Падение Валькирии (СИ)

  
Глава 17
 
17 марта 2016 года
Вашингтон, Округ Колумбия
Белый гражданский Ford Taurus шестого поколения въехал на подземную парковку офисного здания. Сделав большой круг по парковке, водитель выбрал свободное место и остановился. Мужчина и женщина, оба в неприметной гражданской одежде, вышли из машины и огляделись. Только после этого водитель и мужчина с пассажирского сидения покинули автомобиль. Все четверо прошли в лифт.
  
Кабинка выпустила их на одном из этажей, заполненном небольшими офисами маленьких компаний, редко существующих больше года или двух лет. Четвёрка не привлекла к себе внимания, смешавшись с прочими посетителями, различными таксистами, клерками, доставщиками и прочими.
Пассажиры форда пришли к одному из офисов, внешне ничем не отличающемуся от прочих. В небольшой приёмной сидела миловидная девушка и тройка посетителей. Все подняли взгляд на новых гостей, но более никак не отреагировали. Мужчина, из пришедших, прошёл мимо девушки в следующую комнату, где несколько клерков изображали бурную деятельность. Не обращая на них внимания, мужчина прошёл через кабинет, зайдя в дверь, ведущую в подсобку или нечто подобное. За дверью действительно пряталась тёмная подсобка. Мужчина открыл шкаф, занимавший всю стену, и скрывающий в себе вход в следующее помещение. Гость попал в комнату без окон, там его уже ждал мужчина в дорогом костюме.
— Хёрт, нас подставили! — без приветствий обратился костюм к гостю.
Хёрт снял кепку, оставив грим и накладную бороду. Показал за спину.
— Вся эта конспирация обязательна? Как-то попроще организовать встречу не получилось?
Его визави скривился.
— Чёрт тебя дери! Три наших агента участвовали в нападении на президента! Знаешь единственную причину, по которой нас всех ещё не выдернули в сенат для демонстративного свежевания?
— Нет, но мне очень интересно, — поощрил Хёрт.
— Они мертвы, Джек. Все трое числятся погибшими. В разных местах, в разное время. Семьи получили похоронки и выплаты. Двоих из трёх похоронили целиком, Джек! Фотографии трупов со вскрытия показать? Эксгумация назначена на следующую неделю, будем проверять, кого мы закопали.
Хёрт прошёл по пустой комнате.
— А я ехал сюда и думал, что буду ругаться и напоминать о наших договорённостях. Хотя я согласен, сколько ни пытался придумать, чего вы, Фрэнк, хотели добиться, так ничего не и не придумал.
Фрэнк нетерпеливо выдохнул и шумно вдохнул. Достал пачку сигарет и нервно закурил. Он был из высокопоставленных сотрудников Федерального Бюро Расследований. Не один из заместителей директора ФБР, но близко.
— Джек, что происходит?
— Ты мне скажи. Потому что я ни одному твоему слову не верю, Фрэнк. Мне казалось, я довольно чётко обозначил свою позицию. Произошедшее нарушает все наши договорённости.
Федерал поднял руки.
— Хёрт, это не мы!
— Тогда кто?
Мужчина сделал глубокую затяжку, нервно прошёлся по кабинету.
— Понимаешь, сейчас сложно что-то сказать…
— Фрэнк, не люби мне мозги. Говори прямо.
Тот хмыкнул, остановился и посмотрел прямо Хёрту в глаза.
— Легко сказать. Джек, никто никому не доверяет. Крысолов может щелчком пальцев поменять личность человеку. И пусть его сила именно в этом плане наиболее… ультимативна, но ведь он не один такой. Ты можешь гарантировать, что, кроме Валькирии, таких умельцев здесь, в штатах, нет?
Хёрт сложил руки в замок.
— Нет, не могу. Ты видел материал, полученный от Бриг. Надо предполагать, что как минимум один такой есть.
— И какая у нас от них защита, Джек? — Фрэнк вновь нервно и глубоко затянулся. — У меня секретарша из отпуска вернулась, а я с ней один в кабинете оставаться боюсь.
Хёрт нахмурился.
— Есть прецеденты?
Фрэнк одной затяжкой добил сигарету.
— Есть. Точнее…
Федерал достал пачку и закурил снова.
— Есть подозрение, что несколько сотрудников уже не совсем те, кем они ещё недавно были. Все очень сильно на нервах.
