Корона лжи (ЛП)

Когда я вошла в кафе, Жасмин практически растаяла от облегчения. Как и семь клиентов в очереди.
— Скучала по мне? — поддразнила я, забегая за прилавок и завязывая фартук.
— Очень, — ответила она, напряженным голосом.
В течение следующего часа мы принимали заказы и готовили пищу. Улыбались до боли в лице. Кипятили воду и молотый кофе в латунных кофеварках. Старались не пролить, когда наливали в чашки. Старались не перепутать специи между заказами. Готовили подносы с чашками для воды, кубиками сахара и изящной чайной тарелкой с турецкими деликатесами. Старались сами не съесть эти турецкие вкусности. Иногда это не удавалось.
  
Когда Азра вернулась в кафе с холщовыми сумками, набитыми товаром, мы почувствовали бесконечное облегчение. Сегодня у меня не было клиентов, и я вместе с двумя девушками пережила самый эпический хаос в мире.
Это было приятно. Это дало мне покой, когда слова незнакомца не разжигали моего любопытства. Это дало мне время, когда он не следил за мной. Его предупреждение не вызывало у меня тревоги.
Все эти чувства все еще оставались. Но в аромате кофе и кардамона я смогла ненадолго забыться.
Азра выгнала меня, когда поток людей утих, и я села за свой стол, открыв ноутбук на шестнадцати вкладках.
«Университет Хартфолл сообщает, что первого мая в результате предполагаемого поджога сгорел автомобиль студента Натаниэля Харлока. Семья желает вести частное расследование».
«Студенты взывают к помощи: однокурсница Сидни Валинас пропала без вести с первого по третье июня и была найдена в складском помещении кампуса с сильным обезвоживанием и со смертельным ножевым ранением, а также потерей памяти… Семья будет расследовать нападение в частном порядке».
«Университет Хартфолл находится под угрозой закрытия в связи с третьим ужасным нападением, произошедшим первого июля. Молодой человек, Яриэль Стоун, был доставлен в отделение интенсивной терапии после тяжелого нападения, в результате которого он получил травму и практически потерял зрение… Семья просит о конфиденциальности».
Кроме минимального описания нападений, практически никакой другой информации не было. Ничего. Иногда в статьях писали о том, что видели студента, гуляющего по кампусу. В блогах обсуждалась грубая халатность городских властей и самого университета.
Но, сколько я ни искала, так и не смогла найти никакой информации, кроме «ведется расследование». Создавалось впечатление, что семьи и университет намеренно умалчивают об этом.
Почему?
В поисках объяснения я впилась зубами в обгрызенное дерево карандаша.
Как только с архангелами случалось хоть одно несчастье, они поднимались на свои трибуны на пресс-конференциях и клялись, что справедливость восторжествует. Однако они делают вид, будто эти нападения — обычная кража жвачки в магазине.
Моя интуиция обострилась. Если бы я только могла поговорить с ними. Интересно, что бы они ответили на мои вопросы?
Я вздохнула и закрыла ноутбук. В памяти промелькнули зеленые глаза и белые крылья. Его голос эхом отдавался в моей голове, а тревожное чувство скрутило мои внутренности.
«Сегодня ночью произойдет что-то ужасное. Я не знаю, что и с кем. Когда это произойдет, я буду ждать ответа».
Глава 7
Даже зная, что ангел не был маньяком, пытавшимся убить меня, я хотела снова остаться у Азры. Близость к ней успокаивала меня, а шок все еще не прошел.
Когда мы вернулись домой, я рассказала ей о предложении ангела, в то время как Далия сидела за кухонным столом, занимаясь учебой. Ее маленькая фигурка сгорбилась над страницами, пока она делала заметки.
Я развалилась на диване, а кипящая от злости Азра наклонилась вперед. Она была в полной боевой готовности.
— Этот ублюдок мог бы спустить тебя!
Я подняла руку.
— Я лучше пройду тридцать лестничных пролетов, чем снова вцеплюсь в шею этого преследующего гада.
