Интуит. Арка 1. Том 2 (СИ)
Фолластиэль, не ожидавший такой отповеди, повернулся, чтобы ретироваться, но внезапно обнаружил, что не может сдвинуться с места.
— А у меня вот нет семьи и нет дома. Зато я очень сильный маг воды. И знаешь, какие преимущества мне это даёт, — взяв его за плечи, ласково прошептал я полуэльфу на ухо, — если мне однажды вдруг захочется увидеть твою голову отдельно от тела, то я смогу после этого испариться, и меня в жизни никто не найдёт. Да и станут ли искать? Скорее всего, твой папа — чиновник высокого ранга — с облегчением вздохнёт от того, что одним ртом меньше кормить.
Инстинкт подсказал, что Фолластиэль чуть ли не плачет, но я не собирался его жалеть. Все три года своего обучения здесь, как мне подсказывал тот же инстинкт, он отравлял жизнь всем, кто имел несчастье встретиться ему на пути, и лишь преподавателей-экспертов и милорда ректора он немного уважал.
— Так что в следующий раз прежде, чем угрожать кому-то, сначала убедись, что твоя сила действительно так велика, как ты думаешь, — продолжил я нашёптывать ему на ухо, — а теперь иди к себе и делай домашнее задание, и, может быть, когда-нибудь ты будешь представлять что-то из себя не только как сын своего отца. А если продолжишь так же себя вести, то напоминаю, что плохих мальчиков наказывают розгами. Свободен, — и мой лёгкий гипнотический паралич отпустил его. Несчастный полуэльф опрометью бросился прочь, чуть не столкнувшись с входящим в кабинет милордом ректором.
— Весьма недурно, — одобрительно сказал он, подходя к трибуне, с которой я собирал свои бумаги — я наблюдал дистанционно ваш урок. С учётом того, что это ваш первый опыт преподавания — совсем неплохо.
— Неплохо? — я не разделял его восторг. И что это на меня нашло? — я сейчас этого парня чуть до смерти не напугал. Я в первый же свой урок применил силу для того, чтобы установить дисциплину. Я сорвался на этой девочке, хотя её вины в такой бестолковости от силы процентов десять.
— И правильно сделали, — жёстко сказал Эльтеко, — он старше вас в полтора раза. В этом возрасте по-другому уже переучить не получится. Так что, поверьте мне, уважаемый, вы правильно поступили. Магия — это та вещь, где дисциплина должна быть не железной — стальной. А эти трое балбесов раз за разом выводят из себя половину курса и преподавателей в придачу. Так что вы даже не представляете, как много людей вам благодарны.
— А касательно сцены с той эльфийкой… Вы сумели неплохо мотивировать курс, показав им, как мало они умеют и как многому могут научиться, — при этом на его лицо набежала тень. Казалось, он прекрасно знал, почему курс настолько слаб в практике, но ему очень не хочется об этом говорить.
— Чувствую, что это будет один из самых одарённых наших выпусков магов воды. Быть может, кто-то, познав вашу науку, останется преподавать, — мечтательно проговорил Эльтеко Нейетти, — хотя о чём я… лелею несбыточные мечты… старею…
— Простите, милорд ректор, мне пора, — я сам до сих пор не отошёл от того, что произошло, и потому вести задушевные разговоры сейчас был совершенно не готов.
— Да-да, конечно, — мистер Нейетти тотчас принял деловое выражение лица, — последний вопрос. Когда ставить следующий урок?
— Послезавтра, — ответил я после пары секунд размышлений, — пары дней им хватит, чтобы прийти в себя после сегодняшнего. И мне — чтобы подготовиться к следующему занятию.
— Принято, — кивнув головой, он указал мне в направлении двери, — не смею больше вас задерживать…
Глава 4.4
ГЛАВА 4. Неприятие.
