Мост висельников (ЛП)

Рик рявкнул какую-то команду, которую я была слишком не в себе, чтобы понять, но они сменили темп и вдруг оба синхронно вошли в меня, и оргазм снова взорвался во мне еще до того, как утих первый. Мой крик блаженства был настолько громким, что я была уверена, что он доносится за занавес и сквозь музыку, но я не могла найти в себе силы, чтобы беспокоиться.
Их руки сжимали меня, продолжая входить в меня, и через мгновение Чейз что-то прорычал мне на ухо, горячая струя его спермы заполнила меня как раз перед тем, как Маверик тоже развалился на части.
  
Даже во время моего освобождения мои глаза оставались прикованными к Джонни Джеймсу, и я уловила вспышку огня в выражении его лица, пока он наблюдал, как я кончаю для них всех, и потребность в нем загорелась во мне и заставила жаждать его прикосновений.
От хватки Рика и Чейза на мне оставались синяки, а туго затянутый ремень на запястьях так сильно сковывал движения, что я знала — синяки останутся и там, но я приветствовала их. Я хотела, чтобы они вот так отметили меня как свою. Я хотела, чтобы весь мир видел, кому я принадлежу.
Джей-Джей все еще наблюдал за нами, и по его лицу пробежало выражение, от которого мой пульс ускорился до бешеного ритма, когда он прервал выступление и ушел со сцены, оставив других танцоров заканчивать, а сам целенаправленно направился ко мне.
Чейз отступил первым, и Рик ухмыльнулся как придурок, повернув голову, чтобы посмотреть, что привлекло внимание его друга.
— Разве я не говорил, что ты заставишь его кончить в штаны, красотка? — поддразнил он, но выражение глаз Джей-Джея говорило о том, что он был настроен на что угодно, только не на забаву.
— Кончи в меня, Джей, — умоляла я его, мое тело одновременно чувствовало себя истощенным и голодным. Но я не могла игнорировать эту потребность в нем, как не могла отрицать и то, как сильно я хотела, чтобы он взял то, чего он жаждал.
Джей-Джей оторвал меня от Рика, крепко целуя, и повалил на динамик, мои связанные руки оказались зажаты под позвоночником, когда он стянул свои боксеры и уставился на беспорядок, оставленный парнями между моих бедер.
— Ты очень плохая девочка, — прорычал он, беря мою лодыжку одной рукой и перекидывая ее через плечо, в то время как другой растирал сперму, которую они оставили после себя.
Я застонала от желания, когда он глубоко проник в меня пальцами, а его медово-карие глаза теперь казались темными, как смоль, пока он наблюдал, как я извиваюсь под ним.
В тот момент, когда он вытащил пальцы, его член уже был там где нужно, и одна его рука обхватила мою икру, чтобы удержать мою ногу на его плече, когда он медленно начал погружался в меня, заставляя мое тело выгибаться для него, в то время как мои глаза оставались прикованными к его.
Я застонала от ощущения того, как он наполняет меня, зная, что моя влажность была больше, чем просто моей, любя, насколько свободными и грязными мы все были друг с другом, и насколько он явно был возбужден, зная об этом.
Джей-Джей одарил меня улыбкой, которая совсем не походила на наши обычные ухмылки. От нее веяло темной силой и порочными обещаниями, и, когда его вторая рука сомкнулась вокруг моего горла, я поняла, что он намерен выполнить каждое из них.
Музыка гремела из динамика подо мной, когда он отодвинулся так далеко, что почти полностью вышел из меня, но, когда он снова погрузился в меня, я знала, что он никуда не денется, пока не насытится моей плотью.
Я была беспомощна под ним, мое тело изгибалось в угоду его желаниям, в то время как мои запястья оставались связанными, и я смотрела, как он трахает меня жестко и глубоко, мои сиськи подпрыгивают, а киска почти мгновенно сжалась вокруг него.
Джонни Джеймс знал, как трахаться всеми лучшими способами, его бедра двигались в ритме, который соответствовал тому, что он обещал там, на сцене, и даже лучше, так что мое тело почти сразу же распалось для него.
Но как только я начала кончать, его хватка на моем горле усилилась, мне стало не хватать воздуха, а дикий взгляд в его глазах стал ярче, и он задвигал бедрами интенсивнее, требуя все больше и больше от моей плоти, в то время как я оставалась в его власти.
