Статус: студент. Дилогия (СИ)
* * *
Наташа Зайцева уехала вечером.
Об её отъезде меня известила заглянувшая к нам в комнату Ксюша Плотникова. Оксана пристально посмотрела мне в глаза, словно считывала мою реакцию на это её сообщение. Я кивнул и в очередной раз подумал: есть ли смысл мне сегодня ехать в Средний Кисловский переулок (в редакцию музыкального журнала). Ведь всё необходимое для работы сейчас было у меня здесь и сейчас.
Всё, кроме тишины и одиночества.
Не помешал бы ещё и кофе, хотя бы растворимый.
Я посмотрел на часы – ларёк около шестого корпуса общежития ещё не закрылся.
* * *
В «Ноту» вечером отправились Василий и Колян.
Они прихватили с собой Ксюшу.
Дроздов и Мичурин шагнули за порог, заперли дверь. Я почти сразу же уселся за стол, включил компьютер. Поставил рядом с собой чашку с парящим пахучим кофе, открыл текстовой редактор и напечатал: «Глава 2».
Невольно вспомнил совсем недавно пересказанные Наташе слова Стивена Кинга: о том, что у писателя должна быть тихая комната и дверь, которая на время работы отгородит его от остального «шумного» мира.
Сегодня такая комната у меня была – самая настоящая, не воображаемая. А вот двери были на любой вкус: и реальная (запертая на замок) и придуманная (такую я воздвигал обычно, когда готовился к экзаменам).
Я усмехнулся, ударил пальцем по клавише «Enter» и продолжил: «В окно башни заглянула луна. Она тут же пугливо спряталась за облако, едва только увидела испачканный кровью наёмного убийцы ковёр…»
* * *
«…В склепе пахло мокрыми камнями. И плесенью. Пламя факела чуть вздрагивало и склонялось в сторону массивной обитой железом деревянной двери, которую я оставил приоткрытой. Пламя осветило таблички с записанными на древнем языке именами, за которыми поколись мощи усопших много веков назад представителей клана Беркутовых. Буквы заблестели и будто бы заплясали в дрожащем факельном свете. Или факел тут ни при чём? Ведь столетия назад Беркутовы были богатым и влиятельным кланом. В строительстве этого склепа наверняка принимали участие маги. Когда‑то их было в клане Беркутовых много. Значит ли это, что в старых надписях на табличках склепа ещё сохранилось заложенное в них волшебство, ставшее теперь запретным? Оно…»
Я невольно вздрогнул: услышал негромкий, но решительный стук. Возникший в моём воображении мрачный образ несуществующего в реальности склепа чуть померк. Сквозь эту будто бы призрачную картину (полностью не развеявшуюся) я увидел знакомую комнату в общежитии, чашку с остывшим кофе на столе. Убрал пальцы с клавиатуры, потёр подуставшие глаза.
Стук повторился. Я сообразил, что раздался он не в склепе – это постучали в дверь моей комнаты. Я посмотрел на экран Наташиного монитора, где события второй главы романа «Наследник древнего клана» прервались на слове «оно». Усмехнулся, когда подумал о том, что это «оно» не имеет никакого отношения к одноимённому роману Стивена Кинга. Это пока только моё «оно».
Я в три глотка допил кофе – взбодрился его горьковатым вкусом. Нехотя выбрался из‑за стола, где осталось незавершённым предложение, состоявшее пока из одного лишь слова. Бросил взгляд на часы – обнаружил, что уже просидел за компьютером полтора часа. Услышал приглушённый дверью мужской голос. Голос произнёс: «Сержант, открой! Ты не спишь?»
– Уснёшь тут с вами, – пробормотал я.
Распахнул дверь – увидел стоявшего в коридоре Андрея Студеникина. Сразу заметил: Студеникин выглядел нарядным (в чёрном костюме с вишнёвым галстуком) и явно нетрезвым (при виде меня пошатнулся, словно в грудь ему ударила мощная струя воздуха). Отметил, что руку мне Андрей не протянул – он нахмурился и будто бы настороженно посмотрел мне в глаза.
– Сержант, я… это… – произнёс Студеникин, – я с Цветкой помирился.
Я шагнул ему навстречу: переступил порог.
Сказал:
– Поздравляю.
Андрей кивнул.
– Спасибо.
Он опустил взгляд на мои ноги, точно заинтересовался шортами. Едва слышно кашлянул.
