Статус: студент. Дилогия (СИ)
– Не надо, – ответил он. – Я всё запомнил.
Я улыбнулся. Бросил взгляд на циферблат стоявших на тумбочке часов. Почувствовал, что всё же устал сегодня и хочу спать.
Снова посмотрел на Мамонтова и сказал:
– Надеюсь на твоё здравомыслие, Аркаша. Честно тебе признаюсь: тратить на тебя время и энергию мне совсем не улыбается. Не зли меня, Мамонтов. Сделай, как я сказал. И всё у тебя наладится. Относительно, разумеется. Да!… и ещё один момент. О нашем разговоре не особенно болтай. Мне на это, в принципе, наплевать. Но… сам себя выставишь дураком. Тебе оно надо?
Мамонтов покачал головой и произнёс:
– Не надо.
– Вот и я так считаю.
* * *
Около двери своей комнаты мы попрощались до утра с Наташей и Ксюшей.
– Макс, а ты неплохо подружился со своими одногруппниками, как я заметил, – сказала Колян.
Он усмехнулся.
Мичурин тоже хмыкнул и заверил:
– Они его просто обожают. Как родного. Макс, у вас там, в группе, одни слюнтяи собрались.
– Да уж, – согласился я. – Одногруппники от меня в полном восторге.
– Я бы на их месте с тобой дружил, – заявил Колян. – Дружба с Сержантом полезна. Особенно для тюфяков‑первокурсников.
– Это они сейчас он Макса нос воротят, – сказал Василий. – Прибегут к нему. Вот увидите. Как только им снова кто‑то хвосты прищемит. А такое точно случится. Ряха и Харя давно бы у них в комнате поселились. Если бы не свалили из общаги.
* * *
На первую лекцию в пятницу мы едва не опоздали: Колян утром отключил будильник и мы дружно уснули – разбудила нас постучавшая в дверь Ксюша Плотникова (она явилась за позабытой вчера у нас в комнате банкой с кофе). Сборы на учёбу прошли в максимально ускоренном темпе, слово по сигналу «боевая тревога». Я остался небритым, Колян мужественно не потратил обычное время на выбор одежды, а Василий застегнул ширинку на брюках уже по пути к метро. В лекционную аудиторию мы вошли под сигнал о начале занятия. Трипер недовольным взглядом проводил меня, Зайцеву и Плотникову до среднего ряда, приступил к перекличке.
Мамонтов и компания уже сидели на галёрке. Я поднял на их лица взгляд – Аркаша и его соседи по ряду тут же спрятали от меня глаза. Но я заметил, что Василий вчера постарался на славу: староста группы ГТ‑1–95 сегодня освещал себе путь великолепным ярко‑красным с уже наметившимся синим оттенком бланшем. Я невольно похвалил Мичурина – мысленно. Удар у Василия вчера действительно получился превосходный. Я усмехнулся, отыскал взглядом Пашу Уварова. Тот нашёлся на привычном месте. Паша от меня не отвернулся, продемонстрировал мне припухлость под левым глазом. Полноценный фингал Мамонтов ему не поставил: не осилил.
До окончания лекции я рисовал на выданном мне Наташей листке танковые баталии. При этом гадал: выполнил ли Аркаша Мамонтов поставленное мной вчера условие. На перемене я узнал, что извинений Уваров пока от старосты не дождался. Я пожал плечами. Понял, что снова чинить с Мамонтовым разборки мне совершенно не хотелось. Но сам себя заверил: от трудностей я не побегу. Выполню обещание. Вечером. Если Мамонтов не сбежит. Перед звонком я всё же встретился взглядом с Аркашиными глазами. Мамонтов нахмурился, недовольно поджал губы. Я ему в ответ улыбнулся: по‑доброму… почти. Аркадий вздрогнул и отвернулся.
Текст своих официальных извинений Мамонтов озвучил Уварову перед лабораторной работой по физике – под дверью кабинета, около которой собралась к тому времени почти вся группа ГТ‑1–95. Говорил Аркадий уверенно, громко и с чувством. Даже я почти поверил в искренность его раскаяния. Мамонтов заявил, что поддался вчера эмоциям, в чём теперь сильно раскаивался. Сказал, что считает свой поступок постыдным. Выразил надежду, что подобные «срывы» у него впредь не случатся. Назвал причиной своего поступка довлевшее над ним в первые учебные дни волнение, которое и спровоцировало его на обычно несвойственное ему выражение эмоций.