Прошла первая неделя моего проживания в Университете. За это время было решено, что уроки гипноза я буду давать три раза в неделю. Однако пока это было трудно назвать уроками, собственно, гипноза. Почитав срезовые работы, я, даже сделав все скидки на то, что нахожусь ближе к идеалу магии, чем кто-либо, всё равно пару раз ударился головой об стол и ещё раза четыре успешно это желание подавил. Во имя всего святого — как, КАК можно так учить? Даже забив на вопрос творческого характера, на который приемлемый ответ дали всего три студента, элементарных понятий почти никто не знает. Движений — не знают. Направлений силовых потоков — не знают…
* * *— Сказать, что контрольная работа меня огорчила — значит, не сказать ничего, — говорил я с преподавательской трибуны, не скрывая разочарования в голосе, — не люблю говорить плохо о других, но это переходит все границы. Ваш преподаватель либо невежда и шарлатан, либо королевский шпион, целью которого является выпустить курс бездарей магии иллюзий. Ни в теории, ни в практике вы совершенно не подкованы. На творческий вопрос более-менее адекватно ответило всего трое.
— Но сэр. Откуда мы можем знать, почему ветвь Власти магии воды называется именно так? Она стала ею ещё до того, как появилась эта башня, не говоря уже обо всех нас! — сказала черноволосая девочка по имени Илет.
— Вот именно. Никто не требовал от вас точных данных. Прочтите внимательно первые три слова вопроса.
— Как вы думаете…
— Вот именно. И ответ должен был начинаться со слов: Я думаю, что! И совершенно неважно, что вы напишите дальше. Нет, безусловно, некоторые идеи весьма интересны, но суть-то не в этом…
* * *Профессор отвернулся к доске. Всем было хорошо видно, как бешено мечется из стороны в сторону его хвост. Он положил руку на трибуну и стал медленно разворачиваться. Всем стало жутко.
— А может, — сказал он, развернувшись до конца, — милорда ректора ввели в заблуждение? И здесь сидят не отличники магии иллюзий, а горстка бездельников, которые элементарно не могут распорядиться магическим даром?!
Его глаза вспыхнули почти осязаемой ледяной синевой. Это было уже страшно. Но он, опомнившись, закрыл глаза и снова отвернулся.
— Оставляем конспекты и письменные принадлежности здесь. Все к площадке у озера!
— Но зачем, сэр? — спросил один из студентов, — мы изучали магию воды в Школе, мы…
— А затем, что я серьёзно сомневаюсь в вашей способности воспроизводить простейшую магию, — едко ответил таисиан, — будем повторять элементарные упражнения. Магия, — поднял он вверх когтистый палец, — требует не только творческого подхода, но и постоянной практики. И убедиться в этом лучше всего можно, практикуясь на первоосновной стихии. Чего застыли, шагом марш!
**?
Три часа спустя измученные студенты-водники поднимались в башню. Синеглазый, как его прозвали за глаза, устроил им настоящий ад, который одна из студенток метко охарактеризовала как душедробилку. Прежде всего он показал им своё мастерство. И после того, как огромный объем воды под контролем таисиана пару десятков раз сменил форму и состояние, и в конце обернулся огромным ледяным драконом, даже самые смелые потеряли всякое желание ему перечить. Каждого ученика он заставлял показывать собственный контроль над водой. Давал постоянные сложные задания — превратить воду в розу и заморозить, потом резко разморозить, сделать из неё кинжал и снова заморозить. Стрелять льдом. Продемонстрировать водяной хлыст. И показать, какое максимальное количество воды студент может удержать под контролем. Винниэль чуть ли не плакала: её контроль оказался одним из самых слабых, и ей досталось больше всех. Даже орчанка Каэлла, не особо жалующая остроухих, подошла её утешить. Кроме того, ящер сказал, что через неделю повторит эту проверку, и все, кто не справится с заданиями, будут отсеяны с потока.
— Да он просто чудовище, — плакала Винниэль, — я так старалась, так пыталась, а он, он… — и зашлась бурными рыданиями.
— Каэлла, Дрогг, как у вас получается? — спросила Илет, гладя по голове Винниэль, — вы почти единственные, кого он не ругал. Когда я показывала свой контроль, он промолчал, но тааак посмотрел на меня, что я готова была сквозь землю от стыда провалиться.
— Я и сам не знаю, — пожав плечами, ответил Дрогг, второй орк на потоке магов воды, — делал то же, что и всегда. Контроль. Сила воли. Дисциплина. Всё, как нас учили ещё дома.