромного объёма ангарной палубы. На внешних камерах «Скаут-2» уже входил в створ, но не на посадку: он шёл параллельным дрейфом, удерживая дистанцию десять метров от створок.
— Начинаем «грязную», — голос Киры был ровным, почти весёлым. — мы в капсулах. Поехали!
С наружных направляющих сорвались серые «сигары» — персональные эвак-капсулы. Они «подскочили» микродвигателями, и дроны-эвакуаторы, шедшие со «Скаутом» параллельным курсом, молниеносно их схватили и впихнули в раскрытые створки карантинных бокс-контейнеров. Створки щёлкнули, и контейнеры ушли по рельсам в «сухой» тоннель.
— Готово… Чёрт! Контакт!
По коже побежали мурашки: на обзорном экране, словно отслоившаяся тень, что-то пролезло под брюхо «Скаута-2» — тёмный клин, облепленный дрожащими нитями. Малый биотехноид шёл почти без сигнатуры, подсвечиваясь лишь редкими синими вспышками в местах, где микронити цеплялись за космическую пыль.
— Огонь! — рявкнул я не задумываясь, боец цивилизации Авак добрался и до нас.
  
Глава 4
 
«Скаут-2» просто исчез, приняв на себя залп орудий линкора. Много ли надо, маленькому разведчику? Другое дело, что похоже нашего преследователя это никак не впечатлило. Биотехноид только в сторону шарахнулся, при этом с виду остался абсолютно цел. Похоже сейчас он очухается, и займётся нами всерьёз. Наши орудия и силовое поле против него бесполезны, только разборки со «Скаутами» его немного задержали…
— Выпустить два звена беспилотных истребителей! — Тут же приказал я, практически не задумываясь о дальнейших шагах — Атаковать противника. Надо его задержать, пока мы разгоняемся! Выпускать по звену каждые десять минут, до подхода «Земли» к точке прыжка! Силовое поле на минимум, все мощности на маршевые и разгонные двигатели!
  
Линкор заметно ускорился, немного отрываясь от монстра, а из трюма в космическое пространство вывалились четыре автоматизированных истребителя, которые тут же перестроились в боевой порядок и пошли в атаку.