Император Пограничья 11 (СИ)

— … к чёрту это всё, Саид! Там Скалолаз со своими головорезами, а у нас тут один пленный полудохлый.
— Заткнись и стой на посту. Волкодав сказал охранять — значит, охраняем. Хочешь под пули — твоё дело, но я отсюда никуда не пойду. Здесь хотя бы стены есть.
«Где четвёртый?» — мысленно напряглась Лихачёва, осматриваясь. Может, поднялся проверить пленника? Или спустился за подкреплением? В любом случае, нужно действовать быстро.
  
Тенебромантка материализовалась из мрака за спиной первого охранника беззвучно, как дыхание смерти. Левый кинжал из Сумеречной стали вошёл между третьим и четвёртым рёбрами, пронзая сердце. Правый перерезал горло прежде, чем жертва успела издать хоть звук. Тенебромантка подхватила падающее тело, аккуратно опуская его в угол, где сумрак был особенно густым.
Двое у лестницы всё ещё разговаривали. Лихачёва погрузилась обратно в царство теней и заскользила по стене, обходя их сбоку. Расстояние между ними — метра три. Слишком далеко, чтобы достать обоих одновременно. Придётся рискнуть.
Она вынырнула между ними, как акула из глубины. Правый кинжал вспорол горло второму охраннику снизу вверх. Кровь брызнула фонтаном, заливая каменные ступени. Третий успел развернуться, вскинуть автомат, но Раиса уже была в движении. Её усиленные мышцы сократились с такой силой, что бросок больше походил на выстрел. Левый кинжал пробил охраннику глаз и показался из затылка на половину длины.
«Слишком громко», — мысленно выругалась тенебромантка, слыша, как тело с грохотом падает на ступени. Она замерла, прислушиваясь. Сверху донёсся топот — четвёртый охранник спускался проверить, что за шум.
Через миг на площадке третьего яруса показался мужчина в потрёпанной форме песчаного камуфляжа. Невысокий, худощавый, с острыми чертами лица и внимательными карими глазами. Он остановился в пяти шагах от Раисы, и его губы растянулись в неприятной улыбке.
— Так-так-так, одарённая, значит, — произнёс он с лёгким восточным акцентом. — Позволь показать тебе наше гостеприимство.
Лихачёва не ответила. Она метнулась вперёд, целясь правым кинжалом в горло. Лезвие прошло сквозь плоть без сопротивления — слишком легко. Фигура мужчины расплылась, как дым.
Иллюзия!
Вокруг неё стояли уже четыре одинаковых охранника. Все улыбались той же неприятной улыбкой. Все подняли автоматы.
— Я — Назим, — произнесли они хором, — из школы Самарканда. И ты только что совершила последнюю ошибку в своей жизни.
Раиса нырнула в тень, но копии Назима были везде. Она выныривала то тут, то там, нанося удары, но кинжалы проходили сквозь пустоту. Десять копий. Пятнадцать. Двадцать. Коридор башни заполнялся призрачными фигурами.
«Где же настоящий?» — лихорадочно думала тенебромантка, чувствуя, как невидимые нити начинают опутывать её сознание. Иллюзионист плёл ментальную паутину, пытаясь поймать её разум в ловушку. Голова закружилась. Стены начали расплываться.
— Сдавайся, — прошептали два десятка голосов. — Ты не можешь победить то, чего не существует.
Раиса покачнулась, опираясь о стену. Ментальное давление усиливалось. Ещё немного, и она потеряет способность отличать реальность от миража. И тут её взгляд упал на пол, освещённый косыми лучами солнца из бойницы.
Тени. Все копии стояли в освещённых местах, но ни одна из них не отбрасывала тени. Кроме одной фигуры у лестницы — от неё на ступени падала чёткая тёмная полоса.
Иллюзии не отбрасывают теней!
Она сделала вид, что покачнулась сильнее, изображая слабость и провалилась в собственную тень, вынырнув прямо за спиной иллюзиониста.
Кинжал из Сумеречной стали пронзил его между лопаток. Иллюзионист дёрнулся, пытаясь обернуться, но тенебромантка уже обхватила его второй рукой, приставив лезвие к горлу.
— Ты забыл про тени, — прошептала она, и полоснула.
Все иллюзии исчезли разом.
