Идеальный мир для Химеролога 5 (СИ)
Виконт прищурился. С десяток бойцов. Крепких, вооружённых, опытных… Исчезли без следа в логове ветеринара-самоучки?
— Ещё кое-что, — продолжил Валера. — Наши наблюдатели докладывают. Вокруг клиники замечена активность. Неявная, но профессиональная. Машины с тонировкой, люди, которые слишком грамотно «гуляют» по периметру…
— Чьи?
— Пробили номера одной машины. Принадлежит структуре, связанной с родом Новиковых.
Воронов зло рассмеялся.
— Графиня… Ну конечно.
Всё вставало на свои места.
Он допустил ошибку. Недооценил ситуацию. Посчитал Химерова самостоятельной фигурой, которого нужно просто припугнуть.
А он — пешка, всего лишь инструмент в руках Новиковой.
Этот парень без лицензии, без роду и племени, просто не мог в одиночку провернуть такое. Значит, за ним стоит Агнесса. Это она прикрывает его, даёт ему ресурсы. И она, возможно, и организовала диверсию в лаборатории.
Новые рецепты, которые вдруг появились у Новиковых и вытащили их со дна… Теперь понятно, откуда ветер дует. Этот самоучка что-то умеет. Генерирует идеи, а Агнесса их реализует.
— Идиот, — прошипел Воронов, обращаясь к самому себе. — Нужно было сразу давить на неё. Или договариваться с ней. А я полез к пешке.
Он вспомнил того информатора, который собирал досье на Химерова. Того, кто сказал, что парень «пустой».
— Того аналитика, что готовил справку по Химерову… — тихо произнёс виконт. — Всыпать плетей. Пятьдесят ударов. Чтобы в следующий раз рыл землю носом, но узнавал, кто за кем стоит.
— Будет сделано, — кивнул Валера.
Воронов снова посмотрел на разрушенную лабораторию.
Значит, война. Новикова решила поиграть мускулами. Что ж, она пожалеет.
Но Химеров… Он всё ещё был ключевым звеном. Источником идей.
— Босс, а что будем делать с ветеринаром? — спросил Валера. — Отправить вторую группу? Серьёзную? Сожжём эту халупу вместе с ним.
— Нет, — резко ответил Воронов. — Химеролога не трогать.
— Не трогать? В смысле?
— Он полезен. У него есть мозги. Если он способен создавать такие проблемы, значит, он способен приносить и такую же пользу. Такими кадрами не разбрасываются. Его судьба будет другой.
Виконт улыбнулся, и от этой улыбки даже Валера, привыкший ко всему, поёжился.
— Но он должен понять, что выбрал не ту сторону. Сам он, может, и под защитой Новиковой. Но у него есть сотрудники. Агнесса не сможет охранять всех.
— Понял, — кивнул начальник охраны. — Кошмарим окружение.
— Жёстко, Валера. Максимально жёстко. Чтобы земля горела у них под ногами. Чтобы каждый, кто работает в его клинике и кафе, понимал: он мишень. А Виктор…
Воронов вспомнил свои новые строительные объекты на окраине города. Там, глубоко под землёй, заливали бетоном второй уровень спецхранилища. Изолированные камеры, системы подавления воли, цепи из свинцового сплава…
— Для него у меня уже готово место, — тихо произнёс виконт. — Второй подвал почти достроен. Там уже сидят трое умников, которые думали, что могут диктовать мне условия. Виктор будет четвёртым. Он будет сидеть на цепи и придумывать формулы для меня. День и ночь. Пока не сдохнет. Или пока не сойдёт с ума.
Он развернулся и зашагал к выходу, не обращая внимания на хруст стекла под ногами.
* * *Петербург, Российская Империя
Семён Беляев, финансовый консультант Императорской канцелярии третьего ранга, чувствовал себя так, словно по нему проехался каток.
Он посмотрел на свои часы — дорогой швейцарский хронометр, подарок от одного благодарного, но ныне покойного графа. Сделка по слиянию активов двух уральских металлургических концернов прошла успешно. Семён спас чьи-то миллионы, кого-то разорил, кому-то обеспечил безбедную старость.
Обычный день недели.
Проблема была в том, что через несколько часов у него следующая встреча с представителями торговой гильдии. Очередные графики, котировки, фьючерсы и прочая лабуда, от которой у нормального человека мозг вытекает через уши, а у Семёна привычно начинал дёргаться левый глаз.
