Ранняя пара для Дракона (СИ)

— Нас пленили эльфы. Но от горгусов нам удалось сбежать…
Ее лицо исказилось от разочарования и страха.
— Что? Пленили? Опять темница???
Мое сердце прострелило болью, а дракон внутри меня зашевелился и укоризненно зарычал в мою сторону, упрекая в пренебрежительном отношении к драгоценной паре. Я с досадой сжал зубы. Неужели у меня действительно нет никакого выбора??? Неужели я уже прямо сейчас должен стелиться перед ней???
  
Мадлена вдруг всхлипнула, а меня прорвало.
Обняв ее крепче, я прижал ее голову к своей груди и прошептал:
— Не бойся, Мадлена… все будет… хорошо… — я поборолся с собой немного, но потом сдался перед собственными чувствами и все-таки сказал, — я защищу тебя…
Она замерла, и я остро почувствовал, как стремительно застучало ее сердце.
Однако то, что она произнесла после этого, вогнало меня в полнейший ступор.
— Ренат, скажи, за что ты так ненавидишь меня???
Я? Ненавижу??? Боюсь, я не в силах тебя ненавидеть, человечка!!! Я уже почти люблю тебя, как последний дурак!!!
Все это я просто подумал, но вслух сказал:
— Это неправда! С чего ты взяла???
Она отстранилась, отсела в сторону и мрачно посмотрела мне в глаза.
— Я чувствую твою глубокую неприязнь ко мне с первого же дня нашей встречи. Ты просто всех людей ненавидишь, или это именно я тебе чем-то не угодила?
На меня накатило раздражение.
— Не говори ерунды… — я отвернулся, не имея ни малейшего желания что-то ей объяснять.
— Я же не дура, чтобы не видеть, с каким трудом ты выдавливаешь из себя каждое доброе слово в мою сторону, — с неожиданной горечью проговорила она. — Пока я нужна тебе, ты даже хвалишь меня — в полете, например, умницей назвал — но я же вижу, что это абсолютно неискренне. Ты презираешь меня, тяготишься мной! Не подумай, конечно, что ты прямо вдруг должен в меня влюбиться — нет, нет! Я не о том! Мне просто нужно услышать причину. Ответь мне, огненный дракон…
Я молчал. Гордость боролось с доводами разума, требующими сообщить уже девчонке об ее истинном статусе.
— Ну вот, ты даже не отрицаешь, что относишься ко мне с презрением… — сделала горькие выводы Мадлена. — Поэтому прошу: давай не устраивать здесь лживый фарс! Не нужно делать вид, что тебе есть до меня дело. Я не против помочь друг другу, чтобы выбраться из плена и все такое, но потом — просто разбежимся каждый в свою сторону, и дело с концом…
От каждого ее слова меня жгло болью где-то внутри, но упрямство не давало возможности открыться прямо сейчас.
— У меня нет презрения к тебе, — наконец, смог я выдавить из себя. — Просто есть некоторые скрытые факты, до некоторого времени заставлявшие меня не доверять людям…
Мадлена фыркнула.
— Я так и думала: предубеждение! А тебя не учили, что нельзя по одной особи судить обо всех остальных?
Мне разговор в таком русле совсем не нравился. Разум увещевал примириться с ней и попытаться загладить свою вину, ведь я действительно в прошлом вел себя с человечкой грубо. Гордость же, напротив, категорически отказывалась выяснять отношения прямо сейчас, мотивируя тем, что тогда Мадлене будет проще сесть мне на шею раньше времени. А дракон внутри вообще предлагал махнуть на все рукой, сгрести девчонку в охапку и зацеловать ее до такого состояния, чтобы она напрочь забыла свои обиды…
Я разрывался между тремя совершенно разными стремлениями и, наверное, еще долго не смог выбрать какое-то одно из них, но вдруг дверь в камеру открылась, и на пороге появилась яркая, разодетая в шелка эльфийка с красивым кукольным лицом, искаженным в гримасе жуткой злобы.
— Схватите человечку! — приказала она своим воинам. — А дракона — на магическую цепь!..
  