Раиса перешагнула через тело и толкнула тяжёлую дубовую дверь камеры. В углу на грязной лежанке сидел Святослав Волков — избитый, с запёкшейся кровью на лице, забинтованной левой рукой, где, очевидно, не хватало мизинца. При виде тенебромантки он попытался подняться, но тут же покачнулся.
— Тихо, — Лихачёва подхватила его под руку. — Я от Прохора. Идти сможете?
— Смогу, — прохрипел Святослав сквозь разбитые губы. — Просто… дайте минуту.
Раиса кивнула, прислушиваясь к звукам боя снаружи. Операция шла по плану, но им всё ещё предстояло выбраться из этой крепости живыми. Она осторожно помогла журналисту встать, позволяя ему опереться на своё плечо.
— Держитесь за меня, — приказала тенебромантка. — И что бы ни случилось — не отпускайте.
* * *
Земля под нашими ногами задрожала сильнее. Камни посыпались со склона, а затем в десяти метрах от нас взорвался фонтан песка и щебня. Из-под земли показалось нечто чудовищное — сегментированное тело толщиной с железнодорожный вагон, покрытое хитиновыми пластинами цвета мазута. Древний Бездушный в форме монументального червя. Жнец…
— Пузырь! — заорал кто-то из вражеских бойцов.
Так вот о чём говорили снайперы на стене. Не метафора, а вполне реальная тварь, обитающая в этих песках. Существо поднялось на добрых пятнадцать метров, раскрывая круглую пасть-воронку, усеянную концентрическими рядами зубов. Внутри пульсировало багровое свечение Эссенции.
Древние, эти проклятые твари, всегда принимали уродливые формы, идеально приспособленные к местности — в болотах становились гигантскими пиявками, в лесах — чем-то вроде пауков, а здесь, в пустыне, этот Жнец превратился в исполинского червя, способного месяцами прятаться под песками.
Но что-то было не так. Червь покачивался, поворачивая массивную голову из стороны в сторону, словно прислушиваясь. Глаз я не видел — ни одного. И тут меня осенило.
— Он слепой! — крикнул я Василисе. — Охотится на вибрации! Мой Сейсмический импульс привлёк его!
Геомантка мгновенно поняла мою мысль. Мы переглянулись, и в её глазах мелькнула та же идея.
— Восточная сторона, — прошептала она. — Где Скалолаз и люди Волкодава.
— Точно. На счёт три.
Я положил ладони на камень, Василиса сделала то же самое рядом. Наша магия потекла вглубь породы, но не хаотично, а направленно. Мы создавали ритмичные вибрации и направляли эти волны в сторону восточных ворот, где БТР Скалолаза вёл огонь по защитникам крепости.
Червь замер. Его массивная голова резко развернулась на восток. Существо издало низкий, вибрирующий звук, от которого заложило уши, и нырнуло обратно в песок. Земля вздулась волной, помчавшейся к месту сражения между двумя бандами.
— Вперёд! — скомандовал я. — Пока он отвлёкся!
Мы рванули вверх по импровизированному склону. До пролома оставалось несколько метров, когда снизу донёсся грохот и крики ужаса. Я обернулся на секунду, глянув на запад. Похоже, червь вырвался из земли прямо под БТРом Скалолаза. Бронемашина взлетела в воздух, как игрушка. Пузырь поймал её в пасть и сжал. Металл смялся с жутким скрежетом, превратившись в консервную банку. Из щелей потекла кровь.
— Не останавливаться! — рявкнул я, первым влетая в пролом.
Внутренний двор крепости представлял собой хаос. Взрывы мин разворотили половину построек. Горели склады боеприпасов, создавая завесу чёрного дыма. Защитники метались между укрытиями, пытаясь одновременно отбиваться от людей Скалолаза и спасаться от червя.
Навстречу выбежала группа бойцов Волкодава — человек десять с автоматами. Я активировал Металлический вихрь. Все металлические предметы в радиусе тридцати метров откликнулись на мой призыв — гильзы, осколки, куски арматуры, даже пряжки ремней. Они взмыли в воздух, формируя вращающееся облако острых фрагментов.
  
— На землю! — крикнул я своим.
Мои бойцы упали ничком. Враги не успели среагировать. Металлический смерч обрушился на них со скоростью пули. Кровавое месиво за секунды — разорванная плоть, перемолотые кости. Кто-то попытался убежать, но вихрь настиг его, превратив в неузнаваемое нечто.