Он спал три часа. Вчера — четыре. Позавчера… кажется, он вообще не спал, сводя баланс для внеочередной аудиторской проверки.
«Кофе, — билась в голове единственная мысль. — Мне нужен кофе. Чёрный, как моя душа, и крепкий, как слово государево. Иначе я просто сдохну прямо на переговорах».
Семён толкнул дверь ближайшей кофейни. Забито. Студенты с модными причёсками и ноутбуками, мамочки с колясками, влюблённые парочки… Свободных мест нет.
— Могу сделать с собой! — радостно предложил бариста.
Семён поморщился. Он ненавидел пить кофе на ходу, из картонного стаканчика, обжигая пальцы и рискуя капнуть на галстук, который стоит дороже, чем этот бариста зарабатывает за месяц.
Нет. Ему нужна пауза. Хотя бы пять минут спокойствия и тишины. Возможность сесть, вытянуть ноги и просто посмотреть в стену, ни о чём не думая.
Он вышел на улицу и огляделся. Взгляд зацепился за вывеску в конце улицы.
Пушистый… Что⁈ Латте⁈ Бред какой-то.
— Контактное кафе? — пробормотал Семён, подходя ближе. — Звучит как название для борделя или забегаловки для детишек.
Но в витрине виднелись свободные столики.
— Пофиг, — решил Семён. — Кофе — он и в Африке кофе. Даже если его подают в окружении плюшевых медведей.
Он перешёл дорогу и вошёл внутрь.
Дзинь!
В нос ударил запах кофе и ванили.
Семён подошёл к стойке и недоумённо застыл.
За профессиональной кофемашиной стояла обезьяна. Огромная, мохнатая, в белоснежном накрахмаленном фартуке. Она деловито протирала стакан полотенцем, а её взгляд был настолько осмысленным, что Семёну захотелось бежать.
— Эм… — выдавил он.
Обезьяна молча положила полотенце и постучала пальцем по меню, лежащему на стойке.
Семён почувствовал себя идиотом. Люди вокруг сидели, пили напитки, кто-то гладил котов, кто-то играл с енотами. Все выглядели… счастливыми. Даже ненормально счастливыми для этого серого города.
— Мне просто кофе, — сказал он. — Двойной эспрессо. Без сахара. Без молока. Без сиропа. Просто. Чёрный. Кофе.
Обезьяна кивнула и указала широкой ладонью на свободный столик в углу.
— Окей, — Семён поплёлся к столу.
Он рухнул в мягкое кресло. Господи, как же хорошо сидеть…
Через минуту обезьяна принесла чашку. Кофе был идеальным. С густой пенкой, горячий и очень ароматный. Семён сделал глоток и прикрыл глаза. Ляпота!
В этот момент на стол легла плотная карточка. Семён открыл глаза. Обезьяна стояла рядом и протягивала ему второе меню.
— Зачем? — устало спросил он. — Я ничего больше не хочу. Десерты не ем, фигуру берегу.
Обезьяна не ответила. Она просто ткнула мохнатым пальцем в меню: «Аренда компаньона. Коты, собаки, хомяки, экзотика…».
— Зачем мне животные? — Семён отодвинул меню. — Ничего мне не надо. У меня костюм от «Эмбриони», мне шерсть ни к чему. Я сейчас кофе допью и пойду экономику Империи спасать.
Он полез в карман, достал купюру, положил на стол.
— Вот, за кофе. Сдачи не надо.
Он снова поднёс чашку к губам. Пил медленно, наслаждаясь каждой секундой покоя.
И тут краем глаза заметил движение. Обезьяна снова подошла к столу. В её огромных ладонях сидело нечто крошечное и белое.
Она молча, с деликатностью сапёра, поставила ЭТО на стол прямо перед Семёном.
Это был котёнок. Белый, пушистый, с разноцветными глазами — один голубой, другой зелёный. Он сидел и смотрел на финансового консультанта.
— Ну я же сказал, — Семён начал закипать. — Я не хочу никаких животных! У меня аллергия на… на ответственность! Вы что здесь вообще…
Он осёкся. Он вдруг осознал, что сидит и орёт на мартышку-переростка в фартуке.
В этот момент в зале раздался грохот.
Мимо их столика пронёсся огромный пёс, который в зубах сжимал кусок стальной арматуры. А с другой стороны в эту же арматуру вцепился… лев. Настоящий, гривастый лев!