"Фантастика 2024-49". Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
— Угу, — судя по выражению лица Герману в её рассуждениях что-то не нравилось. — У нас даже поговорка такая есть — «Оказанная услуга ничего не стоит». Но вообще я тоже хотел бы с их главными пообщаться. Больше из любопытства, чем в надежде, что они нам действительно будут полезны. Если б они такими нищими не были, можно было бы хоть что-то материальное с них спросить, а так… даже не знаю. Но я боюсь, что нас сдадут. Насколько проще было бы встретиться где-нибудь на нейтральной территории!
— Нужно узнать, может, у них есть какой-нибудь пароль, — предложила девушка. — Не может быть, чтобы не было.
— Вис верил, что говорит правду, — напомнил Кусто.
— Да это понятно, — поморщился Герман, — Только понимаешь, дружище, не бывает такого, чтобы в хоть сколько-нибудь большой группе людей все думали одинаково. Наверняка найдутся те, кто думает иначе. Или вовсе считает, что жизнь у технофанатиков — это рай земной, а те, кто хочет сбежать, ведут свой народ к гибели. И эти другие будут полностью уверены, что передав сведения о нас, они сделают то, что необходимо. Понимаешь? А ещё есть те, кого просто купили. Им вообще плевать на все эти рассуждения о том, что хорошо и что плохо, им просто нужно заработать.
— Но… как же так? — удивился Кусто. — Это ведь неправильно. Такое поведение наносит вред всему обществу!
— Так им плевать на общество, — пожал плечами Герман. — Возможно, технофанатики и киннары стали такими, какие они есть, потому что стремились избежать предательства. Все должны думать одинаково, чтобы добиться максимума результатов. И я даже согласен, что на коротком отрезке времени это правильная тактика. Если народ стремится чего-то добиться, ему необходимо консолидировать максимум усилий и исключить, по возможности, тех, кто не хочет идти в ногу. Во время войны там, или если катаклизм какой-то. А вот на длинной дистанции это ведёт к тому, что мы видим. Медленная деградация.
— Ты говоришь страшные вещи, Герман, — сказал Кусто, и Тиана была с ликсом полностью согдасна.
— Ага. А, главное, бесполезные сейчас. Нам вся эта философия никак не поможет. Делать-то чего будем?
— Лично я хочу в душ и спать, — подытожила Тиана. — И лучше вдвоём.
Герман ненадолго завис, а потом решительно кивнул:
— Я считаю, на данном этапе это наилучшая тактика! — важно сказал парень, а потом подхватил её на руки и унёс в каюту.
Спустя десять часов, отдохнувшая и довольная, девушка вошла в слияние. Гиперпространство было совершенно спокойным и тихим — будто и не было совсем недавно страшного шторма, который едва не убил Тиану. Никогда прежде разведчица не подумала бы, что когда-нибудь ей доведется увидеть гиперпространственную бурю. Удивительно прекрасное и, одновременно, пугающее зрелище. «Ещё несколько месяцев назад этот шторм стал бы для меня одним из главных событий в жизни, — подумала девушка. Но в последнее время со мной происходит столько невероятного… я должна была бояться войти в гиперпространство. Наверное, на родине сейчас со мной работали бы психологи, чтобы определить — смогу ли я когда-нибудь ещё быть свободным разведчиком, или лучше удалить эти страшные воспоминания, а саму перевести в солдаты. А сейчас я отношусь к этому случаю как к удивительному, но не очень значительному приключению». Откуда-то пришла общая для Германа и Кусто мысль о том, что для них это приключение не было незначительным. Тиане стало очень приятно, что есть целых двое разумных существ, которым не всё равно, что с ней будет. «Вот чего мне не хватало в той картинке, которую представляла себе, когда ещё не восстановилась память. Германа. И того, что Кусто — это не просто живой корабль».
В гиперпространстве им предстояло провести три дня. Проводить это время в слиянии девушка не собиралась, так что выскользнула из объятий ликса.