Студенты группы ГТ‑1–95 в большинстве своём отреагировали на Аркашино раскаяние положительно. Парни похлопали его по плечу и заявили, что «со всеми случается». Девчонки его пожалели. Немного смущённый Аркашиным выступлением Уваров пожал плечами. Он обменялся с Мамонтовым примирительным рукопожатием, и тут же выдал Старцевой и Лесонен информацию о «лучшем» способе борьбы со стрессом. На лице взглянувшей на старосту Оксаны Плотниковой я заметил пренебрежительную ухмылку. Наташа на речь Аркадия никак не отреагировала. Я же не удержался и показал Мамонтову поднятый вверх большой палец (не средний).
Игра ответила на мой жест сообщением:
Выполнено скрытое задание «Поощрение смелости»
Вы получили 5 очков опыта
Я улыбнулся и подумал о том, что Аркаша Мамонтов не такой уж плохой парень – точно, не бесполезный.
Я ещё улыбался, когда надписи в воздухе передо мной сменились.
Доступно задание «Наладить отношения с одногруппниками»
Срок выполнения: 30 дней
Награда: 5 очков опыта
Принять задание?
Да/Нет
Я невольно выругался и пробормотал:
– Наладить? Это что значит? Можно поконкретнее?
Ответ я ожидаемо не получил.
Поэтому сказал:
– За месяц? Зачем? Ничего получше не придумали?
Позади золотистых надписей я увидел лицо Зайцевой. Заметил тревогу в Наташиных глазах.
Зайцева шагнула ко мне сквозь строки сообщения от игры и тихо спросила:
– Максим, ты со мной разговариваешь?
– Сам с собой.
– Максим, у тебя всё нормально?
– Да, – ответил я.
Игра меня услышала – сообщила:
Задание принято
Глава 19
Без утренней активации способности «Второе дыхание» я чувствовал себя во время занятий в университете уставшим и не выспавшимся. Уже к концу учебного дня пообещал себе, что вечером «Вторым дыханием» точно воспользуюсь. Если сон не исправит моё самочувствие перед намеченной на сегодняшний вечер поездкой. Я запланировал, что по возвращении в общежитие часа три‑четыре посплю. Чтобы мозг ночью осилил работу над новой главой. План главы был давно расписан на бумаге и украшен узорами в виде советских танков: я сделал это во время лекций ещё в начале недели. Получение очков опыта за написание книги теперь виделось мне едва ли не идеальным заданием. В сравнении с двумя другими, на которые я тоже уже согласился.
Задание «Помочь Наташе Зайцевой, 4 часть» я сам себе трактовал так: с моей помощью Наташа напишет роман. На помощь Наташе я получил тот же срок, как и на написание моей книги. Поэтому прикинул, что это схожие задания. Да и сама Зайцева определила создание романа, как свою ближайшую цель. С опытом я пролечу, если четвёртая часть этой «помощи» подразумевала получение Наташей Зайцевой (с моей помощью) славы и богатства. Более того: тогда я получу от игры такое же поощрение, как за отказ сражаться с Майком Тайсоном. Я пока смотрел на задание игры с оптимистичной точки зрения. С рассмотрением пессимистичного варианта (в котором фигурировали Наташины «слава и богатство») пока не спешил. Но всё же помнил о нём – его вероятность меня не радовала.
Уже только название другого «повисшего» на мне задания портило мне настроение. «Наладить отношения с одногруппниками» – что это вообще значило? Какие никакие отношения с одногруппниками у меня были. Получается, что под словом «наладить» подразумевалось слово улучшить? С кем именно я должен улучшить эти «отношения»? Оксана Плотникова и Наташа Зайцева тоже учились вместе со мной – с ними я вполне «ладил». Это не считалось? Подружиться с Аркашей Мамонтовым? Такая трактовка задания не привела меня в восторг. Я бы предпочёл вместо неё сразу получить разряд боли в затылок. Но расставаться с уже брошенными в копилку очками опыта не хотел совершенно. Понадеялся, что Мамонтов станет таким же «исключением», как Плотникова и Зайцева.