Падение Валькирии (СИ)

Парень недоверчиво хмыкнул.
— Даже так?
Они сидели в длинном помещении. С одного краю Алистер Борей, а с другого, вне зоны действия сил метачеловека, Хёрт.
— Да, именно так. Когда лицо совершает преступление, приводящее к триггеру у метачеловека, ответственность за все преступления последнего переносится и на первое лицо. Мистер Холл, помимо того, что совершил непосредственно он сам, также понесёт вину за всё, что натворил ты.
  
— И что? Я вроде как ни при чём получаюсь? — Алистер.
У него был заметный акцент, только Хёрт не определил, какой именно. Директор отрицательно покачал головой.
— Не совсем. Обычно, после инициации, метачеловек некоторое время не контролирует свои способности. От его воли в такие моменты мало что зависит. Но не в твоём случае. Ты осознанно использовал свою силу, отказывался подчиняться требованиям полиции и так далее. Ты наказания не избежишь. И только от твоей готовности сотрудничать будет зависеть, какое это будет наказание.
Алистер дёрнул плечами. Это всё, что он мог сделать, не снимая оков.
— Моя цель — месть. А вы встали у меня на пути. О каком сотрудничестве может идти речь? Сначала отдайте мне этого подонка, а потом мы поговорим.
— Тебя казнят, — прямо заявил Хёрт.
Но парень лишь рассмеялся.
— Если тебе безразлична твоя жизнь, то что насчёт твоей сестры? На какую жизнь ты обрекаешь её?
Алистер скривился.
— Мојата сестра е мртва.
— Что? — не понял Хёрт.
— Моей сестры больше нет. Душа её убита, а тело осквернено. Подобро би било да умре и телото.
Хёрт посидел ещё немного, глядя на Алистера. Поднялся и сделал несколько шагов к двери.
— Эй! Мистер! — позвал его парень.
Хёрт остановился, обернувшись.
— А кормить когда будут?
— Мертвецов не кормят, — ответил Джек.
Выйдя из камеры, он повернулся к бойцу.
— Глаз не спускать.
Получив подтверждающий кивок, Хёрт обернулся к Честерам.
— Готовьте суд. Надо продемонстрировать общественности нашу позицию по отношению к злодеям.
Натали кивнула:
— Да, надо. В Вашингтоне снова митинги вокруг Белого Дома, да и не только там.
— Может, всё же попытаемся из него что-нибудь вытрясти? — спросил Ральф. — Очевидно, что парень что-то скрывает.
— И как ты будешь на него воздействовать? — не без скепсиса спросил Хёрт. — Жизнь его сестры ему безразлична, сам видел реакцию.
— Предлагаю привести её и устроить очную ставку, — ответил Честер. — Ненависть развязывает язык.
— Его силы довольно разрушительны, — напомнил Хёрт. — Нужно нечто, что сможет его сдержать.
— То есть против самой идеи вы ничего не имеете? — улыбнулся Ральф. — Стигма и Вектор справятся, но мы всё равно проработаем дополнительные меры безопасности.
Директор дал своё разрешение и отправился к Сэндлеру. Адам, начал с того, что защищал Хёрта в суде, собрал юридический отдел и восемь лет работал в MCS. Когда Хёрт вошёл в кабинет Сэндлера, юрист встретил директора своей фирменной улыбкой втирающегося в доверие прохвоста.
— Сэр! Как всегда, рад вас видеть!
Хёрт вздохнул.
— Поражаюсь, как твоя отвратительная жизнерадостность всегда остаётся уместной.
— Искренняя отвратительная жизнерадостность, сэр, — дополнил Алан.
— Я так и понял. Доставай наработки по суду и казни злодея. Нужно провести всё так, чтобы к нам было как можно меньше вопросов.
Они сели за стол, но буквально успели только погрузиться в обсуждение.
В кабинет влетела Натали, не думая извиняться за внезапное вторжение. Учитывая, что за восемь лет руководящий состав MCS чётко выработал алгоритмы взаимоотношений, в которых значилось и уважение к личному пространству, это было нечто важное и срочное. В другой ситуации Натали, равно как и Ральф, у которых отношения с Аланом были рабочими и продуктивными, но никак не дружескими, не позволила бы себе войти в личный кабинет без стука.
— Сэр! Вы должны это видеть!
И протянула планшет, показывавший президента Блэка, дающего интервью.