Я была поймана в ловушку силой его тела и моим удовольствием, и в уголках моего зрения вспыхнула чернота, когда взрыв невозможного удовольствия обрушился на меня подобно цунами.
Мой позвоночник выгнулся, киска сжалась, и крик необузданного блаженства сорвался с моих губ, когда я кончила жестко и быстро, заставив его последовать за мной в забытье еще несколькими сильными толчками его бедер в мои.
Джей-Джей кончил с мужским стоном, от которого у меня подогнулись пальцы на ногах, его тело навалилось на мое, а его рот срывал поцелуи с моих затаивших дыхание губ, когда он, наконец, ослабил хватку на моем горле.
Мое лицо покалывало от нехватки кислорода, мой мозг взорвался подобно фейерверку, а каждая частичка моей души, казалось, затрепетала на волне такого сильного удовольствия. Я осталась лежать под ним, чувствуя себя так, словно из меня только что выкачали всю энергию.
Не успела я отойти от этого момента, как Джей-Джей снова привлек меня к себе. Похоже, он понял, что у моих ног нет ни малейшего шанса поддерживать меня, и, не говоря ни слова, поднял меня на руки и понес обратно в гримерку.
Рик и Чейз сомкнулись вокруг нас, заставив меня почувствовать себя принцессой в окружении преданных охранников, и я закрыла глаза, купаясь в воспоминаниях о том, как меня уничтожили трое моих мужчин.
Я взяла на себя чертовски много, заявив, что все они принадлежат мне, но я определенно преуспела в решении сложной задачи, заключавшейся в том, чтобы все они были довольны.
— Ты ушел в конце выступления, — пробормотала я, и Джей-Джей дьявольски ухмыльнулся.
— У меня было гораздо более срочное дело. Как я могу устоять перед тобой, красотка? Когда я скучал по тебе десять лет и хотел тебя всю свою жизнь?
Он поставил меня на ноги, и я открыла глаза, обнаружив нас в душе за кулисами, а мое сердце все еще колотилось от сладости его слов.
— Я принесу тебе что-нибудь другое, раз уж этот мудак порвал твое платье, — сказал Джей-Джей, освобождая мои запястья от ремня, и указал подбородком на мои обнаженные сиськи, заставляя меня обратить внимание на изодранный материал, который когда-то скрывал товар.
— Хорошо, — согласилась я, собираясь снять платье, но Чейз уже был рядом, расстегнул молнию и помог мне выбраться из него, после чего опустился на одно колено, чтобы снять с моих ног туфли на шпильках.
Я улыбнулась ему, когда он включил воду, а мое тело все еще ощущало, как он входил в меня, и это напоминание заставило меня прикусить губу.
— Фокси это понравится, — сказал Рик, привлекая мое внимание к себе, когда он отправил Фоксу то, что, как я догадывалась, должно было быть его последним секс-видео с нами четырьмя.
— Он ясно дал понять, что не хочет участвовать в этом, — нахмурившись, сказала я и слегка вздрогнула от неожиданности, когда горячая вода ударила мне в живот, а Чейз взял в руки лейку душа, чтобы вымыть меня. У него был сосредоточенный взгляд, как будто он был чем-то обязан мне, и я провела пальцами по его кудрям, обожая его за это.
— Не-а, — пренебрежительно сказал Маверик. — Уверяю тебя, он просто жалкий снеговик, который мечтает о каком-нибудь вкусе, кроме ванили. Проблема в том, что он еще и упрямый снеговик, а значит, не может заставить себя попробовать что-то новое. Вместо этого он смотрит эти маленькие домашние видео, которые мы постоянно снимаем, и злобно дрочит на них, ненавидя себя за то, что ему нравится смотреть, как ты принимаешь всех нас, и отказываясь признаться кому-либо в том, чего он действительно хочет. Но ты не волнуйся, красавица, в конце концов он сломается.
  
Вероятно, мне следовало продолжить спор в защиту Фокса и того, чего он хотел, но мысль о том, что Маверик прав, вызвала у меня трепет, который я не могла отрицать.
Единственное, что могло бы улучшить то, что мы только что сделали вчетвером, — это добавить Фокса в микс и сделать это впятером. Так что, как бы маловероятна ни была эта моя маленькая фантазия, я собиралась позволить Рику поощрять ее, если только это не будет слишком сильно расстраивать Фокса.