Угроза мирового масштаба 2 (СИ)
Еще здесь была небольшая, буквально с две ладони размером, раковина в уголке, четыре больших динамика под потолком, из которых едва слышно лилась какая-то приятная музыка, а черный потолок в белую точку явно изображал звездное небо.
Ванесса бесцеремонно развалилась во весь рост на диване, подложив руки под голову. Я сел рядом с ней и наконец решил прояснить ситуацию:
— Так, отлично. Оттуда мы выбрались. А куда едем теперь?
— Как куда? — почти натурально удивилась Ванесса. — В наш особняк, конечно.
Глава 3
Особняк Тюудор.
Забавно, но я все же попаду в него. Правда уже не нужно, но все равно приятно. Гештальт закрыть, как говорится.
Неторопливая вальяжная поездка заняла примерно двадцать минут — то ли к нам водитель гнал машину на пределе возможностей, то ли ехал не из особняка, а из какой-то более близкой точки.
Ванесса за это время успела даже задремать, предварительно переместившись головой мне на колени — видимо, произошедшее полностью вымотало ее в моральном плане. А, может, это наступило истощение после того плетения, что она исторгла из себя, не отдавая себе отчета в собственных действиях.
Кто знает, насколько сильно ей аукается ее магия, которой она почти что не управляет?
Вполне возможно, что через два раза на третий девушка вкладывает в нее и частицу праны — жизненных сил, что поддерживают уже не магию, но жизнедеятельность самого по себе тела. Особенно когда это заклинания, которые шлют нахер такие фундаментальные законы физики, как гравитация и межмолекулярные взаимодействия.
За размышлениями о том, что же могла такого наплести Ванесса, чтобы сделать то, что сделала, я даже почти пропустил тот момент, когда мы доехали до особняка.
Лишь потянувшийся за окном знакомый забор, который так и остался для меня непокоренным, заставил вынырнуть из пучин раздумий и снова вернуться в реальный мир.
Машина снизила скорость и остановилась.
Вытянув шею, я через лобовое стекло видел, что встали мы возле ворот, которые, как и прежде, охраняли трое — двое с оружием, и один — без. Он-то и подошел к автомобилю, дождался, когда водитель опустит свое стекло и заглянул внутрь, практически засунув голову.
Мужчина посмотрел в салон, и я заметил, как от его глаз к голове водителя протянулись тонкие лучики черной маны — надо же, он его явно сканирует на предмет воздействия на сознание!
Получается, они тут не просто как охранники-вышибалы-наместеразворачиватели, но как целая служба безопасности, со своим небольшим мобильным детектором лжи! Если кто-то воздействует на сознание водителя, который является простым человеком, с целью устроить какую-то диверсию, его даже внутрь не пустят, несмотря на то, что он на машине клана и вроде как работает на клан…
Ну, не пустят как минимум до тех пор, пока с ним как следует не поработают маги уровнем выше, чем тот, кто похимичил с чужим разумом.
Закончив с водителем, маг перевел взгляд на нас. Я ожидал, что он и с нами попробует провернуть что-то магическое, и уже приготовился ответить, но, к счастью, ему хватило то ли ума, то ли сообразительности, то ли уважения к баронессе, чтобы этого не делать. Возможно, ему хватило отрицательного результата проверки водителя и причин для проверки остальных у него просто не возникло.
Впрочем, на мне его взгляд все же задержался, и лицо мага неуловимо изменилось — в глазах промелькнуло что-то похожее на замешательство. Он явно узнал меня, но не мог вспомнить, откуда.
Я не удержался от улыбки и решил ему помочь:
— Доброго дня. Не подскажете, как проехать в конюшню? А то мы немного заблудились в этом большом городе…
Выражение лица мага резко сменилось с замешательства на буквально-таки изумление — тонкие брови взлетели вверх, а нижняя челюсть наоборот — слегка отошла вниз, обнажая ровные белоснежные зубы.
От звука моего голоса Ванесса заворочалась, просыпаясь, и, приподнявшись на руках, сонно огляделась, после чего громко заявила:
— Лукас! Что за херня⁈ Немедленно пусти нас внутрь!
