Охотники за дурью (СИ)
— А троих здесь, к батареям отопления наручниками пристегнем, и надо пару человек оставить, чтобы один спал, а второй за этими присматривал. И банки какие-то поставить перед ними, чтобы не было разговоров, типа, в туалет захотели, отведите, нас товарищ милиционер на толчок и наручники снимите…
У Макса, от столь низменных подробностей лицо перекосило, но мне было все равно — я его парней не знал, а прийти утром и застать пару трупов с пустыми кобурами, спасибо, мне это не надо.
— Вот ты и оставайся…- вставил мне шпильку Максим.
— Нет, я с «девяткой» хочу вопрос закрыть. — помотал я головой: — Не был бы он срочный, я бы, не вопрос, остался.
— И что ты с девяткой будешь решать? — ухмыльнулся Максим: — Почти час ночи. Тебе даже дверь не откроют.
— Ничего. Если бы мне ночью приехала милиция и сказала, что моя машина нашлась, я бы, может быть, дверь не открыл, но, через дверь на все вопросы ответил, а на рассвете стоял бы перед милицией, чтобы машину забрать. Так-что давай бумаги по машине, и я поехал. И скажи парням, чтобы к девяти все подтягивались, будем их босса потрошить. И, кстати, а что там за «СОБРовец» сидит? Мы что, с СОБРом работаем?
— Не, это опер наш, Савельев Мишка, ты его, просто, в маске не узнал. Он в СОБРе три месяца проработал, но, не потянул, а форма осталась, вот, для психологического давления я и сказал ее одеть.
Помещение Отделения «О» Дорожного РОВД.
— Ну что, разобрался с машиной, или домой спать поехал? — встретил меня на пороге «командирского» кабинета Максим, под подобострастное хихиканье Наглого.
— Нет, заезжал. Через дверь жена сказала, что хозяин машины неделю назад поехал на ней на работу, а днем его прохожие с улицы Писателя без головы передали в «скорую помощь» сердобольные прохожие. Мужик лежит во «Второй Скорой», в нейрохирургии, на аппарате, в сознание не приходит. А машину почему в розыск не выставили, она не знает. Милиционер, который ее опрашивал, сказал, что надо сначала к мужику на работу съездить, вдруг машина там спокойно стоит, но, видимо, закрутился и не доехал. Так что, поздравляю вас, господа, у нас раскрытие разбоя, как минимум, или тяжких телесных, часть вторая, как следствие возбудилось, я не знаю. Сейчас надо проследить, чтобы этот, мордатый, который сказал, что он машину купил, из отдела не ушел.
О! Наглый хихикать перестал, а и Максимка задумался, видимо. Думает, как это дело покрасивее преподнести начальству. Разве плохо? Второй день работаем, и уже тяжкое преступление раскрыли.
Я широко зевнул прямо в лицо начальнику и поинтересовался:
— Ну что, остальные то собрались? Поедем «петушить» Игоря?
Поехали на трех машинах, прихватив трофейную «девятку», все равно, вчера пальчики на ней все захватали, зато в активе мы имели, собственноручно написанное заявление от мордатого «бандоса», с требованием вернуть ему «по беспределу отжатую ментами машину», стиль автора сохранен. Так что, думаю, что «привязать» машину к задержанному у нас получится без проблем. А вот адрес, куда мы, короткой колонной, прибыли в поисках «черного риэлтора» Игоря мне показался знакомым.
— Макс, мне кажется, я этого кренделя знаю. — я повернулся к сидевшему на пассажирском сидении слева от меня Максима: — И у меня к нему есть пара вопросов. Вы в кабинет входите минут через десять, после того, как я в офис зайду, мне с человеком поговорить предварительно надо.
Глава 4
Глава четвертая.
Встреча с старым другом.
Декабрь 1994 года.
— Макс, мне кажется, я этого кренделя знаю. — я повернулся к сидевшему на пассажирском сидении слева от меня Максима: — И у меня к нему есть пара вопросов. Вы в кабинет входите минут через десять, после того, как я в офис зайду, мне с человеком поговорить предварительно надо.