Хёрт медленно вздохнул, постоял, рассматривая своего визави, а затем принял решение.
— Фрэнк, открою тебе одну совсем нестрашную тайну. Крысолов — уникум даже среди металюдей. Его способности не совпадают со способностями других. И даже он не меняет одну личность на другую. Он заставляет жертву получить специфический опыт, способный серьёзно поменять взгляды и приоритеты. Представь, что ты полсотни лет прожил в другой стране, завёл семью, познакомился с кучей людей. Проникся чужой культурой, стал там своим. Само собой, если США ни с того ни с сего вторгнуться в твой новый дом с войной, ты не побежишь со счастливым визгом записываться добровольцем в морскую пехоту. Крысолов подсаживает подобный опыт, вот и всё.
Фрэнк прищурился.
— А Валькирия?
— Валькирия может вырубить, считать текущие эмоции, отвести внимание, заморочить голову здесь и сейчас. При определённом сосредоточении может покопаться в памяти, но это уже практически невозможно сделать незаметно для жертвы. Заменить личность Валькирия не в состоянии. Максимум — внедрить временный паттерн поведения, который исчезнет сам через несколько недель в худшем случае.
Федерал опустил взгляд, лихорадочно размышляя.
— А эта её сестра?
Хёрт вздохнул.
— Да, один раз у неё получилось. Повторить результат не удалось. Пробовали, подопытные сошли с ума.
Фрэнк поморщился.
— А Негатив?
— Заменяет кусок памяти, — пожал плечами Хёрт. — Причём не влияя на личность вовсе, чем кардинально отличается от Крысолова. Если Негатив подсадит тебе воспоминания о том, как ты проходил обучение где-нибудь среди моджахедов, эти воспоминания будут восприниматься чужеродно, не возникнут нейронные связи, привязанности, эмоциональные якоря. Поэтому Негатив старается строить память на готовые ассоциативные цепочки. С людьми, что уже близки, и показывать занятия, которые уже нравятся человеку.
Фрэнк вздохнул, бросил сигарету на пол, раздавил носком.
— Так. А Бриг?
Хёрт вздохнул, отвернувшись в сторону.
— Я ни единому её слову не верю, Фрэнк.
— Но… — федерал растерялся.
— Но ты совсем-то не расслабляйся, — хмыкнул Хёрт. — Кто-то ведь ваших людей вывел, инсценировав их смерть. А затем использовал, заставив делать то, чего они добровольно бы делать не стали, верно?
Фрэнк нервно закивал.
— Поэтому сейчас сделай медленный вдох, а затем такой же медленный выдох, — медленно проговорил Хёрт.
Федерал выполнил требование.
— А теперь возьми уже себя, чёрт тебя дери, в руки, и перестань хныкать. Начинай думать головой. Вы уже приступили к проверке ваших погибших и пропавших агентов? — спросил Хёрт.
Фрэнк скривился, хотя и кивнул.
— Поиск начали, но система распознавания лиц несовершенна. И наши агенты как раз знают, что нужно сделать, чтобы она не сработала.
— Ясно. Тогда зайдём с другой стороны. Фрэнк, металюдей мало, очень мало. Незарегистрированных — максимум пять штук. Со способностью влиять на мысли может быть только один. Его будут использовать только для важных операций.
— Например, для такой, как атака на патриотов рядом с президентом, — подтвердил Фрэнк.
— Именно. А теперь ответь мне на вопрос: кто может это сделать?
Федерал прищурился:
— Управление?
Хёрт мотнул головой.
— Точно нет. CIA сосредоточило большую часть ресурсов на решении двух внешних проблем. Лонрок лично вспорет брюхо и повесит на кишках того, кто вместо работы по нейтрализации Крысолова будет без его личного указания тратить время на внутренние задачи.
— Ну… Сейчас у всех служб подобный аврал. Либо борьба с внешними угрозами, либо поиск способов защиты изнутри. А если это не госструктуры…
  
— Думай, Фрэнк, — вздохнул Хёрт. — И прекращай эту конспирацию. Мы у себя дома. У противника, кем бы он ни был, ограниченные ресурсы, которые он сосредоточит на основных направлениях. Следить за каждым нашим шагом они не могут.