Пару секунд мы помолчали.
Затем Студеникин снова поднял глаза, взглянул не в лицо.
– Сержант, только… мы с тобой больше работать не будем… вместе, – сказал он.
Андрей пожал плечами.
Будто бы в ответ на мой вопрос он пояснил:
– Цветка… попросила.
Андрей снова кашлянул – на этот раз громче.
– Ладно, – сказал я.
Тряхнул головой.
Студеникин поправил галстук.
Лампа на потолке мигнула и тихо загудела.
– Я договорюсь с Молчановым, он тебя к себе возьмёт, – пообещал Андрей. – Тулеев из его бригады к нам перейдёт. Я уже Витька спросил. Он согласен. Поработаешь в первой бригаде. Там… нормальные пацаны. Ты их знаешь. Хорошо?
– Договорились.
– Только без обид, Сержант. Ладно?
Я покачал головой.
– Никаких обид, Андрей.
– Сам понимаешь… Так надо.
Андрей развёл руками.
– Понимаю, – сказал я. – Что‑то ещё?
Посмотрел Студеникину в глаза – сверху вниз.
Андрей неуверенно улыбнулся.
– Нет, это всё, – ответил он.
– Тогда я пошёл. Работаю. Ты меня отвлёк.
– Работаешь?
Андрей заглянул мне через плечо.
– За компом, что ли? – спросил он.
– За компом.
– Ладно, – сказал Студеникин. – Не буду тебе мешать.
Андрей дёрнулся: он будто бы потянулся ко мне рукой (для рукопожатия?), но тут же передумал – просто помахал мне.
– Удачи тебе, Сержант, – сказал Студеникин.
– И тебе, Андрей, не хворать.
Я вернулся в комнату. Запер дверь. Две секунды постоял у порога – пробежался взглядом по оклеенным обоями стенам. Подумал о том, что мне тоже не помешал бы солидный костюм и галстук. Усмехнулся, посмотрел на своё отражение в настенном зеркале. Представил себя наряженным в чёрный пиджак, какой только что увидел на Студеникине. Поправил воображаемый галстук.
Пробормотал:
– Красавец.
Покачал головой и прошёл к столу. Уселся на лавку, заглянул в пустую чашку – вздохнул. Сообразил, что чайник давно остыл – я отбросил мысль о кофе и посмотрел на экран монитора. Прочёл текст в нижней строке: «…Ещё сохранилось заложенное в них волшебство, ставшее теперь запретным? Оно…» Потёр переносицу. Не вспомнил, что хотел написать после слова «оно».
Хмыкнул и пробормотал:
– Соберись, Максим. Глава сама себя не напишет. Ты рано расслабился.
Я размял пальцы, опустил их на клавиатуру и напечатал: «…Оно будто бы сочилось из выбитых строителями на табличках букв, походило на…» Пальцы замерли. Я задумался. Тикал стоявший на тумбочке около кровати Дроздова будильник. Гудел системный блок. Потрескивали у меня за спиной оконные стёкла. Я зажмурился – представил освещённое огнём факела мрачное помещение склепа.
Надписи на воображаемых табличках не увидел.
Сам у себя спросил:
– На что это дурацкое волшебство походило?
* * *
Финальную точку во второй главе я поставил в начале седьмого утра. К этому времени герой моего романа обрёл магические способности, совершил пару подвигов и поцеловал девицу: провёл время с большей пользой, чем его создатель. Я сбросил главу на дискету; сообразил, что принтер остался в шестьсот тринадцатой комнате – до вечера я новую главу на бумаге не увижу.
Потёр уставшие глаза, сморгнул влажную пелену. Вспомнил о своём желании посетить книжную ярмарку в спорткомплексе «Олимпийский». На полминуты застыл за столом с дискетой в руке: размышлял. Но всё же пришёл к выводу: сегодня в спорткомплекс не поеду. Погуляю там в другой раз. Соседей по комнате с собой для компании прихвачу… или Наташу Зайцеву.
Я громко зевнул, выключил компьютер – тот будто бы устало вздохнул и затих. Способностью «Второе дыхание» я не воспользовался – отбросил эту идею. Решил, что мне изредка не помешает и высыпаться, как всем нормальным людям. Сделал над собой усилие: прогулялся в душевую. Крыс там не встретил. Зато на обратном пути нарвался на подозрительный взгляд вахтёрши.