Падение Валькирии (СИ)

— Присаживайтесь, — указал темнокожий на диванчик.
Рослый мускулистый китаец сел напротив мужчины с пустым взглядом. Остальные встали за его спиной. Гуань посмотрел на собеседника, обвёл взглядом остальных и сказал, как выплюнул:
— Трус.
Произнесено было на китайском. Мужчина с отсутствующим взглядом наклонил голову.
— Ты пришёл сюда и называешь меня, контролирующего территорию большую, чем ты, трусом. Меня, имеющего под своей рукой большее количество бойцов. Это такое признание в собственном идиотизме? Чтобы сразу от тебя не ждал особых умственных достижений?
  
Гуань оскалился.
— Я тебя убью, — с сильным акцентом, но всё же по-английски ответил он.
— Даю последний шанс. Я с тобой говорю только потому, что мне лень разгребать бардак, который начнётся после твоей смерти.
Китаец отрицательно покачал головой.
— Ты трус. Не пришёл лично. Попросил о разговоре. Не демонстрировал силу. Ведёшь себя как трус. Да, ты со своими сильнее нас. Но ты трус. Чтобы пользоваться силой, надо иметь волю. У меня воля есть. Поэтому мы победим.
Крысолов вздохнул и откинулся на спинку. Посидев немного в такой позе, он махнул в сторону китайца.
— Зверь, размажь морду этому кретину.
Парень в кожанке только этого и ждал. Прыгнув с места, он уже через секунду нависал над столом. Щуплый японец взлетел, раскрывая руки, остальные металюди также перешли в готовность к бою. Зверь, чьё тело покрыл чёрный замысловатый рисунок, ударил кулаком в ладонь.
— Давай, оставляю за тобой первый удар, чтобы ты потом не говорил, что я ударил внезапно.
Китаец даже не взглянул на Зверя.
— Я убью твоего бойца, — наклонил голову Гуань. — А затем ты признаёшь, что сила за мной. И отдашь мне территории за Уралом. Начнём с Танну-Тува.
Марионетка Крысолова изобразила удивление.
— Чего? Зачем тебе эти скалы?
— Эта земля была частью Великой Китайской Империи. Я возрождаю величие своих предков.
Крысолов приложил ладонью по лицу, замерев. А затем резко отвёл руку, присмотревшись к Гуаню. После чего расслабился.
— Зверь, не марай руки.
— В смысле? — не понял здоровяк.
— Да потому что он ничтожество. Его победили. Кто-то посильнее опустил этого кретина и занял его место. А затем послал сюда вместо себя, чтобы разозлить нас и заставить проявить свою силу, — мужчина с пустым взглядом обвёл пальцем сопровождающих Гуаня. — А это, наверное, остатки его гвардии. То-то нет ни Цунами, ни Коротышки Лу.
Самодовольная улыбка ещё на первых предложениях сползла с лица Гуаня. Он всё же держался, но вот лица его спутников, затравленные и напуганные, были красноречивы.
— И кто после этого трус, Гуань? — спросил мужчина с пустым взглядом. — Я? Или твой хозяин, пытавшийся скрыть своё существование?
Китаец промолчал, отвернувшись в сторону.
— Но тебе повезло, Гуань. Тебя и твоих прихвостней мы не тронем. Но свою силу продемонстрируем. Как раз заокеанские партнёры предоставили отличную возможность, — мужчина повернулся к стоявшему у окна юноше. — Отражение, будь добр.
Тот кивнул. Стёкла в окнах помутнели до полной непрозрачности, а затем быстро вернули себе кристальную чистоту. Несколько секунд ничего не происходило, пока внезапно стёкла не треснули. Три пули влетели в прозрачную гладь, пробивая насквозь и залетая внутрь. Однако вопреки ожиданиям, стекло не рассыпалось на осколки, а превратилось в тягучую массу. От окон протянулось три отростка по метру длиной, в каждом из которых замерла крупнокалиберная снайперская пуля.
— Вижу, — сообщил Отражение.
Поднял руку и что-то негромко произнёс в рукав. Гости, кроме Гуаня, наблюдали за происходящим. Ещё три пули пробили окно и повторили результат предыдущих, застряв в ловушке. Несколько секунд ожидания, и на небоскрёбе расцвели взрывы от прилетевших артиллерийских снарядов. Здание расстреляли, и на глазах молчаливых зрителей оно разрушалось.
— Энтропия, будь любезна.
