Няня для Боссёнка (СИ)

Быстро собравшись, Вика вызвала такси… Ожидание было невыносимым. Всего 20 минут езды, теперь они казались бесконечными.
Ворвалась в квартиру… Внутри пустота… Все так же, как и вчера… Внутри ничего не изменилось. Снова набрала номер мужа… Снова безуспешно.
«Ну, конечно… Он ведь на работе!» - подумала она. «Наверное, взял малыша с собой. Представляю, как он помогает своему папочке!» - облегченно выдохнула, понимая, что только накручивает себя.
Но на душе все еще было неспокойно… Зачем-то заглянула в шкаф мужа. Наверное, боялась, что… Вдруг уехал? Вместе с сыном, желая ее проучить…
К ее радости, все вещи были на месте. Еще один облегченный вздох и…
Две свежие выглаженные рубашки в шкафу. То есть, он сегодня не надел чистую рубашку? У него пунктик по этому поводу. На работу он всегда одевается с иголочки.
Нет, он просто забегался. А если…
Вика отметала страшные мысли, которые пытались проникнуть в ее голову… А если что-то случилось?
Нет, она не хотела об этом думать. Но думала… И с каждой секундой все больше ненавидела себя. Ее сознание охватил дикий страх за своего ребенка, за мужа, а на ее лице застыла какая-то болезненная маска.
Она испытывала весь спектр материнской любви. И она точно знала, что больше не отпустит своего мальчика ни на минуту.
  
Глава 41.
 
Максим (который главный герой)
Было невыносимо смотреть на то, как какой-то посторонний мужик берет на руки МОЕГО ребенка. И малыш тянется к нему… Я уже свыкся с мыслью, что я отец.
Нет, не отдам… Не позволю…
-Это мой сын! – пытаюсь забрать мальчика. Чтоб его! Опять повышаю голос. Ребенок, поджимая губки, начинает шмыгать носиком. Прижимается к этому мужику, которого моя мать назвала его отцом. Боится меня…
-Твой? – огрызается он. – А ты имя его хотя бы знаешь? – мотаю головой. Не знаю… -А документы соответствующие у тебя есть? А если сделать тест на отцовство, ты уверен, что он окажется положительным? – на каждый вопрос незнакомца мотаю головой. – Извините, что я так сразу на «ты», - он тоже растерян. Но по глазам вижу, что рад. С любовью смотрит на мальчика, крепко прижимает его к своей груди. –Позвольте представиться, Старов…Максим.
-Старов Максим? – да мы почти тезки… Стоп… Я, кажется, понял… -Старов… Максим.
Анекдот. Расскажи кому, не поверят. И надо же, чтобы именно я стал главным героем этого анекдота?! Да уж… Судьба моя судьбинушка. Решила сыграть со мной шутку, злую шутку. И сразу пошла ва-банк… Чтобы поржать надо мной вдоволь. Только… Мне почему-то совершенно не смешно.
* * *
Прощай, моя несбывшаяся мечта. Прощай, мой шанс на счастье. Прощай, мой малыш.
Я смотрел в след уходящему мужчине. Ребенок, кажется, даже помахал мне ручкой на прощание. Быть может, это просто непроизвольное движение, которое вышло у него случайно. Но сердце еще более щемило, в нем поселилась грусть-тоска, печаль…
Да, мне все-все рассказали. Но стало ли мне легче от этого? Отнюдь…
Я мог бы пойти на принцип! Ругаться со Старовым из-за всей этой истории! Ведь это надо было умудриться потерять ребенка, да еще и таким необыкновенным способом?! Я мог бы подключить службу опеки. Обратиться в суд… Но… Зачем? Так будет хуже для всех. Но в первую очередь для нашего маленького мальчика.
Да и Старов этот показался мне нормальным мужиком. В кошельке у него была фотография его семьи. Малыш на ней чуть меньше, но по хитрым глазенкам я узнал в этой крохе нашего мальчика. На этот раз ошибки быть не могло.
Никогда бы не подумал, что расставаться с кем-то так тяжело. Никогда бы не подумал, что впервые за несколько лет разведу сырость на глазах из-за малыша, который так нагло меня изводил целые сутки! Но…Мне было паршиво. Хотелось материться, орать, бить посуду и разбрасывать мебель.
Мы еще раз пересеклись взглядами с малышом. Его глаза улыбались, сверкали от счастья. Он возвращается в свою прежнюю жизнь. А я… С его уходом моя жизнь точно больше никогда не будет прежней.
 
