Мост висельников (ЛП)
M.R. & L.O. Мы — дикость во тьме.
— Как думаете, кто они такие? — Прошептал Фокс, и Роуг склонила голову набок, разглядывая зазубренное сердечко, вырезанное рядом со словами.
— Не знаю, но я думаю, что они прожили хорошую жизнь. — Она провела пальцами по отметинам. — Может быть, они все еще где-то там, живут.
— Нам следует добавить наши имена, — сказал Джей-Джей, доставая швейцарский армейский нож, который, как я только что узнал, он тайком нес в своем рюкзаке для ботаников.
Роуг забрала у него рюкзак, достав брауни, в то время как Джей-Джей начал вырезать все наши инициалы под этой надписью. Я тоже взял себе брауни, когда мы устроились на камнях, а капли воды со звоном падали с потолка на влажный пол пещеры.
Учитывая вкус сахара во рту и компанию вокруг, я был почти уверен, что это еще один идеальный день, который можно добавить в мою коллекцию. И когда Джей-Джей отступил, чтобы показать нам готовый результат, я ухмыльнулся словам, которые он вырезал под нашими именами.
Мы — тьма в дикости.
Я ни хрена не понимал, что это значит, но мне это нравилось. На самом деле, я думаю, что, возможно, однажды мне это понравится настолько, что я нанесу это чернилами на свою плоть.
Я пошевелился на простынях, пытаясь удержаться за это воспоминание, но в голову закралось более настойчивое, которое обрушилось на меня, как что-то разъедающее мою кожу.
Я ощущал, как его руки обвились вокруг моего тела, заставляя меня чувствовать себя таким чертовски маленьким, когда я подчинялся его воле. Укол боли заставил меня вздрогнуть, и я боролся с ним, пытаясь освободиться, но он был слишком силен. Всегда такой чертовски сильный.
Я метался, чувствуя, как он овладевает моим телом, подчиняет меня, оскверняет. Желудок сжался от тошноты, желчь поднялась по горлу, обжигая все на своем пути.
Меня схватили руки, пытаясь придавить еще сильнее, но я с рыком оттолкнул их, распахнув глаза и обнаружив, что на меня смотрит мягкий оттенок карих радужек.
Я отшвырнул мужчину прочь с диким рыком, но тут маленькая собачка бросилась мне на грудь вместе с девушкой, чьи волосы переливались всеми красками заката. Я увидел ее и мгновенно вернулся в реальность, тяжело дыша, пока кошмар все еще пытался удержать меня, но она коснулась моих щек, не давая мне снова утонуть.
— Я здесь, все в порядке, — пообещала она, и я не осмелился даже моргнуть, боясь, что она исчезнет, и я никогда больше ее не найду.
Дворняга прижался ко мне всем телом, и бешеное биение его маленького сердечка помогло мне прийти в себя. Я поднял руку, поглаживая его, и нашел умиротворение в этих движениях, когда Чейз снова придвинулся ближе, оказавшись на периферии моего внимания, в то время как Фокс и Джей-Джей выглянули из-за плеча Роуг, чтобы проверить как я.
— Все в порядке, — отрезал я. — Хватит пялиться.
Я сбросил с себя простыни, не выпуская Дворнягу из рук, и выскользнул из комнаты, понимая, что дрожу.
Я почувствовал, что Роуг следует за мной, когда вошел в спальню Фокса и вышел прямо на его балкон подышать свежим воздухом.
Как только кислород наполнил мои легкие, оковы прошлого еще сильнее ослабли, и я снова ощутил, как меня охватывает чувство безопасности. Роуг обняла меня сзади, прижимаясь щекой к моей спине, и я наслаждался ее близостью, пока Дворняга лизал татуировку на моем бицепсе, там, где теперь были наколоты слова из моего сна.
— Я с тобой, — прошептала Роуг, прижимаясь губами к моей спине, и темнота рассеялась быстрее, чем обычно.
Я опустил голову, радуясь, что не впал в один из худших эпизодов, когда только насилие могло вывести меня из этого состояния.
— Я люблю тебя, — сказал я ей, и она сжала меня крепче.
— Я тоже тебя люблю, — ответила она.
Я улыбнулся, поглаживая Дворнягу по голове, радуясь его присутствию, когда он посмотрел на меня с тихим поскуливанием.