Глава 45 
 
Эльфийский принц Даммиэль. Обратная подмена...
Тин легким касанием восстанавливал мои магические силы и плел яркую личину, возвращая моему облику цветущий вид правящего принца. Его глаза горели надеждой и радостью.
Я до сих пор не мог поверить, что вернулся.
Но впереди еще предстояла битва: решительная, жестокая, опасная, и самым ужасным было то, что воевать я должен был со своей, в прошлом горячо любимой сестрой.
Мы с ней всегда хорошо ладили. Она росла нежной и слегка избалованной, но однажды… что-то произошло. Я даже не знаю, что именно, но с тех пор ее как подменили. В ней уродливо обозначились самые отталкивающие черты: властность, жадность, жестокость…
Именно стараниями Лэриэль меня обманом заманили в ловушку, заставив покинуть эльфийское королевство, а потом и вовсе продали горгусам на мучительное и неизбежное уничтожение. Мои верные воины, сопровождавшие меня, тоже попали в этот ад, и несколько их них уже погибло. Их смерть будет моей самой большой болью до конца моих дней: я, как их сюзерен, не смог защитить их, не смог помочь…
Но не буду думать об этом сейчас. Сейчас надо победить!
Час назад несколько стражников ворвались в храм. Как потом объяснил мне Тин, Лэриэль серьезно усилила циркуляцию магии по дворцу, и та засекла мое присутствие. Точнее, вряд ли Лэриэль узнала, что это именно я. Скорее, пришла информация о появлении «чужеродного» объекта — вот таким я стал для собственного дома!
Но Тин быстро обнял меня, окутав магией невидимости, а на воинов набросил петлю рассеянности, и они, едва не стукнувшись лбами, стремительно покинули храм.
Моих изможденных спутников Тин потайными ходами отправил прочь из дворца в деревню, некогда принадлежавшую его брату. Там были его верные люди, которым он регулярно помогал все свои годы служения Оракулом. О моих друзьях хорошо позаботятся, и это успокоило мое сердце.
А для меня Тин придумал великолепный план. Друг мой, что бы я делал без тебя???
— Я окутал тебя своей собственной аурой, — проговорил Оракул, заканчивая свое магическое плетение на моем лице, — дворцовая магия больше не сможет реагировать на тебя, как на чужака. Все, что тебе нужно — это разобраться с твоей лживой подменой. Его зовут Илой, из рода Искрящихся, сын Лодиэля — мастера иллюзий. Он силен и опасен. Будь с ним осторожнее!
Я кивнул.
Лодиэля я знал очень хорошо. Мутный и коварный эльф. Вот он и выступил против меня! И ему почти удалось меня погубить! Но… слава Творцу, я все еще жив!!!
Вперед, Даммиэль!
Я покинул Храм, ступая прежней уверенной походкой правителя эльфов. Тин соткал мне иллюзию моего прежнего величественного убранства — белой с золотом туники и длинного светлого плаща. Лицо сияло здоровьем и силой, прямо, как раньше, и сейчас для окружающих я выглядел по-королевски великолепно.
Стражники, встречающиеся мне на пути, почтительно кланялись, слуги изумленно поглядывали из-под полуопущенных век. Наверное, лже-принц так и не смог приобрести настоящую ауру власти. Жалкое подобие правителя!
Я беспрепятственно прошел все северное крыло и свернул в центральную часть дворца.
Своего двойника я нашел в своих собственных покоях. Он лениво попивал из чаши вино, развалившись на моем ложе в полуголом виде. И хотя лицо его было точной моей копией, телом он явно был более тощим. Неужели никто до сих пор не смог разоблачить в нем подмену?
Илой чему-то самодовольно улыбался. Но когда я стремительно появился перед ним и феерично вытащил из ножен меч, улыбка мгновенно сползла с его лица, сменившись ужасом и недопониманием.
— Что это значит??? — воскликнул он трусливо дрогнувшим голосом, на что я насмешливо ответил:
— А ты до сих пор не понял? Пришло твое возмездие, эльф! За все в этом мире нужно платить, а за коварство особенно!
  
Илой вскочил на ноги, уронив свою чашу с вином. Темно-красная жидкость мгновенно растеклась лужицей на полу, напоминая густую кровь.
Илой схватил с прикроватного резного столика кинжал (мой в прошлом, очень драгоценный) и направил его на меня.
— Не подходи, самозванец! — выкрикнул он. — Ты посмел угрожать правителю эльфов???