Девушка смело прошла до окна. Когда до стекла оставалось четыре шага, в преграде образовалось идеально ровное отверстие, через которое Энтропия шагнула наружу, не падая. Повинуясь жесту Отражения, стекла собрались вокруг Энтропии в замкнутой сфере. Девушка отлетела на несколько метров от окна и замерла.
— А теперь крещендо, — объявил Крысолов.
Приближающуюся ракету не видел никто. Гиперзвуковая баллистическая ракета, выпущенная с подводной лодки, появилась на горизонте и, преодолев расстояние до берега, вошла в зону поражения быстрее, чем человек успел осознать появившийся след. Но способности работали ещё быстрее. Вспышка света развернулась прямо перед Энтропией. И сразу выцвела, став бледной, как картинка старого телевизора. Огненный шар, едва набрав силу, увяз, дрожа и извиваясь протуберанцами смертоносной энергии, но уже был скован и связан силами метачеловека. Десяток секунд борьбы взрыва и Энтропии, и шар исчез.
В наступившей тишине зрители осознали, что не слышали взрыва. Как Крысолов объявил кульминацию шоу, так и висела в зале абсолютная тишина. Энтропия развернулась и влетела обратно в проём, после чего Отражение закрыл отверстие. Девушка нисколько не пострадала, даже прядь волос не выбилась из причёски.
— Благодарю, милая.
— Ты знаешь, что я принимаю в качестве благодарности, — хмыкнула девушка и вернулась за барную стойку.
Мужчина перевёл внимание на Гуаня.
— Сейчас отряд спецназа пытается штурмовать здание. Те снайперы были наводчиками. Ну и удостоверились, что я здесь, в здании. А спецназ, — Крысолов отмахнулся. — Агония. Лодка, если ещё не уничтожена, то доживает свои последние минуты.
— И почему ты просто не заставишь спецназ сдать оружие? — спросил китаец.
— Они накачались какой-то смесью, блокирующей способности телепатов, — ответил Крысолов. — Сюда они в любом случае не полезут. Здесь десяток металюдей, и каждый второй в одиночку их всех разорвёт на части. Нет, они здесь для другого.
Здание вздрогнуло. Гости снова напряглись, оглядываясь.
— Они взорвали бомбу внизу, — пояснил Крысолов. — По ощущениям десяток этажей точно в труху. А мы, как видите, можем не испытывать по этому поводу особого дискомфорта.
И демонстративно поднял бокал, показывая, что вино в нём не дрожит.
— И этим… — начал было Гуань.
— Молчи, — оборвал Крысолов. — Нет, не этим я собираюсь произвести впечатление на твоего хозяина. Это всё лишь прелюдия. Главное будет завтра. Никто во всём мире не узнаёт о произошедшем. Никто. Ни одна газета не напишет о взрывах в Дубае, о прилетевшей в городе баллистической американской ракете с ядерной бомбой в качестве боевой части. Вот, в чём заключается моя сила, Гуань. Это власть. По моей воле события происходят. Или не происходят. Ты понял меня?
Китаец напряжённо выдохнул и медленно вдохнул.
— А что со штатами? Что происходит там? — внезапно вмешался в разговор тщедушный японец.
— Наблюдаю за шоу, — улыбнулся Крысолов. — Признаю, там нет толп моих агентов, только несколько наблюдателей. Достаточно, чтобы из первых рядов следить за разыгравшейся драмой. Разговор окончен.
Мужчина повернулся к темнокожему.
— Пожалуйста, сопроводи наших гостей.
Тот кивнул и жестом попросил следовать за ним. Когда гости удалились достаточно далеко, мужчина с пустым взглядом устало выдохнул.
— Как ты? — участливо спросила Энтропия.
— Сейчас свалюсь от напряжения.
— Ты уверен насчёт Гуаня? — спросил Зверь.
— Ты видел их реакцию, — пожал плечами Крысолов. — Хотя догадка была смелая, согласен.
Отражение отошёл от окна.
— Они почти спустились, — сообщил парень. — Давайте тоже убираться. Диего, конечно, крут, но не хочу испытывать судьбу.
  
Небоскрёб, который расстреляли артиллерией, был пуст. Снайперы сидели в другом здании и подчинялись приказам Крысолова, лишь изобразив атаку. Американцы изначально надеялись только на ракету и бомбу. Сложнее всего было подгадать атаку с приездом гостей, а затем всего лишь устроить представление.