"Фантастика 2024-49". Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
Вытащили инженера, засунули учёную. Инженеру предварительно ввели лошадиную дозу безопасного снотворного — капсула уже нейтрализовала действие станнера, а получить на выходе буйного зомби не хотелось. У Марлы всё оказалось гораздо хуже. Мозг повреждён — длительное кислородное голодание никому на пользу не идёт. Конечно, имплант оказался достаточно продвинутым, чтобы перераспределять крохи кислорода в крови на нужные органы, к тому же сам мозг был погружен в глубокую кому и почти не тратил энергию, так что личность, скорее всего, сохранилась. А вот ходить и пользоваться руками женщина сможет ещё не скоро, даже с помощью капсулы. Некоторые нейронные связи придётся нарабатывать заново, самостоятельно. Ну или, опять же, пользоваться заменой в виде импланта, если его удастся исправить. С другими, менее важными внутренними органами было ещё хуже, но там как раз всё исправить будет несложно — с этим капсула справится.
— Давай тогда, правда, посоветуемся с Антом? Или лучше ты посоветуйся, мне кажется, он тебе больше доверяет, — смущённо предложила Тиана. — А я пока буду их лечить, — она кивнула на рядок «пленников». Мозг пока трогать не буду, а остальное исправим. Это не должно занять много времени.
Герман направился к трюму, заранее опасаясь, как на его появление отреагируют недоверчивые пассажиры.
— Ну и нахрен их. Если что, всех станнером обработаю! — решил парень. — Кусто, ты предупреди там пассажиров, чтобы эксцессов не было, ладно?
Кусто предупредил и передал ответ Анта: начальник администрации уверял, что всё будет хорошо, и паникёров он уже приструнил.
Атмосфера в трюме, несмотря на уверения главного у беглецов, оказалась очень напряжена. На Германа смотрели насторожено. Большинство, — в основном шахтёры, — просто с тревогой, но некоторые смотрели откровенно враждебно. Особенно, почему-то, женщины. Видимо тут добавилось ещё, что их выгнали из относительно удобных кают — кому такое понравится? Неизвестно, чем бы закончилось появление «подлого предателя» в трюме, но Ант ждал возле самого входа.
— Рассказывай! Что у вас произошло?! Какой-то вирус, какие-то зомби. Тихоход ваш нас зачем-то здесь запер!
Герман рассказал. И о том, что увидел, и об их с Тианой предположениях.
— Дерьмо… это, получается, наши ломщики чего-то намудрили… У них там целая лаборатория была по обезвреживанию всякой хрени из метрополии и, прежде всего, именно имплантов.
— Ну, зашибись, — хмыкнул Лежнев. — То есть сами себя, получается…
— Это ещё не точно! — тут же бросился защищать научных работников Ант. — И вообще, я — не учёный, я не знаю, чем они там занимались. В подробностях, по крайней мере. Сам понимаешь, отчётов отсюда я часто получать не мог.
— А есть возможность как-нибудь перезагрузить эти их импланты? Откатить изменения? Сбросить до заводских настроек?
— Чего ты меня спрашиваешь?! — Ант уселся на выращенный мгновенно тихоходом пуфик и обхватил голову руками. — С чего ты хоть взял, что это именно в импланте дело? Может, биологи чего изобрели?
— Капсула показывает, что имплант перехватывает сигналы от мозга и посылает свои. То есть технически они находятся в сознании, но не могут управлять своим телом. Ну, те, которые с нами прилетели. Остальные из-за отсутствия скафандров, считай, в коме.
— Подожди… — задумался мужчина. — Хочешь сказать, ваша капсула видит этот имплант?! А вырезать она его может?!
— И вот тут мы приходим к вопросу, с которым я к тебе пришёл, — ответил Лежнев. — Капсула вырезать может. Но делать она это должна под контролем квалифицированного медика, который будет по мере необходимости вмешиваться в работу и исправлять огрехи. В противном случае на выходе мы можем получить растение или безнадёжного паралитика. Тиана — не медик. Однажды она провела подобную операцию на себе, самостоятельно — удалила биологический аналог вашего импланта. Но медиком она от этого не стала, и уверенности, что всё пройдёт благополучно у неё нет.
Ант вскочил и принялся ходить из стороны в сторону. Видно было, что мужчина в растерянности.