Этот мальчик изменил меня…
Изменил физически – я научился тише разговаривать, я стал менее зациклен на своем внешнем виде, я даже подумывал о том, чтобы сбрить щетину, потому что кое-кто нагло дергал за волоски…
Изменил мое мировоззрение, я стал проще относиться ко всему, я, наконец, понял, что невозможно все держать под контролем.
А еще я стал чаще улыбаться. Вроде злился, вроде психовал, но улыбка не сходила с моего лица.
Прощай моя маленькая мечта… Пусть ты останешься только мечтой, но я рад, что ты был в моей жизни.
Малыш еще раз взмахнул ручонкой. Случайно или специально, он выронил из руки своего светло-коричневого медвежонка. Потом, как он умеет, высунул язык и издал громкое бырканье им.
Старов на секунду остановился. Глянул на мягкую игрушку, что лежала на брусчатке. Потом посмотрел на меня, добродушно кивнул, а после пошел вперед, оставив мне единственную память об этом мальчике. Память…Или повод его навестить, чтобы отдать любимую игрушку.
* * *
-И все же я не понимаю, мам! У мальчика точно такое же родимое пятно, что и у тебя! На ножке… На бедре! Разве такое возможно? В этой истории слишком много совпадений.
Мы сидели за столом на кухне и пили индийский чай, которым я обещал угостить Олю еще вчера.
Услышав мои возмущенные вопросы, мать закашлялась – чай попал не в то горло.
-Мда… Хорошо ты знаешь свою мать, сын… На ноге у меня не родимое пятно, а большой шрам. Я в подростковом возрасте ногу на речке повредила.
Шрам, точно… Да уж… Кажется, я пытался выдать желаемое за действительное. Хоть в тот момент глупо считал, что желаемое – это не быть отцом этого ребенка.
-Так, шшшш… - мама сделала мне намек, чтобы я заткнулся. К уху она приложила телефон и кому-то звонила. –Ах, вы уже дома? Все нормально? Левушка не капризничает? Отлично… Хорошо, что Вы мне дали Ваш домашний номер. А телефон так и не нашелся? Правда? Да что Вы говорите, я очень рада. Ой, не за что… Вам спасибо за такого чудесного мальчика. Ага-ага, передам. Ну хорошо…
Мама повесила трубку, а я вопросительно на нее посмотрел.
-Левушка? – не понимал я.
-Да, мальчика, оказывается, зовут Лев. Я об этом первым делом спросила, а ты не догадался.
Я хмыкнул. Удивительно, насколько это подходящее имя для нашего мальчика. Лев – царь зверей. Мальчик Лев – царь людей.
-Они уже дома. Представляете, произошло воссоединение семьи. Пропавшая мамочка ждала малыша со Старовым в их квартире. И все же, в этой истории счастливый конец, - мама радостно сделала глоток. – Тьфу ты! – негодовала она. Чай был горячий. – Ну вот, теперь язык болеть будет.
Счастливый конец… Для кого-то да, но только не для меня. Хотя, если я не буду таким мудаком, каким я был до вчерашнего дня, то и мой счастливый конец не за горами. То есть, надеюсь, что это будет моим счастливым началом.
Я внимательно посмотрел на Олю. Она смущенно отвела глаза, не выдерживая моего заинтересованного взгляда. Мне нужно объясниться с ней, поговорить, обо всем рассказать. Сейчас не время? Да нет, Стахов, сейчас как раз самое время. Ты не можешь потерять и ее…
-Ладно, ребятки, у меня еще дела на сегодня были, запланированные… - мама мне подмигнула, а я понял, что эти «запланированные» дела были выдуманы прямо в эту секунду.
-До свидания, Агнесса Павловна, - попрощалась с мамой Оля.
-Я думаю, скоро свидимся, Олюшка… - а потом загадочно глянула на меня. –Я надеюсь… - и, подняв брови, указала своим взглядом на ничего не подозревающую Олю. Мама как раз находилась за ее спиной. А потом четырьмя пальцами изобразила сердце.
Я закатил глаза… Мама… Она всегда мечтала меня женить. Но что тут скажешь… На этот раз выбранная ею партия мне тоже нравится. Очень.
  
Глава 42.
 
-Ну ты как, Максим? – Оля участливо интересовалась моим самочувствием. Как, как? Паршиво, блин. Думаю, на моем лице все и так написано.