— Ван, ты… — начал было маг, но Ванесса зажмурилась и принялась крутить головой, как капризная маленькая девочка:
— Ничего не хочу слышать! Потом поговорим, если хочешь, а сейчас нас дедушка ждет!
Лукас, который, видимо, не в первый раз сталкивался с такой реакцией, вздохнул и убрал наконец голову из машины. Развернулся, махнул рукой и ворота наконец начали открываться.
Я перевел взгляд на Ванессу, которая резко сбросила с себя маску капризули и сейчас внимательно наблюдала за действиями Лукаса.
— Кто он? — спросил я.
— Лукас. Мой брат, — ответила Ванесса, не сводя взгляда с брата. — Старший, как сам понимаешь. И по совместительству — глава нашей службы безопасности.
— Я смотрю, он весьма ответственно подходит к своему занятию.
— Даже чересчур. — Ванесса фыркнула. — Он с самого детства считает себя защитником всех вокруг, думает, что он в ответе за каждого члена семьи. А когда появилась я, единственная девочка в своем поколении, он решил, что меня он должен опекать особенно активно.
— Ну учитывая как ты себя с ним ведешь — это не самый нелогичный вывод. — Я усмехнулся.
— По-другому не получается. — Ванесса развела руками. — Он понимает только крик… Или, вернее, когда кричишь, у него пропадает желание совать свой нос во все дела подряд. Особенно в те, что его не касаются.
Ворота наконец раскрылись, и машина въехала во двор особняка. В окно было хорошо видно, как Лукас провожает нас взглядом, причем его нисколько не смущала глухая черная тонировка на боковых задних стеклах — он прекрасно смотрел на нас и через нее.
Машина объехала по широкой дуге небольшой фонтан, что стоял в самом центре дворика, заросшего аккуратно подстриженной зеленью всяческих форм, высот и размеров, и остановился возле белых мраморных ступеней, что вели к крыльцу особняка.
Я принялся пробираться к двери, но она внезапно открылась сама собой — водитель успел выйти раньше меня, обойти машину и открыть дверь. Обслуживание как в лучших домах буквально-таки… Хотя почему «как»?
Я выбрался из машины первый и подал руку Ванессе. Она приняла ее с небольшой заминкой, словно с ней никогда такого не случалось, и, как только мы вышли из машины, водитель закрыл за нами дверь, сел обратно на водительское место, и машина тронулась с места, открывая вид на фонтан, до того скрытый за кузовом.
На бортике фонтана, как и тогда, когда я предпринял первую безуспешную попытку попасть за ворота особняка, сидела благообразная седая старушка в белом платье и с собранными в заколотый двумя длинными заколками пучок волоса. В руках у нее блестели на солнце спицы, а из крошечной корзинки, стоящей рядом на бортике, тянулось несколько разноцветных нитей, которые, словно нити маны, сплетались в непонятное, но яркое и цветастое изделие в умелых руках мастерицы.
Ванесса тоже заметила старушку, глубоким вдохом набрала в грудь побольше воздуха и громко крикнула:
— Ба, привет!
Старушка подняла голову, улыбнулась Ванессе и помахала рукой:
— Здравствуй, Ванессочка!
— А деда Виктор тут⁈
— Да, пять минут назад прилетел!
— Хорошо, спасибо!
И старушка снова уткнулась в свое вязание, словно этого короткого диалога и не было. А Ванесса развернулась и пошла вверх по ступеням, цокая каблуками.
— Бабушка? — спросил я, следуя парой ступенек ниже.
— Да, бабушка Фи, Фиона, — охотно пояснила Ванесса. — Только она не жена деда Виктора, она по маме бабушка.
— И тем не менее, она знает, что он здесь, — подметил я.
— А она всё про всех знает. — Ванесса усмехнулась. — У меня иногда складывается такое ощущение, что она и на фонтане сидит только потому, что это единственная точка, откуда видно весь наш участок. Ну а то что ей и стены не помеха — это вообще почти факт.
Мы дошли до тяжелых деревянных дверей, что на вид имели массу большую, чем мы с Ванесой вместе взятые. Одна створка по традиции была покрашена в красный, другая в черный, но обе они одновременно, легко и совершенно бесшумно разошлись в стороны, едва только мы приблизились. И на сей раз это не было сделано каким-то слугой, поскольку за дверями никого не было — явно сработала автоматика.