— Вот что… Нам в любом случае нужен один из тех, кто был на станции. Кто-то, кто расскажет, что там произошло. Лучше всего как раз из той лаборатории. Покажете мне, кого вы взяли — я сравню со своей картотекой, может, будет кто-то из ломщиков. Если не будет — придётся вам сходить и захватить. Я так понимаю, они не особо сопротивляются?
— Вообще изо всех сил, но очень тупо, — объяснил Лежнев. — Даже более тупо, чем роботы у шахтёров. В общем, привести ещё смогу — главное, чтобы было кого приводить. А то может они там все померли уже от переохлаждения и кислородного голодания, а это все, кто остался.
— Типун тебе на язык, — ответил Ант перенятым у того же Германа выражением. — А что касается наших… нам нужны инженеры. Хоть кто-нибудь, кто нормально знает, как здесь и что. Кто-то, кто может посоветовать, что делать. Лучше всего — Дар. Но его лучше спросите сами — если согласится рискнуть, то оперируйте.
— Ты дурак? — удивился землянин. — Я ж тебе говорю, он не контролирует тело. То, что он в сознании, ни о чём не говорит, он ни губами не может двигать, ни вообще ничем.
— Это ты сам дурак! — возмутился собеседник. — У вас же капсула есть! Активность мозга вон отслеживает! Раз он в сознании, значит — слышит, что вы говорите. Вот и спросите его, а по активности разберётесь, согласен он, или нет. Скажете там, чтобы попытался моргнуть. Сигнал перехватывается, но идёт же, и вы его видите!
— Блин, да, чего-то я не подумал, — даже расстроился от своей недогадливости Герман.
— И вот что, — помявшись, сказал Ант. — Из меня эту штуку тоже вытаскивайте. Из первого. Пусть потренируется девчонка.
— Дядя, ты дурак. — Герман по-настоящему недоумевал. — Ты чего, хочешь тут всех оставить без руководства?
— В том-то и дело! — рявкнул Ант. — Я — командир. Может, не слишком умелый, но… не важно, короче. Я не могу заставлять своих людей делать что-то опасное, если не иду на риск сам, понимаешь? И ещё я должен быть в состоянии сходить на корабль, ясно?! И напоследок — я давно хотел избавиться от этой хреновины. Наши медики вот не в состоянии пока вытаскивать их. Даже самые квалифицированные. Уж поверь, пытались, и не раз. Они даже из трупа их вытащить не могут так, чтобы мозг не повредить.
— Мужик, ты так людей своих не ценишь?! — Герман постарался успокоиться — тут ясно, что криком ничего не решить. — Ты, блин, за них отвечаешь. И что, если ты сдохнешь или паралитиком станешь — кто за них отвечать будет, я? Так я на это не подписывался.
— У меня есть заместитель, он сейчас на планете. Нормальный мужик, справится. Так что мимо твои аргументы. Давай уже делай. Если по поводу договора нашего, то ещё раз подтверждаю: всё выполнят, как только возможность такая появится. Все всё слышали?! — он оглянулся на остальных пассажиров, которые тщательно прислушивались к разговору.
— Герман, его всё равно не переупрямишь, — сказал кто-то из знакомых шахтёров. — Да и в принципе он прав. Так что делайте, как он говорит, и не переживайте. Тебе Кусто, наверно, сказал, что у нас тут недовольные были — так ты не обращай внимания. Это от волнения и неизвестности. Боялись люди. А так никто против вас с девчонкой ничего не имеет, наоборот, благодарны. А ты, Ант, не вздумай там помереть, понял?!
Тиана, когда узнала о результатах переговоров, тоже была в шоке. Однако спорить было бессмысленно — не вечно же здесь сидеть, ожидая непонятно чего. Всех «заражённых» пришлось перетаскивать в отдельное помещение, чтобы Ант не подхватил вирус, после чего мужчину пригласили ложиться в капсулу.
— Ну, давай, что ли, разделывай, вивисектор, — проворчал мужчина, стыдливо прикрываясь — в капсулу он ложился, естественно, без одежды.
— Вы будете оставаться в сознании, — объяснила Тиана. — Я буду задавать вам вопросы, а вы — отвечайте. Если не сможете отвечать, то думайте — я увижу активность мозга. Я надеюсь, что такого не случится, но вдруг имплант будет сопротивляться извлечению?