Ну что сказать, офис, как офис, чистенько и не бедненько. Я бы себе такой-же открыл, а может быть еще открою, когда из милиции уволюсь. Хотя в прошлой жизни мне говорили, что идеальный бизнес тот, который не требует никаких накладных расходов, а тут расходов много. Четыре клерка за столами, и все при компьютерах, у каждого телефонный аппарат… О, маска, а я тебя знаю! Правда и мена, похоже, узнали, но это уже не изменишь. Один из сотрудников зыркнул на меня коротким взглядом, но я его узнал — он был с парнями, что уговаривали жильцов нашего строящегося дома продать их квартиры по цене «котлована».
А вот и девочка симпатичная, все при ней, белый верх, темный низ, танцующей походкой и почти искренней улыбкой, шагнула мне навстречу.
— Нет, барышня, помочь вы мне не сможете, у меня с Игорем встреча…
Я скользнул мимо замершей на мгновение девушки и распахнул дверь кабинета с табличкой «Генеральный директор»:
— О! Игорь! Сколько лет не виделись! Ну ты морду отъел!
«Генеральный» конторы был занят очень важным делом — смотрел по «видику» новинку от Голливуда — фильм «Леон», с замечательным Рене Леоном в роли киллера…
— Классный фильм, главное, поучительный…
В глазах Игоря вспыхнул гнев, потом узнавание. Огромному охраннику, появившемуся в проходе хозяин кабинета глазами показал, что не надо пока вышвыривать меня на улицу.
— Привет… Сосед, кажется? Уже не помню, как тебя зовут, но это и неважно. Что продать хочешь, или купить?
— Хочу компенсацию с тебя получить…
— С меня? Да что не так? За хату твоей бабы-покойницы я с тобой сполна рассчитался, или ту деньги растратил и решил с меня еще что-то стребовать?
— Ну что ты, я не такая… Просто в центре один замечательный домик, девятиэтажный, все никак не могут государственной комиссии сдать, и как оказалось, там твои мальчики резвятся, трубы воруют, не дают людям в дом заселится. А там люди не простые, а весьма уважаемые, так что, тебе придется немного поделится баблом. Или ты об этом не знал? Так я тех ребят из приемной сейчас с собой заберу и с них спрошу.
— Ты чё, мент, в себя поверил?
Игорек махнул рукой и за моей спиной раздались тяжелые шаги и на плечо опустилось рука охранника, который, как оказалось, ждал команды шефа сразу за порогом кабинета.
— Руку убери. — Я повернул голову и дунул на руку: — А то долго лечить грабли придется.
— Так, все сюда! — гаркнул Игорь и за моей спиной раздались шаги нескольких человек. Как бы я не хорохорился, но с охранником мне не точно не совладеть, он меня выше на… да, наверное, на две головы, и тяжелее раза в два…
— Так, ребята…- не обращая на меня внимания, Игорь принялся инструктировать заполнивших кабинет сотрудников: — Этот черт — мент. Сейчас Сережа его немного вежливости поучит, а потом мы в «ноль два» позвоним, скажем, что сотрудник ворвался, угрожал, пытался документы клиентов забрать, требовал денег, в общем, сообразите, поэтому Сережа его попытался вывести, но он драться кинулся.
— Все ясно, шеф… — радостно выдохнули риелторы: — Все будет в елочку…
— Стоять на месте, работает ОНОН! — в приемной грохнула дверь, загрохотали шаги, и кто-то растерянно спросил: — А где все?
— Мы здесь! Они меня здесь придушить собираются…
— Чего⁈ — в дверь кабинета сунулся Максим с пистолетом в руке: — А, так мы слишком рано заглянули? Давайте ребята, не стесняйтесь, мы подождем.
— Максим, ты так не шути, а то этот гоблин мне шею свернет…
— Ладно, который тут главный?
— Вот этот! — наябедничал я, ткнув пальцем в ошарашенного Игоря, который не сводя глаз с пистолета в руках Максима, однако тянулся одной рукой к телефонному аппарату.
Вот приятно, когда работает слаженная команда. Пока риэлторов и охранника волокли в общий за и расставляли вдоль стены, лицом в веселенькие полосатые обои, Наглый подскочил к Игорю, ухватив его за галстук, притянув лицом к самой столешнице, достал из кармана куртки молоток…
Игорь взвизгнул и спрятал кисти рук под себя, под складочки округлившегося к тридцати годам животика… Но Наглый не собирался калечить черном риэлтору руки. Он ловко приставил к дорогой материи галстука Игоря большой гвоздь, с необычайно широкой шляпкой и, тремя ударами, загнал гвоздь в дорогую полированную столешницу…