Впрочем, неважно, что я чувствовала. Азра защищала меня и была готова разозлиться по любому поводу.
Тяжело выдохнув, выпустив метафорический дым из ноздрей, она сказала:
— Ладно. Неважно. С этим покончено. Приятно слышать. Он придет завтра, и больше ты его не увидишь.
— Да!
Наконец-то до нее дошло, и Азра заметно расслабилась. Однако ее зрачки говорили о том, что она еще не пришла в себя.
— Не могу поверить, что кто-то просил тебя расследовать дело Хартфолл. Я имею в виду, что ты даже не интересуешься такими делами. — когда я не ответила, ее губы сжались. — Верно, Грэй?
Я неопределенно пожала плечами.
— Я не буду отрицать, что это интересно. Ни одно новостное агентство не сообщает об этом. Университет не делает никаких заявлений. Нападения кажутся случайными, кроме того, что все жертвы — ангелы, но ни одно из нападений не похоже на другое. Обычно у преступлений есть закономерность, но… почему ты так смотришь?
Азра изумленно покачала головой.
— Ты уже изучила это.
Я моргнула.
— Ну, да. Почему бы и нет?
— О, я не знаю. Может быть, потому что ты уже отклонила предложение о работе! И тем не менее, просидела за компьютером целых три часа. Это все, над чем ты работала весь вечер?
Неужели прошло столько времени? Я боролась с желанием поерзать на своем месте.
— Хм. Наверное, мне было немного любопытно. Но разве не странно, что мы почти не слышали об этих нападениях? Ангелы страдают! Почему это до сих пор не раздуто в СМИ?
Взгляд Азры сузился.
— Какова бы ни была причина, это не наше дело. Тем более не твое. Любопытство — это нормально, Грэй, но перестань зацикливаться на этом. Все видно по твоему взгляду.
— Я даже не понимаю, о чем ты говоришь, но чувствую необходимость обидеться.
Азра махнула рукой.
— Ты становишься энергичной и задумчивой. И в следующий момент уже полностью одержима, и это занимает всю твою жизнь. Ты делаешь это с помощью головоломок, проектов, настоящих преступлений, поделок, книг, которые тебе нравятся, и…
Я бросила ей в лицо подушку. Она легко ее отбила.
— Ладно, ладно, я поняла! Наверное, ты права. — даже сейчас мое сердце колотилось чуть быстрее обычного. И это только после того, как я рассказала Азре мельчайшие подробности преступлений.
Черт. Она права. Мне нужно было успокоиться.
Азра отбросила подушку в сторону и собрала свои густые волосы в хвост. Ее глаза закрылись от усталости.
— Просто забудь об этом. Я здесь не для того, чтобы дышать тебе в затылок. Ты можешь смотреть на все, что хочешь. Только держись от этого дела подальше. Если будешь совать свой нос в такие дела, то сможешь пострадать, и мне не нужно быть твоим отцом, чтобы объяснять, почему.
Я вытащила пульт из-под подушки и включила телевизор.
— Ты права. Я знаю это лучше, чем кто-либо другой. Тебе не нужно беспокоиться обо мне, хорошо? — не вмешиваться в дела архангелов было моим делом.
Она вжалась в диван.
— Хорошо. Я сошла со своего пьедестала. Включай это гребаное шоу.
Я провела два часа в покое, мои мысли были заняты реалити-шоу и облегчением от того, что незнакомец не хочет меня убить. Далия присоединилась к нам, ее хрупкая, похожая на птицу фигурка прижалась к Азре, пока мы разговаривали о телевизионной драме.
Но, как только они удалились в свою комнату и выключили свет, предыдущие мысли снова вернулись. Статьи, высказывания, отзывы, комментарии других студентов… Информация расплывалась и сменяла друг друга, пока я пыталась разобраться во всем этом.
Что-то в этом было. Прямо на поверхности. Ведь так и должно быть, верно?
Через час, когда заснуть не удалось, я налетела на бар Далии и выпила две рюмки водки. Я знала себя. Если не приму серьезных мер, то и не просплю даже несколько часов.
  
— Азра, как всегда, права, — пробормотала я, забираясь обратно в постель. — Я уже одержима.
В конце концов, водка сделала свое дело. Мое тело стало легким, и она с успехом подчинила себе мою гудящую голову. Наконец, я заснула.