— Кусто, предупреди гостей, что мы хотим с ними поговорить, — попросила девушка. Она вспомнила, как тихоход пересказывал переговоры шахтёров. Напрасно Вис беспокоился — ничего оскорбительного пассажиры не говорили. Наоборот, восхищались гостеприимством «биолюбов», рассуждали о том, что они гораздо приятнее, чем технофанатики, и кормят у них на кораблях вкуснее, удивлялись, как устроен изнутри ликс. Даже после того, как вернулся Вис и объяснил, что тихоход их, вообще-то слышит, ничего особенно не изменилось. Только Кусто стало значительно тяжелее — всё-таки общаться одновременно с десятком разумных даже тихоходы не приспособлены, а желающие находились. Пришлось устанавливать очерёдность, и «аттракцион» оказался очень популярен. Кусто ужасно гордился такой востребованностью.
Их с Германом опасения по поводу безопасности спуска на планету Вис выслушал с пониманием, но по поводу встречи на нейтральной территории разочаровал:
— Нет у нас такого пароля на крайний случай, — сказал шахтёр. — Вы меня за шпиона какого-то держите, а я — просто шахтёр. У нас тесные связи в сообществе, так что я действительно знаком с теми, кто что-то решает, но каких-то особых полномочий у меня нет. И вы забываете, что у нас на планете полно технофанатиков. Даже если сделать, как вы предполагаете, с высадкой на станцию и всё такое, а уж потом устраивать встречу на нейтральной территории, ничего не получится. Проследят и засекут. Лучше так, без предупреждения — безопаснее.
— Не люблю я все эти шпионские игры, — недовольно поморщился Герман в ответ. Тиана была с ним согласна. На предложение они согласились. Девушка сама не могла определить, чего здесь было больше — любопытства или желания наладить полезные связи. Однако надо было видеть, как просветлело лицо Виса, когда он услышал их решение. Бригадир просто просиял.
— Так это надо отметить! — обрадовался мужчина. — У нас, к слову, даже есть чем. Как вы на это смотрите? — и продемонстрировал пластиковую бутылку с какой-то коричневой жидкостью. Тиана такую уже видела — чай. Герман её несколько раз угощал. Приятный напиток, только почему напарник так тяжело вздохнул?
— Ну да, я вижу, у наших народов прям много общего, — сказал парень. — Давай, разливай. Сейчас закусь организую.
Девушка недоумевающе переводила взгляд с одного собеседника на другого и Герман пояснил: — Это алкоголь, крепкий. Что-то вроде того, который я делал в Содружестве, помнишь?
Разведчицу передёрнуло от отвращения. Этот напиток она тоже помнила, и решительно не понимала, как это вообще можно пить.
— Можно я не буду?! — вырвалось у неё помимо воли. — Я лучше тархун.
— Конечно, можно! — ещё больше обрадовался Вис. — Нам больше достанется. А тархун ваш — вообще замечательная штука! На запивку пойдёт!
Наблюдать за ритуалом принятия алкоголя было забавно. Причём вариант Германа ей показался более интересным — он перед каждой новой порцией говорил короткие пожелания, тосты. Вис тоже был в восторге и сообщил, что непременно распространит эту традицию на родине.
— А у нас принято петь, — после пятой порции сообщил бригадир. — Я бы щас спел. Жалко, инструмента нет.
— У меня есть! — обрадовал его Герман. Он тоже был навеселе, и Тиана с тревогой размышляла, не пора ли уже предложить ему надеть скафандр, чтобы очистить кровь. Всё-таки это ведь яд, который влияет на организм крайне отрицательно! Напарник тем временем принёс из своей каюты гитару, и принялся что-то наигрывать. Эту песню она ещё не слышала. Он пел на киннарском — заметно было, что перевод не слишком удачный, сырой. Но это было совсем неважно.
— В твоём парадном темно,
Резкий запах привычно бьёт в нос…
Девушка слушала, и сама не замечала, как по щекам катятся слёзы. «Это ведь про меня песня, — думала девушка. — Про то, что мне больше некуда возвращаться». Заметила вдруг, что и Вис трёт глаза, и только тогда почувствовала, что и сама плачет. «И вовсе не стыдно. Не я одна такая».
— Ну тебя, молодой, после такого надо ещё бутылку, а у меня последняя была, — проворчал бригадир, когда Герман закончил.
— Просто вспомнилось, — попытался объяснить напарник. — Каждый хочет вернуться домой…