— Я поклялся, что превзойду письмо Фокса, — сказал я со вздохом. — Я хотел написать, как сильно я тебя люблю, но у меня чертовски плохо получается выразить это на бумаге.
Я повернулся к ней, и она нахмурилась, сморщив носик в знакомой манере. — Тебе не нужно этого делать. Я знаю, что ты чувствуешь.
— Хотел бы я уметь сказать это лучше, — прорычал я. — Хотел бы я сказать, что люблю тебя так же катастрофически, как потеря тебя разрушила меня. Что такого рода разрушение — гораздо более сладкая участь, и что я никогда не выбрал бы никакого другого падения, кроме этого.
Она покачала головой и мило улыбнулась.
— Ты только что сказал это, Маверик.
После того, как Фокс и Маверик отвезли нас в здание клуба «Оазис» и объявили, что они вступают в должность правителей «Арлекинов», мы провели остаток дня, празднуя их коронацию дома.
Маверик объявил об официальной интеграции «Проклятых» в команду «Арлекина» и пригрозил смертью любому, кто выступит против него. Неудивительно, что против этого не было произнесено ни слова, и старейшины «Арлекинов» восприняли все это так спокойно, что было ясно, что Лютер предупредил их еще до своего ухода.
— Ты понимаешь, что мы с Эйсом теперь новые принцы «Команды Арлекина», верно? — Сказал Джей-Джей, улыбаясь мне через столик в патио.
— И как это работает? — Спросил Рик, стоявший рядом со мной, в его глазах блеснуло веселье.
— Ты точно знаешь, как это работает, — сказал Джей-Джей. — Если вы с Фоксом умрете, мы возьмем власть в свои руки.
— А как насчет меня? — Спросила Роуг. — Я хочу быть следующей в очереди.
— Ты уже королева-консорт, — сказал я.
— Пф, к черту консортство. Я хочу быть королевой сучкой-боссом, — решила она, и мы все рассмеялись.
— Ты можешь быть кем угодно, малышка, — сказал Фокс с волчьей улыбкой, целуя ее в щеку.
— Ты все равно нами всеми правишь, Королева Арлекинов, — добавил Рик.
— Черт, мне нравится, как это звучит, — хрипло сказал Джей-Джей, и я был с ним полностью согласен.
— Никакого консортства? — спросила она у Рика, соблазнительно прикусив губу.
— Никакого консортства. Хотя, постой, ты можешь иногда «консортствовать» с моим членом, как тебе такой вариант? — усмехнулся Рик, и она рассмеялась, подняла оливку из тарелки на столе и бросила в него. Он поймал ее ртом, с победным видом жуя.
— В любом случае, это звучит предпочтительнее всего этого бандитского дерьма. Их собрания такие скучные, и никогда не бывает достаточно закусок, — сказала она, и Рик с Фоксом обменялись удивленными взглядами. Без сомнения, если бы она действительно хотела настоящей роли в банде, они вручили бы ей корону и наблюдали, как она процветает, но мы все знали, что это не то, чего хотела Роуг. Ей нужно было солнце на своей коже, песок между пальцами ног и смех на губах, пока вокруг нее волнуется океан. Просто. Прекрасно. И мы планировали приложить все усилия, чтобы она получала это в избытке до конца наших чертовых жизней.
Мой телефон зажужжал, и я тяжело вздохнул, доставая его из кармана, обнаружив еще одно сообщение от сиделки моего отца. Это было третье за сегодняшний день. Я просто хотел расслабиться, насладиться компанией своей семьи и продолжать наверстывать время, которое мы все потеряли. Но, видимо, у вселенной были другие планы.
Элис Бевлин:
Пожалуйста, мистер Коэн. Я знаю, вы не любите своего отца, но он трижды писал мне, умоляя кого-нибудь приехать и помочь ему, а я не могу приехать туда сегодня.
Мне придется позвонить в 911, если вы не приедете.
Я провел языком по зубам, и звуки разговоров моей семьи стихли, когда я принял решение поехать туда. Я почти чувствовал, как его тень нависает надо мной, словно вуаль, заставляя меня чувствовать себя на два размера меньше, просто мальчиком, вызванным домой, где его ждет наказание.