— Прямой эфир? — уточнил Хёрт, прежде чем прибавить звук.
Честер лишь кивнула. Хёрт повысил громкость.
«Действия нового метачеловека однозначно трактуются, как осознанное совершение преступление. И вместо наказания преступника MCS принимает метачеловека в свои ряды. С прискорбием вынужден признать, что директор MCS Джек Хёрт не оправдал возложенной на него ответственности. Вместо честной службы накапливает силы и ресурсы в своих руках, превращая Службу Контроля Металюдей в личную армию. На основании всего произошедшего мной был передан в Конгресс законопроект о прекращении существования Службы Контроля Металюдей. Все сотрудники службы должны сдаться полиции, агентам ФБР или уполномоченным служащим других силовых структур, иначе будут объявлены вне закона…» — вещал Блэк.
Мрачный Хёрт отключил звук.
— Я всё же позволял себе надеяться, что они не рискнут.
С Алана слетела напускная жизнерадостность, лицо его отображало одновременно неверие и надежду на ошибку.
— Сэр? — спросил он.
— MCS забрало себе монополию на работу с мателюдьми. Формальную, как минимум. Да и попытки спецслужб начать заниматься подобным втайне мы пресекали.
Юрист бросил взгляд на Натали, та кивнула в подтверждение.
— Естественно, это многим не нравилось. Мы долго и планомерно внушали мысль об опасности конфронтации. Однако кто-то решил рискнуть.
— И Блэк на их стороне?
Хёрт пожал плечами.
— Он хоть и является сильной политической фигурой, но против объединившего конгресса всё равно пойти не сможет, — напомнил директор.
— Объединившего конгресса? — с сомнением переспросил Алан. — С трудом верится.
— Это лишь один из вариантов, — отмахнулся Хёрт. — Натали, обеспечь эвакуацию Эрика.
Женщина коротко кивнула, не задавая никаких вопросов.
— Что с Алистером?
Хёрт поморщился.
— Оставлять его в живых не хочется, но если прикончим, это будет выдано за самоуправство. Хотя, учитывая формулировки президента… — директор принял решение. — Кончайте его. С мертвецом они уже не смогут провести театральное представление с «судом одного злодея».
Натали ничуть не удивилась решению.
— Разрешите исполнять?
— Давай. И удачи вам.
— И вам, сэр. Алан, — Честер удалилась.
— Алан, — директор глянул на юриста. — Всю специальную документацию уничтожить. Не будем облегчать никому жизнь. А затем можешь спокойно сотрудничать с теми, кого пришлют. Хотя уверен, тебя просто отстранят.
Юрист вздохнул.
— Надеюсь, это временно?
Директор хмыкнул.
— Зависит от того, кто против нас решил сыграть. В любом случае в ближайшее время полетят головы, так что некоторый хаос неизбежен. Будь к этому готов.
Директор вернулся в свой кабинет и нажал на «красную кнопку», оставленную именно на такой случай. Взяв в руки микрофон, директор заговорил.
— Всему персоналу, говорит директор Хёрт. Объявляю по базе учебную тревогу. Угроза нападения нивидимок-инфильтраторов. Повторяю, угроза нападения нивидимок-инфильтраторов. Всему персоналу действия по плану «Пушистый Цыплёнок»…
Хёрт поморщился, пообещав прополоскать Ральфу, придумывавшему пароли и названия планов, мозги за испытанное чувство стыда. Закончив обращение, Хёрт повторно нажал на красную кнопку. Его личный компьютер начал искриться изнутри, когда высокое напряжение уничтожило все внутренние носители информации.
В кабинет вошла Чихару, а за ней Кассандра. Обе в лёгких бронежилетах, только у Чихару поверх брони был пиджак, а у Кассандры толстовка. Хёрт достал из ящика кобуру с пистолетом, нацепил и вопросительно посмотрел на вошедших.
  
— Готовы?
Чихару спокойно кивнула, Кассандра была несколько озадачена, но тоже кивнула.
— В чём дело? — спросил Хёрт у девушки.
— Пытаюсь понять, почему я всё пропустила. Должно быть задействовано большое количество людей, у всех есть свои намерения. Я не могла просто… Пропустить всё это! — последние слова выдали злость и одновременно растерянность.